Посланник

Александрова Марина

— Карина хорошая женщина, очень, — тихо промолвила Эва.

Глаша не совсем поняла лепет больной девушки, но до нее дошел смысл ее слов, и так как мыслить вслух было ее привычкой, она не отказалась от нее и сейчас. Ей было неприятно слышать похвалы своим хозяевам, и она достаточно громко сказала, что проклинает тот день, когда она узнала Преонского.

Даниель слышал в ее словах не только обиду, но и ненависть, с которой она говорила о Преонском и Карине.

«За что же можно так ненавидеть человека?» — думал он, стоя

за дверью, чтобы Глаша его не видела.

Барон кашлянул, и служанка, обернувшись, увидела его. Он жестом попросил ее выйти.

— Что с тобой, принцесса? — нежно гладя жену по волосам, спросил он. Эва поглядела на него и произнесла:

— Мне виделась соломенная кукла.

Даниель вздохнул. Сколько раз, просыпаясь, она говорила ему это. Потом словно вспышка молнии осветила его мысли. «Она же не спала! Она только закрыла глаза. Сны обычно приходят к ней ночью, и просыпается она в бреду!» — подумалось ему.

— Где ты видела его… то есть ее, куклу? — запинаясь спросил он, пока она перебирала пуговицы на его одежде.

— Там, — она пальцем показала наверх.

— Эва, вставай, тебе надо погулять! — приказал он. Даниель сердцем чувствовал, что в этот раз его жена наяву видела злодея, и он здесь, на корабле.

Эва нехотя поднялась. На палубе уже никого не было. Вечерняя прохлада разогнала всех по каютам. Глаша, Эва и Даниель стояли втроем в сгущающихся сумерках. Эва прильнула к мужу и, закрыв глаза, о чем-то думала.

— Карина стояла рядом с куклой, — сказала она. Барон посмотрел на нее, и до него начал медленно доходить смысл сказанного. Глаша не понимала, о чем говорят иноземцы, но упомянутое имя Карины ее сильно насторожило.

Даниель не знал, что делать дальше. Эве как-то надо было увидеть Никиту, и тогда бы Даниель смог узнать, действительно ли Преонский виновник несчастья, случившегося с ней.

— Глаша, я хочу попросить тебя об одной услуге, — обратился к ней Даниель. — Ведь твой хозяин еще не был представлен Эве?

— Нет, ваше благородие, — ответила Глаша.

— Так вот, мне надо, чтобы он увидел ее. Не спрашивай ни о чем. Если Эва испугается его или ты заметишь какое-то беспокойство с ее стороны, сразу ее уведи, а тебе я потом все расскажу, и ты мне поможешь. Я знаю, что ты не любишь своего хозяина. Я не желаю знать причины этого, мне просто нужна твоя помощь!

— Хорошо, ваше благородие. Я поняла, — Глаша удалилась. Эва с интересом слушала их разговор, ничего не понимая.

— Эва, мне надо отойти, но я буду здесь рядом. Если ты меня позовешь, я обязательно услышу и приду, — Даниель поцеловал жену и отошел. Спрятавшись за фальшборт, он с нетерпением стал ждать появления Преонского.

В проеме освещенной двери показались две фигуры. Это были Глаша и Никита.

— Глаша, надеюсь, Карина не удумала сейчас родить? — спрашивал ее Никита.

— Не доложила, — сухо ответила Глаша. Тут, проходя мимо Эвы, Глаша сказала:

— Никита

Антонович! Вы сегодня познакомились с мужем этой очаровательной девушки, а вот она и сама!

Никита посмотрел туда, куда она показывала. Эва стояла спиной к ним и, подняв голову, смотрела на звезды.

— Да? Интересно, какова жена у знатного барона? — спросил Никита и подошел ближе. Эва обернулась. Даже сидевший вдали Даниель понял, что Эве сделалось дурно. Она схватила Никиту за руку и посмотрела ему в глаза. Он тут же узнал ее.

— Ладно, Глаша, нам пора. Объясни баронессе… — говорил Никита, отцепляя ее руку. Эва качала головой, и слезы катились из ее глаз.

— Что ей надо? — спросил Никита, тревожно оглядываясь по сторонам. Тут он увидел подходившего Даниеля. Лицо его было искажено дикой злобой.

— Это вы? Вы? — только и говорила Эва.

— Барон, — обратился Никита к подошедшему Даниелю, — пожалуйста, образумьте свою жену…

— Постойте, граф! — резко сказал он. — Вы помните последний бал в Эрншельдсвике у герцога?

— Конечно!

«Господи! Ну как он мог догадаться?» — мелькнуло в голове Никиты.

— Эва, ты помнишь этого человека? — спросил Даниель. Эва лишь провела по волосам Никиты.

— Ты похож на мою куклу, а не на принца, — сказала она.

В голосе ее было только сожаление и боль:

— Ты обманул меня и оставил там, в лесу.

Ее слова ножом полоснули по сердцу Никиты.

«Ну нет, просто так им не обвинить меня!» — подумал он.

— А вы, барон, не подумали о том, что скажут остальные, когда узнают, что ваша полоумная жена смела обвинять меня… — он не договорил, Даниель залепил ему такую пощечину, что Никита упал на грязный пол палубы.

— Ты надругался над моей женой! И я убью тебя!

Ярость Даниеля нарастала. Они начали драться. Никита был пьян и с трудом выдерживал натиск барона. Когда мужчины оказались у самого края кормы, Эва громко закричала и подбежала к ним. Никите удалось схватить ее, и он, грозя, что выбросится в море вместе с ней, заставил Даниеля отойти.

На крик сбежалось несколько человек, и они стали с ужасом смотреть на разыгрывающуюся драму. Гофмаршал Елагин подбежал к дерущимся, но Никита предупредил, чтобы никто не смел приближаться к нему.

— Что случилось? — спрашивали все Глашу. Она раздумывала недолго и ответила:

— Барин мой перебрал со спиртным и стал приставать к баронессе, заставив ее выйти на палубу под угрозой смерти. Баронесса слаба здоровьем, и ее муж встревожился, не найдя ее на месте. Я свидетель всего, что произошло здесь!

Елагин был в растерянности. Как быть? Императорский любимец оказался подлецом! Это удар. Он подошел к ним поближе.

— Никита Антонович! — обратился к нему Елагин. — Оставьте в покое женщину и разберитесь по-мужски с ее мужем! Обещаю, что постараюсь смягчить гнев императора.