Попаданка
Шрифт:
Как бы Снежный Охотник не убеждал меня, что пробраться наверх, к руинам, будет намного проще, укрывшись в ночной тьме, заночевать нам пришлось.
Меховой плащ послужил неплохой подстилкой, помогающей не отморозить зад, а горячий бок вытянувшегося в снегу дракона – отличной печкой, так что к утру мы с Убийцей вполне отогрелись и пришли в благоприятное расположение духа.
Пока я не осознала, что мне придется
Все проклятия и нецензурные ругательства Одавинг снес безропотно, смиренно опустив голову и попыхивая черным дымком. Затем потянулся и буркнул:
– Я могу отвлечь от тебя своих зейма, собратьев. Увести их прочь, чтобы ты не убила их.
С кряхтением древней старухи я взвалила на плечи футляр со Свитком и пнула расстеленный на снегу плащ.
– Не разочаровывай меня, не говори, что ты всерьез полагаешь, будто я могу справиться с двумя драконами.
– Я хотел сделать комплимент, – проворчал змей и лениво потянулся. – В таком случае – я отвлеку других Дова, чтобы они не убили тебя.
– Ты совершенно не помогаешь, – огрызнулась я, ступая на первую грубо выбитую ступень.
Я выбилась из сил на пятьдесят пятой ступеньке; свернула и засунула под ближайший камень меховой плащ – на сотой; еще через пару десятков ступеней я окончательно сбилась со счету и выпустила из рук Убийцу, тут же деловито упорхнувшую куда-то вверх.
О том, что мучительный подъем вот-вот завершится, возвестил донесшийся лязг, вопль и боевое кудахтанье. Испугавшись за зомбо-куру, умудрившуюся найти приключений на свой пернатый хвост, я обнаружила в себе второе дыхание и с энтузиазмом бросилась на штурм оставшихся ступеней.
Успела как раз к катарсису – Убийца деловито расковыривала пустую черепную коробку упокоенного драугра, а с полуразрушенной стены на все это с сомнением взирал небольшой дракон мутно-болотного цвета.
Завидев меня, он встрепенулся и с неожиданной для такой махины из мяса и чешуи скоростью рванулся мне навстречу.
Я попыталась судорожно вспомнить хотя бы первое Слово Драконобоя, но меня опередили.
С криком «Брат, как давно мы не виделись!!!» Снежный Охотник накинулся на ошалевшего дракона, и они улетели
На стенах больше никто не показывался. Не знаю, какая адреналиновая муха умудрилась укусить меня через две пары плотных шерстяных штанов и намотанные Лидией портянки, но я вдруг припустила к главным воротам Скулдафна, резко сорвавшись с места. Курица оторвалась от своего грязного дела, встряхнулась и рванула за мной.
Возле ноги в землю вдруг вонзилась стрела; я взвизгнула, но даже не успела осознать всю грозящую опасность, и понеслась дальше, пока не превратилась в нашпигованного смертельно опасными «иголками».
Десяток очередных ступеней, и вуаля! Моему взору открылась огромная, точно футбольное поле, площадка, ведущая к огромным, явно страшно тяжелым дверям… и комитет по встрече, состоящий из двух драугров-лучников и злобно ухмылявшегося «танка», ненавязчиво помахивавшего здоровенной железной оглоблей.
Ходячее жмурье явно ожидало, что я растеряюсь, выроню пожитки и, вежливо извинившись, сама проткнусь вражеским двуручником.
Ага, щас! Я слишком долго терпела холод, голод и жесткие листы «Детского Ануада», чтобы так позорно сдаться сию же секунду!
– Вульд На Кест!!! Посторони-и-и-и-ись!
Сильный порыв ветра заставил меня едва не выпустить из рук Убийцу, мимо пронеслись озлобленные физиономии драугров; кто-то из них выстрелил мне вслед, и стрела вонзилась в землю далеко позади меня. Ха, что может посоревноваться с мощью драконьего ту’ума?
…Большие и очень-очень тяжелые врата.
Вопреки моим ожиданиям проклятущая дверь и не подумала приветливо распахиваться, впуская меня в затхлый Скулдафн, куда вот уже много-много сотен лет не ступала нога живого человека.
Я расплющилась по каменной створке, точно бескостная амеба; столкновение заставило меня опрокинуться на спину, в голове от мощного удара перемешались все извилины, из легких выбило весь воздух, а из глаз брызнули слезы, ибо больно было – словами не передать.
Неожиданно вздыбившаяся земля от души отвесила мне подзатыльник; что-то трескнуло, мозг, кажется, выплеснулся через ноздри.
В глазах моих потемнело, как во время эротической сцены во второй Драгонаге.