Поскребушки
Шрифт:
В конце альбома он нашёл то, что вызывало ещё больший страх: много фотографий детей, разных, сфотографированых будто изподтишка.
Вопреки указу отца вытащить все вещи прошлых хозяев с чердака, Велон спрятал альбом за ящик с инструментами. Страшно подумать сколько тёмных секретов хранил этот дом. Он отнесёт альбом в полицию, как только ему исполнится шестнадцать.
Ещё он нашёл детский рисунок – какое то существо со зверинной головой,
Зверь держал за руку какого-то ребёнка, девочку, если судить по косичке и схематично нарисованой юбке.
Рисунок он тоже спрятал рядом с альбомом.
Вечером, он подошёл к отцу. Беинс сидел на диване, широко расставив ноги, ел пиццу. Крошки падали на пол. Он пил из горла бутылки с пивом и с мрачным лицом смотрел в экран телевизора. Шла трансляция футбольного матча.
– Хм, господин Беинс. Сегодня ночью, я снова слышал странные звуки…
– И что? – Отозвался отец.
– Нужно найти источник. Вдруг, это крысы.
– А мне какое дело?
– Они могут испортить мебель, продукты…
В Велона полетела бутылка пива и лишь благодаря опыту и готовности ко всему, он вовремя увернулся. Бутылка разбилась об стену, а не об его голову.
– Ты что, маленький? Не можешь отловить грызуна?
– Простите, я должен был сам с этим разобраться.
– Убирай.
Отец кивнул на осколки и разлитую лужу пива, неприятно воняющую алкоголем.
– Да, сейчас уберу.
Скряб…
Скряб…
Снова этот звук и снова ближе к часу ночи.
Велон выглянул в окно и увидел, что там идёт дождь. Он одел тапочки, обмотал одеяло вокруг себя и тихо пошёл вниз.
Отец, как всегда, спал на диване в прихожей. Телевизор был выключен.
На кухне, вовсю хлестала вода из крана. Причём, на полную мощность. Интересно, долго она уже так впустую льётся?
Он выключил воду.
Где-то снаружи, надрываясь, лаяла соседская собака. Велон собирался отойти от раковины, как вдруг, наступил на что-то мокрое.
Было темно.
Он приоткрыл кухонный шкаф, нашарил рукой коробок спичек и чиркнув об огниво, зажёг одну.
Он увидел мокрые следы: от раковины до ванны: огромные, полметра в длинну, трёхпалые, похожие на птичьи.
Велон не мог представить, что могло оставить такие следы, но подумал, что это пьяные проделки отца и ему лучше вытереть это всё, иначе
Велон пошёл в ванную за тряпкой. Увидел, что свет в ней включён. Зашёл внутрь. В ванной была набрана вода, почему-то в ней плавали клочья рыжей шерсти. Он вытащил затычку и слил воду. Затем вернулся на кухню и вслепую вытер пол. Выключил свет в ванной.
И в этот момент, почувствовал – кто-то стоит рядом. Стоит и дышит в затылок, обдавая его горячим дыханием. Велон резко развернулся…и ничего не увидел.
Скряб…
Звук раздался совсем рядом, как будто за стеной, отделяющей прихожую и кухню от гостинной. С той стороны стены стоял сервант, с этой стороны – висело большое зеркало.
Ощущение чьего-то присутствия рядом не покидало его.
Велон подумал: «Я схожу с ума». И решил уйти в свою комнату. Как только он покинул прихожую, сразу же потерял это жуткое ощущение.
Он лёг на кровать, ежась от холода и долго смотрел в стену, на которой двигались тени ветвей деревьев.
Скряб…
Он не реагировал. Это птицы или крысы. Пускай скребутся сколько хотят.
Вскоре он не смог сопротивляться сонливости и его глаза закрылись.
На грани сна и яви, он увидел, как среди теней ветвей, появилась ещё одна огромная тень. И она смотрела на него множеством глаз. И тянула к его лицу когтистую руку.
Он проснулся от того, что с него содрали одеяло и резко стащили с кровати. Это был, конечно, отец.
– Семь часов утра. Сколько можно спать? В доме, как всегда, срачь. Сегодня выходной, начинай генералить. Я буду контролировать, раз у тебя нет тямы и руки из задницы. Вставай! Чего разлёгся?
Велон молча встал. И под брезгливым взглядом отца, начал переодеваться. Тот даже не подумал удалиться из комнаты.
– Тощая баба, фу, – прокоментировал Беинс его телосложение, – Неудивительно, что тебя чморили в младших классах.
Велон сжал зубы. Неправда. У него было вполне обычное телосложение. Он не сильно отличался от сверстников, разве что не догонял их по весу. И над ним не издевались, с ним просто никто не общался.
– Ба-ба, – глумливым тоном, протянул Беинс – Бесхарактерная тварь. Сколько из тебя не делай мужика, всё равно ба-ба. Весь в мамашу.
Нагадив в душу и морально его унизив, отец пришёл в хорошее расположение духа. Он скалился и притопывал ногой.
Впереди были очень длинные и мучительные выходные.
Конец ознакомительного фрагмента.