Портрет планеты

На заднем плане загорается Млечный Путь.

Сцена слегка освещена. Адам выходит слева и идет в центр заднего плана сцены.

Адам.

Вслед за Адамом появляется Каин, он слегка туговат на ухо.

Каин. Что?

Адам. Я – первый бог.

Каин. Ах так. (Встает справа от Адама.) Я -второй бог.

С некой торжественностью появляется Авель, встает слева от Адама.

Авель. Я – третий бог.

Выходит беззаботный Енох, останавливается слева от Авеля.

Енох. Я – четвертый бог.

Адам зевает.

Каин. Как?

Адам. Скучна эта бесконечность.

Авель. Скучна до безобразия.

Каин. Что?

Авель (тщательно проговаривая). Скучно до безобразия.

Каин. Понятно.

Енох (поворачивается к Адаму с Авелем). Сядем?

Авель. Сядем.

Авель садится, Енох ложится на спину, Адам остается стоять.

Каин. Что?

Авель (тщательно выговаривая). Садись.

Каин. Ага. (Садится.)

Адам. Солнце гибнет.

Каин. Кто?

Адам (раздраженно). Солнце погибнет.

Каин. А-а.

Авель. Когда?

Адам. Скоро.

Енох (переворачивается на живот). Вот это взрыв будет!

Каин. Что будет?

Авель. Солнце расколется, и его материя исчезнет во Вселенной.

Авель явно рад этому.

Каин. Ах так.

Адам. Бах!

Каин. Что?

Адам. Бабах!

Каин. Как?

Адам. Бум!

Каин. Ага!

Енох. Но пока это солнце еще стабильно.

Авель. Значит, с ним ничего не случится.

Енох. Нет, оно исчезнет.

Авель. Значит, оно не стабильно.

Енох. Тогда я ничего не понимаю в солнцах. (Переворачивается на спину.)

Адам, И я тоже.

Каин. Что?

Адам (зло). И я тоже.

Каин (свирепеет). Ах так.

Адам. Интересно, есть ли у этого солнца планеты?

Каин. Есть – что?

Адам. Планеты!

Каин (спокойно). А-а, понятно.

Авель. Не имею представления.

Каин. Чего-чего?

Адам невнятно что-то бормочет. Каин. Да? Енох. Я говорю о планетах, населенных жизнью.

Каин. Чем?

Авель (обращаясь

Каин. Ага.

Енох. Я совсем не разбираюсь в живых организмах.

Авель. Это неважно.

Енох. Ну что, двинулись дальше? Авель, смеясь, поднимается, за ним встает Енох.

Каин. А?

Авель (подходит к Каину). Пошли.

Каин. Ага. (Поднимается и становится позади

Авеля.)

Адам (еще раз бросает взгляд на Млечный Путь). Солнце все равно погибнет.

Мужчины уходят. Слабый свет на сцене гаснет.

Светится только Млечный Путь. Потом резко вспыхивает общий свет. Млечный Путь исчезает.

Из глубины сцены слева выходят женщины, справа – мужчины, все выстраиваются в полукруг.

Женщины одеты в мундиры, в руках – голубые фуражки, Ада несет палку. На мужчинах – звериные шкуры, как у дикарей.

Все. Мы.

Ева. Ева.

Все. Мы.

Ада. Ада.

Все. Мы.

Цилла. Цилла.

Все. Мы.

Наема. Наема.

Все. Мы.

Адам. Адам.

Все. Мы.

Каин. Каин.

Все. Мы.

Авель. Авель.

Все. Мы.

Енох. Енох.

Женщины надевают голубые фуражки. Ада. Гулять! Женщины уходят. Мужчины, сгорбившись, молча бегут по кругу. Замечают, что женщины ушли.

Адам. Жарко.

Каин. Все высохло.

Енох. Реки обмелели.

Авель. Танец дождя!

Слышен барабанный бой. Мужчины, топая и по-первобытному крича, сбиваются в тесный круг. Справа появляется Ева с железным котлом, смотрит на танец. Музыка обрывается гулким ударом литавр. Мужчины с ужасом замечают Еву, возобновляют бег по кругу. Ева презрительно обходит их, ставит железный котел на авансцену.

Ева. Есть.

Мужчины останавливаются, ждут, пока скроется Ева, бросаются к котлу и начинают жадно есть.

Енох. Опять печенка?

Авель. Не знаю.

Адам. Печенка.

Каин. Печенка.

Енох. Вечно эта печенка.

Прекращают есть, смотрят друг на друга.

Адам. Раньше мы ели окорок.

Каин. Котлеты.

Авель. То раньше.

Они хрюкают.

Каин. Нас кормят все хуже.

Авель. С тех пор как у нас появились белые женщины.

Енох. Других нет.

Адам. Белые женщины увезли наших женщин.

Авель. На больших сверкающих птицах.