Понравиться леди
Шрифт:
Он окончательно потерял разум. Его собственность собирались отнять, и ярость затмевала его рассудок.
— Все, что я хочу знать, — тихо произнес он, — действительно ли ты собираешься спать с ним или нет.
Ноздри Роксаны гневно раздулись.
— Когда это ты стал моим опекуном?
— Хочешь лечь под него?! Именно это ты и пытаешься мне сказать? — прошипел он, сверля ее глазами.
— Не хочу.
— Тогда зачем все это?
— Ты получишь назад свои земли, черт бы тебя побрал! Неужели не понимаешь? — ощетинилась
— Люди? — сардонически протянул он. — С каких это пор ты желаешь быть похожей на простых смертных? Вот что я тебе скажу: мне твоя помощь не нужна! Я не желаю ее. И не приму. Надеюсь, это ясно? Мы станем бороться с Аргайллом и Куинсберри своими методами.
— И скорее всего проиграете процесс! — отрезала Роксана.
— Все лучше, чем умереть от стыда, — фыркнул Робби.
— Мужские представления о стыде неизменно меня поражают, — вздохнула она. — Убийства и бойня не постыдны. Постыдно только мое намерение вернуть твои земли по письменному соглашению.
— Только попробуй это сделать! — бешеным шепотом остерег он.
— Вместо этого ты собираешься рисковать своей жизнью? Так лучше?
— По крайней мере я сам способен себя защитить!
— Прекрасно! — гневно провозгласила Роксана. — В таком случае у меня тоже достаточно твердые мнения и суждения. Держись подальше от меня, пока не состоится суд и Карры больше не будут представлять опасности для моих детей.
— Это слишком долго.
— Мое решение не оспаривается.
— А если я откажусь?
— Ты подвергаешь смертельному риску мою жизнь и жизнь моих детей. Мне это совсем не нравится.
— Ты просишь слишком многого.
— Я ничего не прошу, — холодно подчеркнула Роксана.
— Я могу увезти тебя, и ты не сумеешь меня остановить.
— Надеешься взять меня силой?
— В этом я похож на Аргайлла, — сообщил Робби. — Я буду брать тебя любым способом и при любой возможности. Лишь бы ты была рядом.
— Ты меня оскорбляешь.
— А желание Аргайлла заполучить тебя не оскорбительно? Он… как там… твое любимое слово… благоразумен? И ты будешь охаживать его из чистой дружбы?
— Что бы ты там ни думал, дело не только в том, кто с кем спит.
— Но ты будешь спать с Аргайллом, и дело именно в этом!
— Но мы заключим официальное соглашение, — сухо напомнила Роксана.
— Ты так легко расстанешься со мной?
Робби тяжело вздохнул. Он не в силах был совладать с обуревавшими его чувствами. Одно Робби знал точно: он не позволит Роксане быть ни с Аргайллом, ни с любым другим мужчиной.
— Как я могу объяснить это, чтобы не оскорбить тебя? — пробормотал он, колеблясь в выборе подходящих слов.
И снова вздохнул. Он не мог признаться, что хочет владеть телом и душой Роксаны, в то время, когда ее взгляд так холоден.
— Я люблю тебя. И поэтому лучше умру,
Он сделал странный жест, словно отталкивая все, что стоит между ними, и тут же охнул от боли.
Роксана шагнула к нему.
— Тебе следовало с такой раной лежать в постели, — тихо сказала она.
— Ты должна быть со мной, — проговорил Робби в ответ. Жестокость в его взгляде сменилась нежностью. — И нам не следовало бы спорить из-за такой глупости.
Как он умеет искушать… этот мужчина, которого она любит…
— Это не глупо. Это практично, это…
Робби повелительно поднял руку:
— В этом мы никогда не сойдемся. Даже если станем спорить до Судного дня. Уезжай со мной. Твоим детям ничего не грозит. Поедем в мое поместье в Чевиот-Хиллз.
— Аргайлл обшарит всю страну и найдет нас. Он преисполнен решимости меня заполучить.
— Но он не получит тебя, — заявил Робби с легкой улыбкой. — Прежде я его убью!
— Королева и ее министры жаждут заключения договора. И ради этого они готовы тебя уничтожить.
— Такая же прекрасная причина умереть, как и все остальные, — пробормотал Робби, повинуясь кодексу чести, понять который Роксана была не способна.
— Не умирай за меня и даже не думай об этом, — попросила она в ужасе, что он готов отдать за нее свою прекрасную жизнь. — Я бы предпочла мужа, который на этот раз выживет.
Его темные глаза удивленно блеснули.
— Так ты выйдешь за меня?
— Нет-нет, я не это хотела сказать, — запротестовала она.
— Именно это! — торжествующе объявил Робби, сверкая белозубой улыбкой. — Придется приказать снять с меня мерку для свадебного наряда!
«Не искушай судьбу, Робби, — взмолилась Роксана, — тем более теперь, когда наши жизни в таком разброде. Я не должна была говорить то, что сказала сейчас. Не знаю, почему я это сделала и почему испытываю к тебе такие чувства, — вздохнула она.
— Просто передо мной невозможно устоять, — обаятельно улыбнулся Робби.
Он излучал уверенность и надежду, и Роксана не могла не поверить его словам.
— Хорошо. Возможно, в лучшие времена, когда мы снова окажемся в безопасности, — продолжал Робби. — Когда боги опять улыбнутся нам.
Он сжал ее хрупкие плечи, притянул к себе и обнял.
— Тогда ты выйдешь за меня.
Как оптимистично он настроен… И Роксана каким-то краем сознания, свободным от практичности, надеялась, что он прав. Она увлечена, или влюблена, или просто обезумела, ибо все, что видела, — его красоту, все, что хотела слышать, — слова любви, словно была девчонкой, потерявшей голову от неотразимо красивого мужчины. И невозможно отрицать, что он прекрасен до умопомрачения, со своими длинными локонами, густыми ресницами и чувственными губами, искушавшими ее.