После дождя
Шрифт:
Дэвин начал строить частные дома и виллы в пригороде Лос–Анджелеса совсем недавно, около пяти лет назад. Я в этом деле, можно сказать, с самого детства — сеть строительных компаний «Мегаполис» перешла мне в наследство от отца. Я помню, как еще маленьким рассматривал проекты небоскребов, бегал среди инженеров, мешая им работать и пытался помочь архитекторам, дорисовывая дополнительные этажи зданиям… Теперь сам создаю проекты многоэтажных элитных жилых домов, а скоро начну строить виллы и особняки. Новый опыт всегда интересен. Посмотрим, как получится.
— Нет, ты иди, а я, пожалуй, останусь. Есть еще кое–какие незавершенные дела, — ответил я, снова вернувшись взглядом
— Как знаешь. Хорошо тебе повеселиться, и до встречи в понедельник, — заулыбался Дэвин, и удалился.
Я снова вернулся к наблюдению за девушкой. Она двигалась в такт музыки, с грацией кошки, время от времени украдкой поглядывая на меня. Закрыв глаза и прижавшись спиной к своему спутнику, она обняла его за шею, и начала тереться попкой о его пах. Держу пари, у него уже стояк что надо и он уже мысленно поимел ее во всех позах. Удерживая руками ее за бедра, он наклонился и начал что–то шептать ей на ушко. Засмеявшись, она повернулась в нему, предоставив моему обозрению упругую попку, которой прижималась к нему еще мгновение назад. Его руки хаотично блуждали по ее спине, спускаясь ниже, отчего я с силой сжал перила до побеления костяшек пальцев. Откуда эта ревность?
Освободившись от его обьятий, она начала двигаться в своем собственном танце, как будто погрузившись в иную реальность. Блаженная улыбка растянула ее губы, когда она снова закрыла глаза, и провела руками по бедрам, плавно покачивая ими из стороны в сторону. Мир сразу же перестал существовать для меня, все вокруг исчезли, я видел только ее, окутанную легкой желтой тканью, облаком разлетающуюся при каждом движении. Я стоял, как завороженный, наблюдая за ее чувственным танцем, мечтая присоединиться, прижать к себе ее хрупкое тело и провести языком по выпирающим ключицам, слизав капельку пота, что начала медленно скользить в сторону ее декольте. От этих мыслей, я почувствовал, как моему члену стало тесно в штанах. Мне стало еще жарче, когда эта кошка снова открыла глаза и, пристально на меня посмотрев, закусила нижнюю губу. Я снова облизал пересохшие губы и решил подумать о чем–то более неприятном, чтобы не броситься к ней, не закинуть на плечо, не утащить в свой номер, и трахать до утра до беспамятства. Например, о покупке акций и будущем сотрудничестве с увядающей компанией. Не сделал ли я ошибку, которая будет мне дорого стоить?
Мое зрение немного прояснилось и я увидел, как девушка направляется в сторону уборной, плавно покачивая бедрами. Что ж, я никогда не мог похвастаться терпением и силой воли, а эта кошка раздразнила меня до предела своим танцем. Поправив свой напряженный член, я направился в сторону ступенек.
Кэтрин
В висках пульсировало, голова кружилась. Домой. Мне нужно домой. Зачем я столько выпила? И то, как на меня смотрел незнакомец с балкона не делало ситуацию лучше. Его взгляд как будто обжигал мою кожу, будил во мне те ощущения, которые, как мне казалось, я давно забыла. Я не должна была с ним разговаривать, не должна была украдкой на него смотреть. Не должна была сюда идти. Мне понравились его сильный руки, которыми он прижимал меня к себе, мне нравилось то, как он на меня смотрел, когда я танцевала. Когда Адам меня обнимал — я представляла на его месте того высокого брюнета с пухлыми губами. Интересно, какие они на вкус?
Стоп. Я сошла с ума. Надо домой.
Умывшись ледяной водой, я промокнула лицо салфетками и направилась к выходу. Как только я взялась за ручку двери, та резко распахнулась, и я увидела запыхавшуюся подругу с ошалелыми глазами.
— Кэйти! Где тебя черти носят? — закричала
Я опешила.
— К кому это «к ним»?
— Ну, к нему, и его друзьям. Там полно аппетитных задниц, так что ты не задерживайся и присоединяйся к нам, — сказала она, подкрашивая губы ярко–алой помадой.
Кажется, мне нужно еще несколько минут наедине с собой, чтобы прийти в себя.
— Да. Ты иди, а я скоро подойду, — произнесла я обреченно. Довольно улыбнувшись своему отражению, Дейз ускакала обратно в зал, оставив за собой лишь шлейф цветочных духов.
Дыши. Это только один вечер и он скоро закончится. Сейчас я приду к ним, и скажу, что у меня разболелась голова, вызову такси и поеду домой. Зароюсь в тепленькую постельку и жизнь опять пойдет своим чередом. Больше никаких вечеринок. Никаких ночных клубов. Никаких ненужных знакомств.
В приподнятом настроении от мысли, что скоро буду дома, я направилась к выходу из уборной. Но как только я открыла дверь, увидела его. Он стоял, опираясь о стену, сложив руки на груди, и смотрел прямо в мои глаза голодным взглядом. Даже сквозь ткань рубашки я увидела, как напряжены его бицепсы, и как вздулись вены на предплечьях, которые было трудно не заметить, благодаря закатанным рукавам. Его волосы были взьерошены, как будто он не раз проводил по ним рукой. Увидев, как я застыла, он медленно направился ко мне, словно хищник, нападающий на жертву, которой больше некуда бежать.
Здесь с самого начала было так жарко?
— Ты думала, я не замечу, как ты поглядывала на меня с танцпола, — хрипло сказал он, наклонившись к моему лицу.
Я стояла, как вкопанная, и боялась пошевелиться, не зная, что сказать. Глядя в его светло–карие глаза, просто потеряла дар речи. Потому что да, я постоянно подглядывала за ним. В какой–то момент, мне показалось, что я танцую для него, с ним, что это он обнимает меня за талию и прижимает к своему потрясающему телу. Когда он заговорил со мной, я почувствовала запах мяты с ноткой виски в его дыхании. И этот аромат духов, свежий, немножко резковат, с нотками ириса, сандала и кожи, он просто сводил с ума. Так и хочется зарыться носом в его шею и глубоко вдохнуть… Подождите, я что, это сделала на самом деле?
— Пойдем, — сказал он, взяв меня за руку.
— Что? Куда? Я никуда с тобой не пойду. Отпусти меня! — запаниковала я.
Он резко остановился, и посмотрел на меня таким взглядом, что желание спорить исчезло напрочь.
Я шла сзади, как послушная овечка, постоянно оглядываясь по сторонам, пока мы не зашли в какой–то зал, где было темно, лишь изредка попадал свет редкими вспышками от страбоскопа, и совершенно не было людей. Только потом я увидела, что он закрыт на ремонт. Повсюду стояли диванчики и столики, затянуты целлофановой пленкой, и пахло краской и деревом.
Когда он толкнул меня к стенке, мои ноги стали ватными, я еле дышала. Тяжело сглотнув, я смотрела на него широко открытыми глазами, не в силах отвести взгляд.
— Кэйти. — Откуда он знает мое имя? — Наблюдая за тобой, я возбудился, как чертов школьник. — Я часто заморгала. В смысле?
— Что? Ты что сделал? — я шокированно посмотрела на него.
Ни слова не говоря, он взял мою руку, и прижал ее к своей внушительной эрекции. Низ моего живота свело сладким спазмом, и, не ожидая такого от себя, я слегка сжала пальцы, отчего он хрипло застонал, толкнувшись бедрами навстречу.