Пономарь

Воробьев Кирилл Борисович

В холодильнике на кухне нашелся кусок сыра, масло и хлеб.

Пока жарились гренки и грелся чайник, Дарофеев позвонил домой.

Слушая длинные гудки и наблюдая за сковородкой, он пытался проясновидеть свою квартиру, найти там жену или дочь.

Прорисовывалась странная картина.

Елизавета Игнатьевна спит где-то за городом, дочь источает нечеловеческую энергию в компании странных людей, а квартира, значит, абсолютно пуста.

Хотя Игорь Сергеевич и пытался найти логическое объяснение своим видениям, они вызывали у него

сильную тревогу.

Наскоро побрившись и приведя в порядок костюм – Дарофеев уже опаздывал на работу – он быстрым шагом направился к метро. В поезде он с недоумением вспоминал события рокового вечера. Странно, что анонимный звонок всего на несколько минут предшествовал нападению. Или неизвестный хотел показать, что он обладает реальной силой?

Какие же кары ждут, если Игорь Сергеевич не подчинится требованиям?

И какого рода деятельность имел в виду звонивший? Мафиозные друзья Дарофеева, приветствовали его связи с органами правопорядка. А милиция, если бы она узнала о связях с бандитами, не стала бы действовать так грубо... Может быть, кому-то не понравилось, что Игорь Сергеевич работает на два фронта? Или в дело вмешалась еще одна группировка, желающая таким способом привлечь к сотрудничеству известного экстрасенса?

Задумавшись, Дарофеев не заметил, что приехал на “Александровский сад” и чуть не отправился назад на том же поезде. Он выскочил из вагона и помчался на Сокольническую линию.

Всю дорогу до “Преображенской площади” пришлось стоять.

“Если это какая-то бандитская группировка, – Размышлял Игорь Сергеевич. – Почему же они не договорились с моей? Скорее всего, они не подозревают о моих связях. Что ж, это значит, что все можно поправить. Да, все поправимо! Я подключу к этому и ментов, и мафию. Эти подонки будут взяты в клещи! Им не уйти!”

Не смотря на то, что вчера не удалось дозвониться ни до Синельникова, ни до Ивана Алексеевича, в отчаяние Дарофеев не впадал.

По установленному им графику, сегодня предстояли встреча и с тем, и с другим.

И сейчас экстрасенс спешил на работу, зная, что первым “пациентом” будет человек Ивана Алексеевича с двумя конвертами.

– 2 -

Поздоровавшись с женщинами в регистратуре и отпустив им несколько дежурных комплиментов, Игорь Сергеевич взял ключ и направился к своему кабинету.

У стенда “Наши ведущие специалисты”, он задержался: повесили новый плакат, как всегда с его фотографией. Дарофеев стоял, воздев руки перед тщедушным субъектом в клетчатой рубашке с закатанными рукавами.

Подпись гласила: ”Врач-биоэнерготерапевт Международной квалификации Игорь Сергеевич Дарофеев снимает порчу.”

На самом деле, фотограф неожиданно явился в момент передачи “гонорара” от мафии. Экстрасенс был вынужден поставить связного и махать над ним руками. Самое забавное, что порча на нем действительно была, так что обманывать никого не пришлось.

Среди толпы пациентов у кабинета, Дарофеев сразу выделил

нужного человека. Молодой, цветущий, он резко выделялся на фоне людей, измученных болезнями.

– Я... – Сразу направился он к Игорю Сергеевичу.

– От Ивана Алексеевича, – закончил фразу Дарофеев. – Проходите.

– Да, спасибо...

В кабинете парень отдал запечатанные конверты:

– Шеф говорит, что дело срочное.

– Плевать! – Разозлился вдруг Игорь Сергеевич. Он швырнул конверты на стол. – Передай шефу, что на меня наехали! Пусть пришлет охрану и сам приходит! Срочно!

– Но он... – Попытался возразить парень.

– Мухой! Понял!?

Шестерка исчез.

Дарофеев переоделся в белый халат, пару минут помолился на висевшие в красном углу бумажные образа, запалил свечи и, умиротворенный, начал прием. Но надолго благостное состояние сохранить не удалось. После работы над первым же пациентом, в кабинет ворвалась девушка-секретарь из методического кабинета.

– Игорь Сергеевич, вас срочно к телефону! Милиция!

В старинном здании “Центра Нетрадиционной Народной Медицины” было всего три номера. Один, естественно, у директора, Павла Георгиевича Дальцева, другой – у регистраторов, а третий делили научный, методический и учебный отделы.

Быстрым шагом, уклоняясь от толпившихся в узеньком коридоре пациентов и сопровождающих, Дарофеев преодолел два поворота и вошел в методическую. Среди пачек газет и брошюр, которые издавал “Центр”, на заваленном письмами столе, стоял телефонный аппарат со снятой трубкой. Игорь Сергеевич взял ее:

– Дарофеев.

– Игорь Сергеевич, это капитан Синельников.

Голос милиционера резал ухо неестественной звонкостью, но тон Николая Николаевича был мрачен.

– Здравствуй! Случилось что? Мы ж сегодня встречаемся...

– Случилось, Игорь, случилось...

– Что?

– Да, не знаю, как и сказать...

– Так и говори! У меня пациентов куча.

– Похитили твою жену.

Дарофеев едва не выронил трубку. Он же видел, он же понял, что случилось что-то неприятное, но чтобы такое. Лишь инстинктивно стиснувшиеся пальцы удержали трубку у уха целителя.

– Похитители угнали твою машину. Потом убили одного человека, твой драндулет бросили и скрылись.

– Кто… Кто они? Что хотят? – Игорь Сергеевич едва шептал.

– Неизвестно. Но взяли твою Лизу профессионально. От погони ушли. Спасибо Марине, вовремя позвонила... Но...

– Так... – Дарофеев несколько раз глубоко вдохнул, успокаивая и сердце, и выплескивающуюся наружу энергию, требовавшую делать что-то, пусть даже бессмысленное, но все равно – делать! Овладев собой, целитель начал лихорадочно размышлять: к Николаю сорваться нельзя: должен приехать связной. Эта встреча, заодно, может помочь и Лизе. Но найти отговорку, чтобы по такому поводу, как похищение ближайшего родственника, не бежать сломя голову на Петровку, Игорь Сергеевич с ходу не сумел.