Попаданец. Враг поневоле
Шрифт:
Вложив энергию в ладони, дед резко ткнул нападавшего на него слева бойца. Его щит, окутанный магией, не выдержал натиска и разломился пополам. Такого он не мог ожидать, и попытался отступить, но вторым ударом великан пробил его насквозь, через кирасу. Алый дождь оросил атакующих следом солдат, и им под ноги упало трепещущее сердце товарища…
Исполин разбушевался. Я не мог поверить своим глазам. Перед нами разворачивалось ужасающее зрелище. Дед разрывал воинов надвое, выворачивал внутренности поверх доспехов, втаптывал в землю. Любой наблюдатель мог невооруженным
Средний ранг солдат не позволял им сопротивляться на должном уровне, как это смогли бы сделать более умелые бойцы. Всё что у них получалось, это вогнать лезвие меча старику в руку или ногу. Но с малым магическим умением, оружие вязло и застревало, войдя лишь слегка дальше кожи. Великан скалился, насаживая очередного солдата на его же копье. Никакой надежды, одна только смерть.
Всё произошло настолько быстро, что когда мы наконец добрались, в живых остались лишь командир отряда и рядовой боец. Но назвать их счастливчиками язык не поворачивался. Удручающая картина.
Исполин придавил ногой к земле солдата, упираясь ему стопой в грудь. Тот хрипел, трепыхался, но выбраться ему не позволила судьба, в лице великана. Огромной рукой дед сжимал горло командира и, по-звериному скаля зубы, наслаждался мучениями, пока лицо добычи не покраснело от напряжения.
Хелена, прибывшая на пару мгновений раньше нас, спрыгнула с ящера и сделав несколько прыжков оказалась лицом к лицу со стариком.
— Стой дед! Это я, Ленка!
Великан ошарашенно посмотрел на внучку и расслабил руку, давящую на шею бедняги, но не отпустил. Командир прокашлялся и с трудом, но всё же, смог начать дышать.
Мы с Витааром тут же последовали примеру воительницы, и спрыгнув со своих драконов, встали рядом с ней. Я наконец увидел лицо старика вблизи. Оно менялось. Бессознательно-звериное, что было мгновение назад постепенно ушло, и во взгляде появился разум. Появился знакомый нам дед Степан. Он тряхнул головой и, придя в себя, посмотрел на бойню вокруг.
— Ленка… Тебя я знаю… Это я всё?
— Да дед, к сожалению. Но это не твоя вина…
— Нет, это всё я. Я начинаю вспоминать… они… они… они напали на нас.
Хелена повернулась и резко ударила охотника кулаком в щеку. Такого удара он не ожидал, и пошатнувшись, завалился на одно колено.
— Зачем ты сказал это слово? Зачем? — девушка перешла на крик. — Он же не контролировал себя! Все эти смерти на твоей совести Витаар! Не в чем неповинные солдаты…
— Смерти? На моей совести? — охотник поднялся, ощупывая пальцами зубы. — Ты совсем дура, мать твою? — заорал он на девушку. — Я что, должен был смотреть как они убьют деда Степана? ТВОЕГО деда, если что! Или что я должен был сделать? Что? ЧТО?
— Но не такой же ценой — голос девушки сорвался. — Надо было… надо было… — Хелена потупила взор и замолчала. Глаза заблестели от слёз.
Я видел — она всё понимала. Её
— Мы своих не бросаем, как бы хреново не было, и плевать на короля. Они первые напали, ты понимаешь? — не унимался Витаар.
— Довольно! — обрубил его я — Всё она понимает, причем лучше других. И нам бы не помешало понять, что теперь делать дальше? Но солдат короля, однозначно, лучше отпустить.
— Нет! — прорычал великан — Без допроса я никого не отпущу.
— Это надо! — согласился охотник.
Я вытянул меч.
— Я предан королю, и я больше не позволю убивать солдат.
— Да расслабься ты, шестерка короля, никто больше не умрет. Это был вынужденный бой, можно назвать несчастным случаем, если хочешь. Но согласись, понять что здесь произошло нам бы не помешало.
Я не мог с этим спорить. Разобраться что к чему стоит, особенно после увиденного. Столько жертв, как со стороны жителей, так и со стороны солдат, да еще и это злополучное нападение на нас. Сколько вопросов. Но не меньше их теперь и к нам, после устроенной дедом бойней.
Я посмотрел на Хелену, заглянул в её пустые глаза и понял, что нужно увести её отсюда. Сейчас она не способна трезво мыслить и будет только мешать нам.
— Допросим и отпустим. Только при мне! Раз вы не можете себя контролировать, этим займусь я.
Мы отошли шагов на двадцать до ближайшего дерева, где я и оставил девушку. Она не сопротивлялась — вот она, покорность в чистом виде. На сантименты не было ни времени, ни желания. Я не стал её успокаивать, лишь мгновение подержал за плечо и погладил по руке. Муки выбора — кому жить, а кому умирать, всегда терзают душу сильнее остальных вопросов. Но в большинстве своем, не мы выбираем…
Как только я вернулся, Витаар подошел вплотную к командиру, шея которого до сих пор была так и зажата в руке великана.
— Э, каменна башка, алло — постучал он кинжалом по шлему — Это твой отряд убил невинных жителей?
Дед отпустил его. Воин едва не упал, но всё же смог устоять на ногах. Прокашлявшись кровью на землю, он выпрямился и скривился в язвительной улыбке насколько только мог. Глаза пылали ненавистью.
— Невинных? Ты, мразь, сказал невинных? Ха! Они все — виновны! Так же как и вы!
— Да ты что…И в чем же?
Командир снял шлем. Разбитая голова кровоточила. Тонкий алый потёк захватывал всё больше места на дряблой щеке. Мазнув по ней пальцем, воин попробовал кровь на вкус, и тут же плюнул Витаару в лицо. Магический барьер, созданный охотником, с лёгкостью оттолкнул от себя неприятную взвесь, не пропуская к хозяину ни малейшей капли.
— Зачем мне отвечать трупу? Вы убили моих солдат — теперь не ждите легкой смерти. Ты будешь умирать долго, очень долго за это, сволочь. Ха. Ты будешь скулить, как последняя шавка, и желать смерти, но нет, даже и не думай о милости. Все эти мертвые изменники, пусть радуются на том свете, что их не постигла твоя будущая участь.