Попал! Том 4

Извращённый отшельник

— Я достал!

— Держите его!

— Нихера не вижу!

— Арррргх!

— А-а-а-а-а! Нееет!

Старейшина хмыкнул, стоя перед дымовым облаком и видя там лишь редкие искры от столкновения мечей. Он поднял своё кимоно и мощно махнул им, как огромным веером. Облако сдуло. Либро лежал на спине, державшись за живот, его окровавленные пальцы придерживали вывалившиеся толстые кишки, кажется, он пытался вставить их обратно в брюшную полость. Рядом на коленях стоял Окуто, обхватив окровавленной рукой обрубленную по плечо культю, и громко стонал от боли. Демон же с кровоточащей

грудью и изодранным кимоно стоял напротив Юдзиро и Кисэ.

— Вдвоём, Ю… — со страхом в голосе произнёс Кисэ. У них были всего лишь синие пояса, разве реально тягаться с этим парнем, сражавшимся на равных со старейшиной? Но отступать некуда. Орден их дом.

— Кисэ. Я уважаю тебя… — ответил ему Юдзиро напоследок. Оскалив в ярости лицо, скрытое за маской, он прокричал. — Сдохни! Демон!!! — и бросился в атаку.

Его рывок и удар были слишком медленными для Томи. Две руки Юдзиро отделились в районе локтей. Второй удар срезал ему с плеч шею вместе с головой. Кисэ, закрыв глаза, в самоубийственной атаке бросился следом, но тут же нарвался на укол клинка. Его испуганный взгляд опустился вниз — Томас вытащил из его солнечного сплетения вакидзаси, дав дорогу тёплой крови юнца наружу.

— Так… быс… тро… — прохрипел Кисэ и свалился на колени, рядом с обезглавленным телом Юдзи. В его голове проскочила мысль: неужели этот Демон — наказание небес… за все прегрешения ордена… Молодой ниндзя никогда не думал, что умрёт вот так просто, в один миг…

— Долго ты. — хмыкнул старейшина, наблюдав за расправой над ниндзя, ослушавшихся его приказа.

— Спасибо за ожидание. — согнул Томи руку в локте и обтёр о внутреннюю часть спецовки лезвие от крови.

— Значит, там, — указал старый на выход. — Мои ниндзя заняты твоими людьми? — приподнял старый вепрь бровь, оперевшись на рукоять меча.

— Ага. Надеюсь, теперь нам не помешают. — ответил Томас, приняв боевую стойку и показывая полную готовность к продолжению дуэли мастеров.

В прошлом, когда бились мастера былых эпох, противоборствовавшие армии останавливали сражение, дабы узреть поединок великих. В большинстве случаев военные столкновения сводились к дуэли лучших воинов и чемпионов. На этом сражения могли и окончиться, победителем становилась та армия, чей мастер победил. И сегодня вепри нарушили это негласное правило, вызвав у главы ордена недовольство, ведь он и Демон были лидерами двух сил, и именно их дуэль решит исход происходящего столкновения…

— Ты чёрств для своего возраста. Твои люди сейчас гибнут на склонах Фудзи, даруя тебе время ценой своих жизней. — хмыкнул старый вепрь. — А ты всё не используешь оби и стиль. Нынешними силами меня не одолеть.

— Ты уже второй раз настаиваешь на активации стиля. — улыбнулся Томи. — Думается мне, активируй я сейчас Оби, и меня ждёт неприятный сюрприз.

Старик оскалился радостной улыбкой и бросился на Томи, выкрикнув в рывке:

— Не попробуешь! Арх! — нанёс он удар, но лезвие рубануло лишь воздух. — Не узнаешь! — бросился вепрь во вторую атаку, не прерывая связки. Томас парировал его выпад, попытался ответить режущим косым с намерением зацепить костлявые пальцы старейшины,

крепко державшие чёрную рукоять, но тот сменил хват и отбил гардой лезвие, не позволив до них добраться.

И Вепрь и Демон высоко классно владели холодным оружием, парировав атаки друг друга. Никто из них так и не ошибся. Уловки Томи, его мелкие провокации были абсолютно прозрачны для Фую, при этом мастерство старика не превышало мастерство молодого паренька, и создался паритет. Немыслимо. Как опыт главы ордена мог быть сопоставим с кем-то вроде этого мальчишки? Десятки лет, сотни битв разделяли их друг от друга! Непреодолимая пропасть! Но такова реальность… Бывший чемпион Астарии и действующий глава ордена Яростных Вепрей… Кто же окажется победителем…

Старейшина улыбался. Смертельный поединок, с таким достойным противником, разжигал его кровь. Схватка, в которой одно единственно неправильное движение приведёт к краху. Краху жизни. Краху ордена. Краху многовековой истории. Когда на кону стояла не только его жизнь, но и жизнь сотен других. Как могла не кипеть его кровь?! А сердце не выбивать бешенный рванный ритм?!

— Ха-х! Хорошо! — встретил Фую очередной мощный выпад Томаса. — Кхах! Силён! — он тут же контратаковал, и Томи отбросило на десяток метров, ему даже пришлось притормозить, воткнув кончик вакидзаси в камни, дабы погасить скорость.

— Старик… — гневно прокряхтел Томи, остановившись. — Хватит сопротивляться, и умри уже…

— Ха-х! — оскалился Фую. — Это место станет твой могилой, пацан! Я лично распоряжусь похоронить тебя вон в том углу! — указал он в один из многочисленных закутков пещерного зала.

— Какой ты разговорчивый… — вытер Томас пот с бровей, тряхнул кистью, пытаясь избавиться от онемения — удары старики были слишком тяжёлыми, все кости трещали. — Убайбо был более скромен!

— Уху-ху-Ху! — усмехнулся старик. — Какой ты — провокатор!

— Как такую тефтелину взяли в вепри? — продолжал Томас пытаться вывести старого из равновесия. — Кстати, он предлагал мне встать под его крыло. — почесал Томи висок. — Но я отказал.

— И почему же? — старый вепрь, действительно, хотел знать.

— Я должен убить вас всех. Это обещание. — Томас выставил перед собой клинок.

— Вот как. — ответил Фую, видя всю серьёзность демона. — Тогда готовься умереть. Я покажу сильнейшую атаку.

— Давно пора. — хмыкнул Томи, изменив стойку и центр тяжести. По его виду можно было сказать, что он встал в защиту и подготовился встретить старого вепря, но Фую, проведя с ним недлительный бой, понял, что тот рванёт в обоюдную атаку.

"Безумный юнец. — провёл старик рукой по лысине. — Что? Я вспотел? Этот подлец заставил меня пропотеть. Надо же. Мерзавец."

Вепрь схватил рукоять тёкуто двумя руками и занёс его немного назад, дабы совершить размах перед ударом, тогда из-за увеличения амплитуды в удар можно будет вложиться по максимуму. Томас так же подготовился нанести максимально сокрушительный удар.

— Моё имя, Таро Фую. — прищурил старый японец взгляд. Назвав себя, он признал силу и мастерство Томаса.

— Я запомню, старик. Моё же — Томас Романов.