Посетитель
Шрифт:
Джо и Дэнни пересекли Бродвей и направились к парковочной площадке под железнодорожным мостом.
— Кто это придумал выражение «в форме»? — спросил Дэнни.
— Те, кто не в форме.
— Сержант уже достал меня этими разговорами о еде. Может, он хочет, чтобы я подох с голоду?
Дэнни был небольшого роста, жилистый, ни грамма лишнего веса. Костюмы он носил одного и того же размера с тех пор, как ему стукнуло восемнадцать. У него была бледная кожа, покрытая выцветшими веснушками,
Джо был ростом шесть футов и три дюйма, очень широк в плечах.
— Ох черт!.. — скривился он, подойдя к серебристому «лексусу».
— Что такое?
— Да ты только посмотри! Дерьмо проклятое! — Джо достал из кармана ключи, открыл дверцу и залез в бардачок. Вынул оттуда тряпку и начал стирать с ветрового стекла пятно гудрона. Потом поднял глаза на мост, откуда на машину капнуло этим гудроном.
— По крайней мере свежий. А почему ты нынче не на санках из гетто? — «Санками из гетто» называли служебные машины.
— Мне надо сегодня в школу Шона на собрание. — Шон был восемнадцатилетним сыном Джо. — Я собирался прямо отсюда туда махнуть. Собирался… А теперь Анне придется ехать в школу одной.
— Ей это не очень понравится. А что Шон натворил?
— Легче перечислить, чего он не натворил, — покачал головой Джо.
— На него очень много всего свалилось…
— Ага, только у меня уже никаких сил нет. Да и Анне все это дерьмо на фиг не нужно — таскаться в школу каждый месяц и отвечать на вопросы идиотки-учительницы, которая на пятнадцать лет моложе нас.
— Шон — хороший малый. Погоди, через год он окончит школу и больше вам волноваться за него не придется. Попробовал бы ты справиться с четверыми, которым еще нет десяти! Я, конечно, всех их люблю, только, ох… — Дэнни тяжко вздохнул. — Ладно, поехали. Попрощайся с хорошенькой машинкой и залезай в дерьмовую.
Их отдел располагал парком из пяти машин. Любое повреждение автомобиля обрекало водителя на разнос в офисе Руфо. Правда, сегодня им досталась самая старая машина — серый «плимут-гран-фьюри» («Даже если поцарапаешь, всем наплевать», — заметил Дэнни).
Они выехали со стоянки и влились в поток машин, следующих на юг от Бродвея.
— Можно узнать, что произошло у доктора Пашвара? — спросил Дэнни.
Джо недовольно крякнул.
— Я, шатаясь, ввалился к нему, получил очередную дозу вайкодина и ушел.
— И все?
— И все.
— Хочешь сказать, это все, что ты и дальше намереваешься делать, да?
— А ты что, хочешь оказать мне психологическую помощь?
Дэнни этот выпад проигнорировал.
— То есть ты пришел к нему, сказал, что страшно занят, что тебе нужен только рецепт и поскорее?
— А что ж еще я должен был делать?
— Дать ему возможность тебя вылечить. — Джо страдал дисфункцией височно-челюстного сустава. Минимальная неприятность, которую мог причинить такой недуг, состояла в том, что нижняя
— И ты тоже становишься все хуже.
Джо думал сейчас совсем не о своей болезни и не о лечении. Вчерашний телефонный звонок слишком далеко отбросил его назад, в прошлое — к тем событиям, которые он долгие месяцы безуспешно пытался забыть: бездарная операция по освобождению похищенного восьмилетнего ребенка и угроза его собственной семье, чуть не окончившаяся ее гибелью. Маленькую девочку вернули матери, которая до этого была вне себя от горя, и они прильнули друг к другу, безмерно счастливые. А секунду спустя все это превратилось в кровавую кашу: похититель взорвал их в отместку за то, что мать вызвала копов. Джо перехватил его несколько минут спустя и всадил ему в грудь шесть пуль. Преступника звали Доналд Ригс.
После этого дела Анна настояла, чтобы Джо взял отпуск. Ей предложили работу в Ирландии, и они отправились туда вместе с Шоном. Восемь месяцев все было прекрасно, но потом… У Доналда Ригса оказался приятель по имени Дьюк Роулинс, убийца, годами занимавшийся своим кровавым промыслом, человек, который не желал оставить гибель Ригса неотомщенной. Едва освободившись из тюрьмы, он выследил Джо и попытался уничтожить его семью. При этом погибла подружка Шона, Кэти. А потом Роулинс похитил Анну, после чего она оказалась искалеченной морально и физически и тратила все силы только на то, чтобы забыть о происшедшем.
Они подъехали к патрульной машине, находившейся возле жилого дома на Западной Восемьдесят четвертой улице. Под зеленым с золотом навесом у входа стояла в нерешительности хорошо одетая пара, явно учуявшая, что тут случилось нечто интересное, но в то же время проголодавшаяся, а потому озабоченная тем, куда бы им отправиться перекусить.
В холле находился портье — аккуратно одетый пожилой мужчина с усами и нагрудной табличкой, на которой было написано, что его зовут Милтон.
— Ужасно! — Это было все, что он произнес, качая головой, и показал затянутой в белую перчатку рукой в сторону лифтов.
— С вами уже беседовали?! — спросил Дэнни.
Милтон кивнул.
Они вышли из кабины на третьем этаже и пошли по коридору, выложенному серой плиткой, направляясь к квартире номер 3Е. Оттуда вышел детектив в темно-синем костюме, уткнувшись в свой блокнот, зажатый в левой руке. Правой рукой он держался за живот. Детектив медленно обернулся в их сторону. Дэнни и Джо представились.