Попутчики

Капуловская Виктория

 — Ух, ну и непогода! Как хорошо, что мы вас нашли, — улыбнулась Маргарита.

 — Вам повезло — у нас как раз остался один номер.

 — Один номер? — Коля с Ритой озадаченно переглянулись. — Односпальный?

 — Да, там одна кровать.

 — Я думаю, у нас нет других вариантов, — пожала плечами девушка. — Как-нибудь да расположимся.

 Пока они поднимались по лестнице на второй этаж, Риту не оставляло какое-то неприятное ощущение. Ночевать в одной комнате с едва знакомым мужчиной было слишком даже для нее, привыкшей

к разным экстремальным условиям.

 — Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — обвел скептическим взглядом комнату парень. Посередине под стенкой стояла большая широкая кровать, рядом маленькая деревянная тумбочка, напротив располагалось уютное глубокое кресло.

 — Ты все время читаешь мои мысли, — попыталась сыронизировать девушка, но сразу поняла, что вышло это у нее не слишком убедительно.

 — Я попробую соорудить себе спальное место из этого кресла.

 — Хорошо. Если ты не против, то я сразу в ванную.

 — Ага. Давай, — задумчиво ответил Коля. Он пока с трудом представлял, как можно будет выспаться на кресле.

 Рита закрылась в ванной комнате и внимательно посмотрела на себя в зеркало. Выглядела она немного уставшей. Девушка вздохнула и достала из сумки телефон, но он, увы, разрядился. «Более странной ситуации в своей жизни и не припомню. Я ловлю попутку в России, еду с непредсказуемым молодым человеком, а теперь еще и ночую с ним в одной комнате. Просто потрясающий день…» — хмыкнула Маргарита.

 Когда она вышла из душа, в номере никого не было. Кресло было разобрано. К счастью ее спутника, оказалось, что на нем можно довольно удобно устроиться. Но куда подевался сам спутник? Рита раздвинула шторы и выглянула в окно: на улице ситуация лишь усугубилась. Ветер неистово завывал, через дорогу было видно, что он уже завалил пару молодых деревьев, а в окно яростно били капли дождя.

 — А вот и я, — Коля зашел в комнату с подносом в руках, на котором дымились две чашки чая, стояла тарелка с оладьями и пиала с вареньем. — Пока что это все, что мне удалось раздобыть.

 — По-моему, это уже отлично, — похвалила его Рита. Она действительно была тронута его заботой.

 — Тогда давай ужинать.

 Положив поднос в центре кровати и сев по обе стороны от него, они с наслаждением принялись за скромную трапезу. Маргарита исподлобья наблюдала за парнем. Коля перехватил ее взгляд и ухмыльнулся:

 — Непривычно? С незнакомцем в незнакомом месте в такое время суток?

 — Более чем. Хотя... Мне-то уже нечему удивляться… И не такое бывало…

 — И что же тебя все-таки занесло в эти далекие края? Или не такие далекие?

 — Я ведь уже говорила — работа.

 — А поконкретней? — Николай тоже изучал девушку. От него не скрылась ее нервозность, когда они зашли в номер. Очевидно, она относилась к нему с опаской.

 — Поконкретней не могу. Профессиональная этика. Скажем — нужно было раздобыть кое-какую информацию.

 — Откуда приехала? — парень не собирался

останавливаться. Ему вдруг захотелось настоять и выведать у нее все подробности.

 — Из Украины. А что? — подняла одну бровь девушка.

 — Далековато будет.

 — Ты ведь сам не местный.

 — Ты так уверена? — улыбнулся Коля.

 — Говор не русский. Ты не делаешь акцент на гласных и не выделяешь окончания реплик интонационно, что свойственно большинству россиян.

 — Так ты филолог?

 — Слушай, почему тебя так стала волновать моя профессия? Утром тебе вообще не было до меня дела.

 — Ты не ответила.

 — Нет, не филолог. Но чтобы подмечать тонкости речи, не обязательно заниматься фонетикой.

 — Значит, будем сохранять загадочный образ? Это такая женская игра?

 — Ни в коем случае. Впрочем, ты тоже сейчас играешь со мной. Печальный водитель, сосредоточенный на какой-то проблеме. Молчалив. Как только начинаешь задавать тебе вопросы — сразу проявляется защитная реакция. Более чем уверена: из нас двоих ты скрываешь намного больше.

 Коля пожал плечами и облокотился на спинку кровати. Дотошная попалась ему соседка. Хотя винить женщину в любопытстве так же глупо, как и кидаться на медведя с открытым забралом.

 Рита решила не продолжать дальше бессмысленный разговор и включила телевизор. В этой местности работали только четыре канала. Выбор невелик. На третьем по счету ведущая новостей рассказывала о покушении на жизнь известного в высших политических кругах бизнесмена Аристарха Бердеса.

 — Ну разве это новость? — возмутился Коля.

 — Возможно, для кого-то это важно, — Рита бросила на него слегка удивленный взгляд.

 — Да не умеют они делать новости! Вообще на телевидении журналисты выпускают слишком поверхностные репортажи.

 — Не знала, что тебе это так близко.

 — У меня друг работает на ведущем канале. Каждый день новое задание и новые ограничения.

 — Политика партии неизменна, — усмехнулась девушка. — А чего тут ожидать? В печатных СМИ та же ситуация.

 — Не скажи! В прессе свободы куда больше и размах тоже шире.

 — Ну и что с того — все равно все они врут, — Риту начала раздражать эта странная беседа, она встала с кровати, поставила поднос на подоконник и плотнее сдвинула шторы.

 — Не спорю… Многие врут. Но в любом уважающем себя издании есть несколько журналистов, к мнению которых можно, да и нужно прислушиваться.

 — Опять-таки субъективизм. Каждый автор преподносит лишь свое собственное или корпоративное виденье ситуации. А истина находится в лучшем случае где-то посередине, а то и очень далеко от нее.

 — Журналисты не пророки, чтобы нести истину в последней инстанции, — возразил парень.

 — Ты сам себе противоречишь. Хотя бы долю этой истины они все равно должны донести, иначе можно было бы обойтись без средств массовой информации.