Попаданец для нее
Шрифт:
Крики и брань ворвались в тщательно отгороженный мир Субедея, как факел, брошенный в сухую траву.
— Посмотри, брат, я нашел этих тварей недалеко. — Бейбак тащил за волосы двух женщин. — Прятались в кустарнике.
Субедей вскочил. Ярость вспыхнула пламенем безумия. Налитые кровью глаза горели ненавистью. Взлетела, вспыхнув на солнце, сабля.
— А-а-а! Пощади! Мы не виноваты. — Пленницы орали не своим голосом.
Беспощадная сабля рубанула наотмашь. Дори с ужасом отшатнулась от брызнувшей во все стороны кровищи. Разинутый рот Суремы перечеркнула страшная рана. Еще удар и
Оставшаяся беглянка закричала, пытаясь словами защититься от стали.
— Я знаю, кто они. Без меня тебе их не найти. Ты же ведь хочешь отыскать убийц? Хочешь? — Дори шептала быстро-быстро с придыханием, уставясь в безумные глаза Субедея. — Без меня тебе их не достать. У них сильный покровитель. Они уйдут.
Клинок остановился на взмахе.
— Кто? — Субедей вдруг понял. Он еще поживет. До того дня, когда сталь его сабли умоется кровью убийц. Месть. Одно слово может убить и оно же может вернуть к жизни.
Женщина съежилась под безжалостным взглядом.
— Ее привез Алазар. Большая шишка в городе. Он подсунул ее вам в последний момент. Спроси у него. — Дори ткнула в сторону Бейбака.
Субедей вопросительно посмотрел на старшего брата.
— Правда. Перед самым отъездом какой-то хлыщ привез девку. Отдал почти даром.
Младший зло сощурил глаза.
— И тебе не показалось это подозрительным?
— Что подозрительного. Купил рабыню по дешевке. Рабыню, а не ядовитого гада. — Бейбак удивленно пожал плечами.
Субедей недовольно поморщился, в словах брата был здравый смысл.
— Давай кончай эту и поедем. — Бейбак пнул носком сапога женщину. — Они не могли далеко уйти. Догоним.
Субедей задумался. Если мои дети погибли не случайно, если их убили специально. Тогда зачем? Кто этот Алазар. Разве не должен он умереть, если он направил руку убийцы.
— Едем. — Решил он. — Эту одень, возьмем с собой. К ней еще есть вопросы.
Степняки вскочил на коней.
С восходом солнца Тайя решила не рисковать и переждать светлое время. Посмотрев на мучающегося в седле пришельца, она подумала: если нас заметят, нам не уйти. Мы двигаемся так медленно, что черепаха догонит. Надо спрятаться и подождать темноты. К счастью первые лучи высветили глубокий овраг, вполне пригодный для этой цели.
Девушка спустила лошадей в заросшую орешником расщелину. Между деревьями нашлась небольшая полянка, где смогли уместиться животные и люди. Спрятав свой караван, Тайя вновь поднялась наверх, замести следы и взглянуть на убежище глазами погони.
— Даже лучше, чем я думала. — Она стояла на самом краю обрыва и видела только густые кроны кустарника.
Спустившись, девушка обнаружила пришельца, копающимся в мешках.
— Э, в чем дело. Ищем чего? — Тайя насупила брови и осуждающе взглянула на него. Тот повернулся и, сконфуженно улыбаясь, начал быстро что-то говорить и отчаянно жестикулировать.
— Голодный. — поняла Тайя, ишь палец все в рот тычет. — Да поняла я, не гунди. Сейчас соберу что-нибудь.
Она вытащила из мешка и сложила на попону черствую краюху и шмат сушеной конины. Они пожевали хлеб с солониной и запили водой. Наесться не наелись, но голод утолили. День
Андрей посмотрел на свои руки: грязные, в засохшей крови, с обломанными черными ногтями. Да, приятных эмоций не вызывают. Сколько я уже не умывался. Кажется, что год. Потрогал начинающую отрастать бороду, так и вшей можно заработать. Он перевел взгляд на длинные, спутанные колтуном, волосы девушки. Ей то, похуже будет. Она вообще ничего. Молодцом. Как с этой гориллой степной билась, а потом собрала все, пока я сопли распускал. Надо бы спасибо ей сказать. Вот только как. Не понимает же ни черта. Кстати, если уж я не помер вчера, то надо как-то вообще приспосабливаться к этому миру. Язык попробовать освоить.
Он подполз к девушке. Та, казалось, спала, но стоило ему двинуться в ее сторону, как в руке мгновенно появился нож.
— Да подожди ты, я с миром. — Андрей улыбнулся. Прямо Маугли. Мы с тобой одной крови.
Тайя напряженно следила за пришельцем. Чего ему надо? Ишь, лыбится. Знаю я таких, уже насмотрелась.
Андрей показал на себя пальцем и произнес.
— Андрей. — Потом на нее. — Тайя.
Девушка непроизвольно кивнула, тогда он показал на свою руку.
— Рука. — И вопросительно посмотрел на нее.
— Тарук. — Поняла Тайя и, дотронувшись до своей руки, тоже улыбнулась.
— Ну вот, дело пошло. — Парень рассмеялся и показал на ногу. — Нога.
Они занимались этим до полудня. Андрей уже позабыл половину слов, что изучили вначале. То же самое можно было сказать и про Тайю, но ощутимую пользу эта познавательная игра все же принесла. Та невидимая преграда отчуждения, стоящая между ними, если и не рухнула совсем, то дала значительную трещину. Они повторяли друг за другом, прислушивались к звучанию чужих слов, вместе смеялись над неправильным произношением знакомых звуков.
К полудню они подустали, и эта маленькая душевная отдушина начала закрываться. Им стало неудобно перед самими собой за веселье, смех, за то, что в такой момент они ведут себя как дети. Понемногу вновь вернулась тишина. Тайя отвернулась, а Андрей отполз в свой угол. Бессонная ночь и страшная усталость, наконец, одолели нервное напряжение, и они оба сорвались в беспамятство сна.
Весь день Субедей с братом скакали на юг, но беглецы, как сквозь землю провалились. К вечеру остановились. Надо было дать отдых лошадям, да и самим хоть немного поспать. Женщина их удивила. В седле держалась так, словно родилась в степи. Субедей спрыгнул с коня и подошел к брату. Бейбак, закончив с руками, вязал пленнице ноги.
— Не надо, никуда она не денется. Лучше пусть костром займется.
Бейбак хоть и был старшим, но с Субедеем никогда не спорил. Поворчав, он распутал узлы и махнул головой. Давай мол. Ты слышала.
Когда они вернулись, увиденное подтвердило правильность традиции. Пока они расседлывали и стреножили коней, женщина успела развести костер и сварить овес. Поставив перед ними котел, она присела рядом. Субедей неодобрительно глянул, но ничего не сказал. Бейбак хмыкнул и запустил пятерню в кашу. Попробовав, одобрительно кивнул.