Поселок
Шрифт:
совершенно забыл, что мне необходимо заехать к любимой женщине.
Федор Пантелеевич оживился.
– Так это же замечательно, Роберт!
– Не понял. Вы мое имя знаете? Скажите прямо, что вам от меня нужно?
16
– Да не волнуйтесь вы. Не меня вам нужно остерегаться. Просто вы меня как-то сразу
забыли. Давайте заправимся и поедем. Я вам мешать не буду. И заранее плачу, чтобы вы не
подумали чего, – он открыл багажничек и положил туда
купюр. – Подожду, мне все равно делать нечего.
Роберт замер. Происходящее было похоже скорей на опасную авантюру, чем на
благотворительные жесты сумасшедшего. Нужно было что-то делать, наверное, ехать, чтобы
оттянуть время до более подходящих обстоятельств, например, милицейского поста, ГАИ…
Роберт вышел, открыл багажник, вытащил канистру и шланг, демонстративно выставил
все на дороге позади машины и поднял руку, показывая на канистру приближающемуся
самосвалу.
Привычные жесты сработали сразу. Водитель самосвала остановился, не доезжая
нескольких метров. Роберт взял канистру, подошел:
– Шеф, на одну канистру… выручай.
– Нет проблем, начальник. Только у меня сам понимаешь…
– Знаю, семьдесят шестой.
Водитель кивнул в сторону «Жигулей»:
– Заменил на головке прокладку? – заметил, откручивая крышку бензобака самосвала.
– Да. Давно, – нехотя подтвердил Роберт и протянул заранее приготовленные два рубля.
Водитель благодарно кивнул и машинально сунул деньги в карман.
Роберт перенес наполненную канистру к машине и достал лейку. Подошел Федор
Пантелеевич.
– Я помогу? – сказал он, беря канистру.
– А можно спросить, зачем это вам, Федор Пантелеевич? – Роберт почувствовал, что
сможет выйти на откровенность.
– У меня много лишнего времени.
– А я тут при чем?
– Вы мне симпатичны, – скромно улыбнувшись, отметил Федор Пантелеевич.
– Но я не гей, – сообщил Роберт, с иронией глянул на клиента.
– Я тоже, – ничуть не смутившись, принял шутку Федор Пантелеевич.
– Тогда что же?
– Хочу к вам подлизаться.
– Зачем и каким образом?
– Каким образом, вы уже знаете. Буду пользоваться вашими услугами, если не возражаете,
– скромно пояснил он, ловко укладывая пустую канистру в багажник на место, где она
лежала. Роберт пожал плечами: проскользнула мысль, что эта операция клиенту не впервые.
– Да, пожалуйста. Только я не каждый день на машине.
– И я не каждый день, – усмехнулся Федор Пантелеевич, усаживаясь на свое место.
– Тогда… Зачем такая куча денег?
– Взятка, –
– Взятка? За что и зачем?
– Чтобы не отказал. Плата вперед. Не возражаете, Роберт Иванович? – спросил он
нисколько не наигранно, и добродушно посмотрел на Роберта, ожидая согласия.
– Я не хочу быть обязанным. Заберите деньги, Федор Пантелеевич.
– Не волнуйтесь. У меня еще есть.
Роберт усмехнулся:
– А кому они не нужны? Но это не заработанные мною деньги.
– У вас, Роберт далеко не советские взгляды. За это могут и посадить, – он лукаво
улыбнулся. – В нашей стране не спрашивают, за что дают деньги. Дают – значит бери. У вас,
17
дорогой Роберт, понятия коренного американца. Ничего, пусть лежат, вдруг они вам
пригодятся. А у меня не уцелеют. Считайте, что я их по ветру пустил.
Роберт внимательно окинул лицо клиента. На алкоголика как будто не похож, значит,
безумный игрок на деньги. Сходу внешне не определишь.
– Ну, хорошо, Федор Пантелеевич… что-то крутится у меня ваше лицо. Может быть, когда-
нибудь вспомню. Куда едем? – задал он привычный вопрос, словно несколько минут назад
они не выяснили, что обоим на «Южный вокзал».
– Как договорились. Мне нужно в ящике камеры хранения взять кое-какие вещи. А потом
назад, если не возражаете…
Роберт промолчал. И не только потому, что стал привыкать к странной иронии клиента, что
по непонятному совпадению ему тоже на вокзал и тоже в каме6ру хранения. А еще – не
повторять же, что заедет к Татьяне!
– К любимой женщине? – приветливо улыбнувшись, заметил Федор Пантелеевич. –
Обязательно! Женщинам нельзя отказывать, как и маленьким детям. Особенно – дочке. Но
только не сейчас. Не советую. Назад я буду вас сопровождать прямиком до вашего дома,
Роберт Иванович. И никаких возражений, – мягко добавил он.
Роберт неприятно дернул руль, отчего машина слегка вильнула.
– У меня такое впечатление, словно вы обо мне знаете больше чем я сам о себе.
– Нет, просто я в некотором смысле ясновидец, – и снова улыбнулся, такой хитрой,
скрытной улыбочкой.
– Вы ждете от меня подтверждений?
– Да нет. Но мне кажется, я попал в точку. Можете не признаваться. Я не любопытный.
– Не признаюсь, – добродушно согласился Роберт и, глянув в зеркало заднего вида,
отметил себе, что уже несколько минут едущая за ними милицейская машина бесцеремонно