Попаданец Сашка
Шрифт:
– Акулы?
– Угу. Их здесь много. Храмовники специально подкармливают. Вплавь на бревне не уплыть. Нужны или лодка или плот. Видел полоску земли на севере?
– Видел. Это Атлантис?
– Нет, до Атлантиса ой как далеко. Там остров, узкий и очень длинный. Если бежать, то его не миновать. А там храмовники ждут.
– А если взять далеко в сторону и его обогнуть, чтобы не видели?
– Умнее всех, что ли? Такие же умники пробовали, и не раз. Но плот всегда прибивает обратно. Плывут день, другой на запад, а оказываются
– А если на юг?
– Нет там пути.
– Как нет?
– А так. По кругу получается.
– А если на восток?
– Там тоже остров, его отсюда не видно, но с другой стороны видно хорошо. Остров небольшой. Обитаемый.
– И что там?
– Никто не знает. Те, кого прибивало туда, возвращались без языков. Чтобы не рассказали, что они там видели. Все, хватит болтать, а то схлопочешь от загонщика.
Плетью Лайс всего-то получил один удар. Было больно, но кожа не лопнула. А вот Энрик получил за день целых четыре удара, один из которых кровянил. В барак они с Длинным Баком вернулись вместе с основной группой. Но некоторые появились только перед раздачей пищи. И тот мальчик тоже. Он шел, тяжело передвигая ноги, а рядом с ним тот мужчина, что бил его накануне. Лайс узнал, что его зовут Гриф. После ужина повторилась вчерашняя сцена.
Когда на следующий день в полдень он спросил об этом у Длинного Бака, тот злобно выругался и сказал:
– Малец не жилец.
– Как?
– Он стоит на заготовке гвоздей. Там урок положен, а он такой, что не каждый взрослый сможет выполнить, куда там мальцу. Вот он и остается сверх времени, но куда там.
– А урок – это что?
– Это сколько гвоздей надо отделать за день. Попробуй помахай целый день молотом.
А через несколько дней в полдень к Лайсу подошел мужчина с бородой, густо обсыпанной опилками, работал, значит, на пилке досок.
– Пару фиников хочешь получить?
– А что надо делать?
Мужик хищно усмехнулся и сказал Лайсу то, от чего у него потемнело в глазах.
– Ах ты, негодяй! – и удар кулака свалил мужика с ног.
Лайс с побагровевшим лицом нависал со сжатыми кулаками над мужиком, а тот испуганно отползал.
– Что здесь такое? – И раздался громкий, но холостой щелчок плети. Это был старший их загона, Гризли.
– Я ему предложил два финика, а он в ответ ударил. Чуть зуб не выбил.
– Но этот мне сказал такое…
– И что? Ты не в благородной семейке родился.
Лайсу сразу расхотелось что-то говорить еще.
– Что мне с тобой делать?
Повернувшись к мужику, сказал:
– Черепок, ты пострадал. С обидчика вира. Дашь ему один удар плетью по голой спине. Сейчас будешь? – Надсмотрщик протянул свою плеть мужику.
Тот, задумчиво глядя на Лайса, сказал:
– Нет, подожду.
И уже обращаясь к мальчику, сказал:
– Один сильный удар плетью, который рассечет кожу спины, и в придачу
И тут до Лайса, наконец, дошло, что было с тем мальчиком в бараке. Ну и негодяи, что Черепок, что Гриф.
– А что, таких здесь много? – спросил Лайс у Длинного Бака, когда Гризли и Черепок ушли.
– Нет. Но есть. В долг не влезешь, никто тебя не тронет.
– Даже Гризли?
– А у него женщины есть.
– Какие женщины?
– А кто еду готовит, загонщиков обстирывает? У Гризли своя каморка есть, туда и приводит. Даже помощникам достается. Молодые, свеженькие, – Длинный Бак мечтательно замолчал.
– И много их здесь?
– С полсотни наберется. Каждую луну новых привозят.
– А старых куда?
– К оркам в суп. Как родят, через пару-тройку месяцев вместе с младенцами. У орков молочные младенцы лучший деликатес. А ты что так про женщин заинтересовался? Не про твою честь.
Лайс вспыхнул:
– Откуда ты про мою честь взял?
– А ты что, из благородных будешь? – Длинный Бак странно посмотрел на Лайса.
– Барон. Бывший. Теперь раб.
Реакция Длинного Бака была странной. Он почему-то с ненавистью смотрел на мальчика.
– А что случилось, Бак?
Тот продолжал молчать, а потом сказал:
– Из благородных. Барон. Если бы с тобой эту седмицу не делил хлеб, удавил бы.
– За что? Что я тебе такого сделал?
– Все вы бароны такие.
– Но я не такой. И если тебя кто-то из знати обидел, то не я же. Меня тоже сюда не простолюдины сунули. Негодяй граф.
– Ладно, живи. А про свое благородство помалкивай. Таких, как я, здесь найдется. Долго не протянешь.
Отношения с Длинным Баком с тех пор не наладились, он был холоден с Лайсом и говорил только то, что требовалось по работе.
Где-то через седмицу тот мальчик из барака не смог встать на работу, а вечером, когда Лайс вернулся в барак, его уже не было. А на следующий день во время перерыва возле Лайса появился Черепок в сопровождении Грифа. Лайс встал, а Гриф неожиданно схватил своей сильной рукой Лайса за шею, поволок куда-то в сторону. Рядом суетился Черепок.
– Не хотел добровольно, щенок!
Лайс даже не успел испугаться, как Черепок, а за ним следом и Гриф полетели в разные стороны – это вмешался Длинный Бак.
– Что здесь у вас опять? – Это появился старший загона Гризли.
– Да эти мальца хотят попортить, а тогда какой из него работник?
– И верно. Вы двое марш на место, с вами я разберусь в конце седмицы.
Затем Гризли посмотрел на Лайса.
– С тобой все время что-то происходит. Сейчас получишь новое место работы.
– Куда его? – спросил Длинный Бак.
– При кузне на гвоздях вчера место освободилось.
Значит, тот мальчик умер. Длинный Бак говорил, что не всякий взрослый выдержит. Что же с ним теперь будет?