Порталы

Денисов Константин Владимирович

Весь план он прорабатывал в голове, не предпринимая никаких действий для этого, чтобы себя не выдать. Он никуда не ходил, ничего не проверял, ничего не уточнял.

Он решил где и какой самолёт возьмёт, но не пошёл смотреть в порядке ли он и на месте ли сейчас. С почти стопроцентной вероятностью он должен был стоять в ангаре. Они крайне редко использовали авиацию. Так что ходить и проявлять неожиданный интерес было бы слишком подозрительно.

Фавир поймал себя на мысли, что возможно он параноит и никому нет никакого дела до того куда и зачем он ходит. В его положении

он имеет на это полное право. Однако, усилием воли, он всё же удержал себя на месте и никуда не пошёл.

Старший, вроде бы, поверил в его рассказ. Да и история была, в общем-то, убедительной. Фавир не стал упрощать, а рассказал, что торг был сложным, что гости сначала ничего не хотели давать, а пытались давить и угрожать. Но поскольку на переговорах была молодая девчонка, ему удалось самому на неё надавить.

Насчёт того, с кем он разговаривал, врать не стоило. Все видели, что собеседница была одна и была молодой. Фавир вообще сказала старшему, что по его ощущениям, это группа молодёжи, которая прибыла сюда то ли в поисках приключений, то ли своими глазами посмотреть на поле боя. В общем, богатые и знатные молодые люди, которые не вполне понимают, куда они попали и во что вляпались. На резонный вопрос, как их пропустил карантин, Фавир только пожал плечами. Это ему неизвестно. Возможно, как-то договорились, или кому-то заплатили.

В целом, история получилась довольно убедительной. Фавир, прокручивая её потом в голове, решил, что старший должен был во всё поверить. Всё было логично и всё сходилось. Поняв что они вляпались, молодёжь готова была отдать всё, лишь бы вытащить своего друга.

Фавир почти всё рассчитал правильно. Но не всё учёл. Кое-чего он просто не знал. Не знал, что Зузу был в военной должности при дворе. А это, какой бы формальностью иногда не являлось, давало некие обязательные навыки. Из-за этого-то всё и посыпалось.

Да, слабым местом было то, что пленник мог рассказать дознавателю, что принцесса на планете. Это был ещё один повод поторопиться, пока допрос не закончат. А химический допрос дело не быстрое, он это прекрасно знал, потому что сам ни раз на таких присутствовал. Допрашиваемого постепенно накачивают препаратами в течение нескольких часов, чтобы не возникло острой интоксикации, а организм постепенно растормаживался и успевал привыкнуть к новому состоянию и допрашиваемый не зажимался, не блокировал сознание, а постепенно размягчался и начинал плыть. И только потом, ему начнут задавать вопросы. У Фавира была почти целая ночь форы. А перед рассветом нужно было начинать действовать, пока не забили тревогу и не объявили охоту на принцессу.

Что-то неладное Фавир почувствовал за час до того, как хотел начать. Несколько раз протопали шаги по коридору и где-то вдалеке хлопнула дверь. Слишком большая активность. Это могло быть простым совпадением. Его нервы были сильно напряжены, и он всё воспринимал слишком остро. Возможно, всё дело было в этом. Но подумал минуту, Фавир понял, что это не совпадение. Что-то происходит. И это что-то ставит под угрозу весь его план. Полежав ещё немного, делая глубокие вдохи и выдохи, он вдруг резко встал и понял,

что в эту постель он уже не ляжет. А скорее всего не переживёт и сегодняшний день.

Но отступать он не собирался, поэтому за минуту оделся, взял то, что приготовил с вечера и стремительно вышел из своей комнаты.

Старший крепко спал. Какая бы ни была сложная и напряжённая ситуация, если он позволял себе лечь, то не рефлексировал, а использовал время отведённое на сон на всё катушку. Он умел засыпать едва коснувшись головой подушки, и просыпаться мгновенно, тут же включая мозг, как будто секунду назад и не спал.

Краем подсознания он уловил шаги где-то далеко в коридоре и тут же сев на постели начал одеваться. Через считанные секунды влетел дознаватель, но старший уже стоял посреди комнаты полностью одеты и смотрел на дверь, как будто только и делал, что ждал его.

Помощник в коридоре даже не проснулся и это ему будет дорого стоить.

Дознаватель вломился с ходу. Для проформы он даже вроде стукнул по двери, но сделал это, когда уже почти вошёл. Он удивился, что старший стоит посреди комнаты и смотрит на дверь. Однако, скользнув взглядом по смятой постели, которая была тут же, в кабинете, он понял, что их предводитель всё же не железный и иногда спит.

— Говори! — сразу спросил старший, не допустив траты времени на ненужные извинения за внезапное ночное вторжение. Если вломился, следовательно, повод есть и стоит перейти сразу к делу.

— Химия не работает, — выдохнул дознаватель.

— Поясни! — резко сказал старший, не поняв пока что именно случилось.

— Кололи по схеме. Всё как всегда. А он вместо того чтобы размякнуть, начал загибаться, — выпалил дознаватель.

Старший медленно сжал кулак и дознаватель понял, что его сейчас ударят. И тут же в голове внезапно прояснилось и до него дошло, что то, что ему кажется понятным и само собой разумеющимся, для старшего может не значить вообще ничего.

— Он дворцовый! — выпалил дознаватель.

Кулак старшего медленно разжался.

— Скажи несколько предложений, но так, чтобы в конце у меня не осталось никаких вопросов, — сказал он.

Дознаватель кивнул.

— Химия которую мы используем при допросах почти безотказная. Но есть ряд военных у бесов, чей организм с детства приучают к блокировке таких препаратов. Нейтрализовать не получается, но получается изменить действие. Эта химия вместо того чтобы сделать их разговорчивыми, начинает их убивать. Это практикуют среди тех, кто служит при дворце и чья судьба определена с детства, — скороговоркой выпалил он.

— При всех дворцах? — старший сузил глаза.

— Насколько я знаю, только при главном! — сказал дознаватель, — но это всё не точно. Может и при разных, а может и не только при дворцах. Может ещё где используют… в разведке например. Но одно не вызывает сомнений. Это тот самый механизм. Я такое уже видел один раз, правда давно. Дворцовые к нам обычно не попадают.

— А почему они на всех военных это не используют? Хорошо же, сделать принудительный допрос невозможным? — спросил старший.