Попала!
Шрифт:
Хотя… если выбирать между постройкой воздушных шаров с железными дорогами и откатом к дикому тоталитарному строю, при котором ни в чем не повинную девушку могут схватить на улице и запытать до смерти просто для того, чтобы кому-то досадить, – я голосую за воздушные шары!
Я продолжала успешно избегать знакомства с Арвисовой мамой – почему-то я этого боялась. Арвис попытался надавить… наткнулся на глухую оборону и махнул рукой.
– Не расстраивайся, – чмокнула я его в нос. – Вот намнем бока Талисии, укрепим границу, начнем выращивать кукурузу и принимать девушек в университет, и у меня будет время заняться этикетом. Вот тогда мы и познакомимся,
– Скажи еще – построим домну, пяток железных дорог, парочку пароходов… – вздохнул Арвис. – Нет, когда я увидел твои штаны, надо было мне самому в окошко прыгать! Знал бы…
Я надулась. На мой взгляд, критика была несправедлива. К тому же я предлагаю ему реальные вещи, а не завиральные фантазии вроде как компьютеры на коленке клепать или на Луну лететь!
Кстати, по поводу фантазий: Борадис наладил производство проволоки и даже многожильных кабелей. И теперь, припахав очередных родственников, параллельно с керосинками, дрезинами и воздушными шарами, занимался усовершенствованием нашего телеграфа и созданием телефона. Ай сумел по моей просьбе раздобыть два допотопных ВЭФ-овских аппарата, которые мы отдали Борадису для изучения и воспроизводства.
Впрочем, Арвис попросил его отложить эти начинания и заняться более актуально насущным – производством хорошей стали, модификацией пушек и созданием минометов. Кузнец вздохнул… но согласился. Сначала отобьемся от Талисии, а потом будем телефонизировать страну, ага!
Я, чувствуя, что уже дурею и зверею от бесконечных разговоров о войне, не реже, чем раз в два дня сбегала к Нариали. Приятно просто поболтать с подругой за чашкой чая, обсуждая фасоны платьев, пошив лифчиков и украшения на шляпках. Как ни странно, но наши шляпки-беннэт потихоньку стали появляться в городе. И благодарны за это мы должны были быть легкомысленной Алиэсте, которая, прежде чем сломать ногу, успела покрутиться во дворце в миленьком голубом капоре.
Приезда послов Талисии я не видела. Арвис попросил пересидеть это время дома. Просто затем, чтобы у него не было лишнего повода для беспокойства. Спорить не стала – что я, на правительственные кортежи в своем мире не нагляделась? Хихикнула, представив, как выглядели бы здешние кареты особо важных персон с синими шишками мигалок на крышах. Полный дурдом, ага.
Я и сама нервничала – как там мой эриналэ? Узнал ли, что хотел?
Вечером Арвис связался со мной, только чтобы сказать: «Все в порядке, но меня не жди – я занят». Вздохнув, спустилась вниз, в кабинет, позвала Мариса и села за очередной кусок перевода учебника по химии… Правильно китайцы говорят: догонять и ждать – два самых тяжелых занятия.
Он вернулся через два дня – черный, как головешка. Криво мне улыбнулся, потом, не успела я закрыть дверь, жадно поцеловал.
– Давай покормлю, помогу вымыться, а ты мне все расскажешь, да? – Кажется, я уже вошла в роль образцовой жены.
– Да все просто: отец еще жив, но очень плох, а меня прямо на приеме попытались отравить. И да, весной планируется большое наступление в Лиорте, а как подавят сопротивление там, попрут на нас. Они же думают, что Зилли и Закатные острова – уже их!
Упс! А ведь надеялись, что у нас есть три-четыре года… Ну что, теперь срочно таскаем тоннами из измерения в измерение взрывчатку и снайперские винтовки? И молимся Тутанхамону, чтобы хватило времени на подготовку.
А в Лиорте захватчикам стоит устроить парочку неприятных сюрпризов – кое-какие мысли на этот счет у нас были, не зря уже хорошо понимавший русский язык Ай учитывался книгами про шпионские операции и партизанские войны.
Воздушный
Через два дня Арвис проводил перекрашенного в шатена Тиабра с пистолетом и группой поддержки в Талисию. Прикрытием рейда стал один из обычных в это время года караванов с зерном. Напоследок Арвис как следует подлечил Тиабра – и чтобы тот был бодрее, и чтобы можно было поддерживать ментальную связь. О последнем, впрочем, не подозревал и сам Тиабр. Но зато его ознакомили с планировкой личной тюрьмы шиарда, расписанием смен караулов, всеми ловушками, паролями и тем, в какой конкретно камере нужно искать маэллта Денэриса. Кстати, располагалась темница под землей в большом саду рядом с дворцом шиарда. Я бы не смогла спокойно гулять и нюхать цветочки, зная, что под моими ногами кто-то скрежещет зубами от боли… а шиарду Биарсию такое нравилось. Так что я не удивилась, узнав, что Тиабр получил еще и план дворца, и весь наш запас взрывчатки…
Обозы ходят медленно. Таково одно из основных их свойств. Только через два дня Тиабр пересек границу и еще через пять дополз до Пьяранта. И все это время здесь, в Риоллее, Арвис развлекал гостей – балы и фейерверки, зимняя охота на кабанов и туров и снежные забавы… Я не сразу поняла, почему он приходит не просто усталым, а по-настоящему вымотанным. Почти на грани срыва. И с трудом вытянула, что темноглазый красавец шиард-атер Вазилий обожает разглядывать Арвиса в упор – как кот канарейку в клетке, а сам вспоминает в это время о том, как они с братом пытали старшего маэллта, и прикидывает, что бы такое поинтереснее сотворить с младшим? И однажды Вазилий додумался – не стоило ему вспоминать, как, бросив в каменный мешок измученного пытками пленного, они с братом мочились на него сверху: у Арвиса лопнуло терпение.
– Не знаю, прав я или нет, но не позже чем через три месяца по возвращении домой он умрет. Откажут почки, – вздохнул мой эриналэ. – А ведь я обещал неприкосновенность…
– А кто пытался тебя отравить, он? – весьма кстати вспомнила я. – Ну и на какую неприкосновенность после такого он мог рассчитывать? Как говорится, что потопаешь – то полопаешь. Кто к нам с чем зачем, тот оттого и того!
– Странный у вас язык какой-то… – хмыкнул Арвис, тыкаясь носом мне в волосы.
Ночь налета на тюрьму мы не спали вдвоем. Сидели в темноте, переплетя пальцы и сжав руки. К сожалению, сил Арвиса еле-еле могло хватить на два-три коротких контакта – слишком большим было расстояние. Да и вообще силы надо было беречь – без мысленной связи с Тиабром будет невозможно понять, где встречать воздушный шар.
Арвис, понимая, что все равно ничем не в состоянии помочь, терпел, сколько мог. То есть до пяти утра. Потом сел на край постели, уставился в пространство, похлопал глазами, сделал неприличный жест и выдал эмоциональное: «Есть!» После чего рухнул лицом вниз – я его еле подхватить успела.
Придя в себя, улыбнулся и слизнул кровь с верхней губы:
– Отец плох, но жив. Они уже взлетели. Ветер северо-восточный, как надо. Дворец превратился в груду камней, охранники перебиты, остальные узники разбежались… К сожалению, Биарсий, похоже, остался жив.