Послание из ада
Шрифт:
– А где же подлинная рукопись? - растерянно спросил Лестрейд.
– Там, - улыбнулся Холмс, - где ей и положено быть - в библиотеке Британского музея!
V
Мы вернулись на Бейкер-стрит с первыми лучами утренней зари. Расположившись в своих излюбленных креслах, каждый из нас по-своему переживал случившееся.
Небрежно плеснув бренди из полупустой бутылки в две подвернувшиеся под руку чашки, Холмс бросил на меня усталый, но не утративший проницательности взгляд и сказал:
– Пытайте меня, Уотсон. В вашем распоряжении полчаса.
Хотя все мое тело нестерпимо ныло от обилия гимнастических упражнений, проделанных накануне, я не собирался упускать редкую возможность прояснить для себя картину случившегося.
– Объясните мне вначале, Холмс, сколько существовало рукописей и какова их судьба, - попросил я, закуривая сигару.
– Охотно, друг мой. Существуют подлинник и две копии, изготовленные антикваром Саллизари. Старика не пришлось долго уговаривать, я намекнул на кое-какие известные мне обстоятельства, и он сознался, что скопировал несколько лет тому назад текст стихотворения, выполняя заказ профессора Зайгеля, или, что то же самое, - профессора Мориарти. Подкупленный профессором младший хранитель отдела рукописей Лукас получил одну из копий Саллизари. Пять лет фальшивка хранилась в библиотеке, пока Штольбе-Потоцкий не передал Бернхему через адвокатскую контору анонимное письмо,
положившее начало исполнению адского плана Наполеона преступного мира, профессора Мориарти. Главный эксперт покойный профессор Элсуорт был абсолютно прав, когда утверждал, что хранившийся в отделе рукописей список является подделкой.
– Зачем же вы сказали Лестрейду, Холмс, что подлинник там, где ему положено быть?
– Я не отказываюсь от своих слов. Подлинная рукопись в настоящее время действительно находится в библиотеке Британского музея.
– Но как же она вновь попала туда?
– Ее вернул Штольбе-Потоцкий, который, как секретарь и ассистент профессора Элсуорта, сопровождал последнего во время проводимой в отделе рукописей экспертизы. Мой оппонент, профессор Мориарти, любил нетривиальные решения задачи.
– Где же тогда копия, хранившаяся в музее последние пять лет?
– Ее Штольбе-Потоцкий спрятал в библиотеке Монтроза, о чем последний не подозревал до тех пор, пока к нему не явился Лестрейд.
– В чем же заключается смысл такого шага?
Холмс пожал плечами.
– Таким образом, Мориарти старался сбить меня с правильного следа, но перехитрил самого себя.
– А вторую копию он спрятал в переплете предназначенной вам в подарок книги?
– Верно, Уотсон. Последний лист копии был поделен на две части. Одна из них, окрапленная кровью, хранилась в книге, другую - Штольбе-Потоцкий должен был вложить в руку убитого им профессора Элсуорта. Не успей я сунуть в карман убийцы обнаруженную в переплете копию - объяснить полиции, как списки попали в мой дом, было бы весьма нелегким делом. Очередное газетное сообщение непременно
От неожиданности я стряхнул пепел себе на колени.
– Но ведь сегодня вечером последнее объявление все равно будет опубликовано! Это обеспечит доверенное лицо профессора, некий господин Икс, о котором нам ничего не известно.
– Объявления не будет, - спокойно отозвался Холмс и, вынув из кармана желтый конверт, бросил его на стол.
– Я нашел его в пальто Штольбе-Потоцкого, пока вы отвлекали его, рискуя собственной жизнью. Будьте любезны, Уотсон, прочитайте вслух.
Расправив лист бумаги со знакомым почерком, я увидел то, что должно было уничтожить моего друга при ином стечении обстоятельств:
"Шерлок Холмс терпит поражение и в припадке гнева убивает профессора Элсуорта, полагая, что он и Зайгель - одно лицо. Обнаруженная знаменитым сыщиком у своей жертвы рукопись оказывается подделкой. Шерлоку Холмсу грозит длительное тюремное заключение!"
Холмс сжег письмо над чайным блюдцем:
– Будет лучше, если о результатах расследования читателей уведомите вы, Уотсон. Набросайте свой отчет, вложите его в желтый конверт, и мы отошлем последнее объявление в "Дейли Телеграф" с посыльным. Таким образом, вы получите возможность поставить точку в этом деле.
– Подождите ставить точку, Холмс, я разобрался далеко не во всем. Каким образом вам удалось узнать, что именно Штольбе-Потоцкий последовательно выполняет волю профессора Мориарти?
Элементарно, Уотсон. Когда я пришел к Элсуорту, чтобы прояснить кое-какие детали, и Штольбе-Потоцкий провожал меня до кабинета, ваш покорный слуга обратил внимание на столик с полученной утром корреспонденцией. Среди газет был номер "Дейли Телеграф", но секретарь до сих пор не прикоснулся к нему, несмотря на то, что здесь должны были появиться новые сведения о похищенной рукописи. Так мог поступить только человек, заранее знавший о содержании очередного сообщения, и это показалось мне подозрительным. Побеседовав с профессором Элсуортом и выяснив для себя, что Зайгель - не кто иной, как Мориарти, я проследил Штольбе-Потоцкого до вокзала Брод-стрит, где имел возможность наблюдать его встречу с Монтрозом.
Экслибрис Рины Зеленой, исполнительницы роли миссис Хадсон. Автор книжного знака Л. Козлов.
– Для меня, Холмс, все еще не ясна роль этого человека. Он тоже из шайки Мориарти?
– И да, и нет, - задумчиво произнес мой друг. - У Монтроза темное прошлое, несмотря на то, что он - потомок старинного дворянского рода. Это человек, сочетающий в себе благородство и безволие, тонкую ранимую душу и страсть к азартной игре. По всей видимости, Монтроза не ставили в известность о характере выполняемых поручений. Доставка корреспонденции в респектабельную контору не казалась ему чем-то противоречащим его нравственному чувству.