Пончик с гвоздями
Шрифт:
– Видала? Он ведь уже так раз третий или четвертый корячится. Все чего-то подслушивает. Я хотела тебе сказать, да один раз стучалась, у вас старушка какая-то открыла, не стала ее тревожить, а потом и забылось. А вот теперь опять. Ты, Сидоровна, честно мне признайся – это что, твой ухажер, может, какой, а? Никак Акакию рога решила наставить? Давно пора, дохленький он для тебя-то. Я вот своего-то как вспомню…
– А ты, Виктория Николаевна, случаем, не слышала, может, он стучал или звонил? – озаботилась Клавдия Сидоровна.
– Нет,
– Ну ладно, пойду я, сама с ним поговорю, – решительно направилась Клавдия к входной двери.
Но на лестничной площадке возле их квартиры никого уже не было. Она даже в окно выглянула – нет никого, пропал Семизвонов, как сквозь землю провалился.
Клавдия только пожала плечами.
– Пойдем, Тимка, я тебе сейчас конфеток кошачьих дам. Какие-то жутко полезные, мне вчера на базаре сказали.
Жутко полезные конфетки Тимка только обнюхал и повернулся к ним хвостом. Кот хотел мяса или, на худой конец, рыбы. Клавдия немедленно высказала ему все, что думает о его скверном характере, поклялась никогда не идти у кота на поводу и тут же выложила в Тимкину миску приличный кусок говядины – свинину кот не ел.
– Ладно, Кака меньше съест. Говорят, сейчас очень модно вегетарианство, – пробормотала Клавдия Сидоровна и поплелась к телефону – надо было еще позвонить подруге Марии Зудовой.
К телефону долго никто не подходил, потом веселый девический голос спросил:
– Алло? Вам кого?
– Мне бы Петину. Наташу Петину можно к телефону? – тоже весело отозвалась Клавдия.
– А это я! Кто меня спрашивает?
– Понимаете, здесь такое дело… Короче, нам нужно срочно встретиться. Я, видите ли, частный детектив. Распузон Клавдия Сидоровна меня зовут. Ко мне поступил серьезный заказ – найти убийцу одной интересной дамы, и оказалось, что некоторые дорожки ведут к вам.
– Какие дорожки? И вообще – что за убийца? Вы что, хотите сказать, что убийца к нам ходит, что ли? – испугалась невидимая Петина.
– Я хочу сказать, что нам с вами необходимо встретиться. Когда вам удобно?
– Сейчас… или нет, сейчас уже поздно, завтра… Вас устроит завтра? Я весь день буду дома. Только, пожалуйста, приходите с утра, сильно не задерживайтесь, а то я себе места не найду, – попросила Петина и продиктовала адрес.
Клавдия пообещала прийти с первыми петухами и попрощалась. Еще никто ее не просил прийти побеседовать. Что ж, это уже хорошо.
Она подошла к книжному шкафу. Сейчас самое время выбрать какой-нибудь закрученный детектив, чтобы хоть примерно знать, как порядочные сыщики ведут свои дела, какие их мысли посещают. Да чего там – просто умных слов из книжки набраться. Клавдия потянулась за книгой и вздрогнула – в дверь звонили.
На пороге трясся посиневший Акакий Игоревич, который наконец добрался до дому из гаража.
– Ну,
– Нет, ты послушай… Сейчас такой мороз, столько людей на остановках мерзнет… а у нас деньги кончились. Вот я и подкалымил немного. Ну не отказываться же от денег, когда они сами в машину рвутся! Вот, смотри сколько! – И Акакий Игоревич начал доставать из кармана смятые десятки.
Клавдия терпеливо дождалась, когда на стол ляжет последняя бумажка, а потом приступила к собственноручному досмотру. С ловкостью фокусника она осмотрела у мужа порванный карман, прощупала ботинки, похлопала по спине и бесстыдно расстегнула ширинку. Именно оттуда были извлечены две сотенные бумажки и одна пятидесятирублевка.
– Ну вот теперь все. Проходи, я уже и ужин подогрела, и Петиной позвонила, мы к ней утром едем. Кстати, а к нам Семизвонов приходил! – щебетала Кладвия, порхая возле понурого супруга.
Акакий Игоревич мысленно простился с заначкой, вздохнул по этому поводу и принялся с интересом слушать новости, которые жена выплескивала на него с необычайными эмоциями.
– Вот и подумай, что этому прапорщику от нас надо? – возмущенно закончила рассказ Клавдия.
Акакий жевал горбушку и многозначительно молчал.
– Ты что – прожевать не можешь? Чего молчишь? – подтолкнула его жена. – Что ты про Семизвонова думаешь?
– Я, Клавочка, не про него сейчас думаю. Я про Машу. Все вроде говорят, что у нее модный салон, да?
– Ой, да чего там модного! – обиделась Клавдия Сидоровна. – Мы же с тобой видели.
– В том-то и дело. И не только видели, но и слышали. Салон, может, и модный, но ведь не прибыльный. Нам и Вера Аркадьевна это говорила, работница того салона. Да и если подумать: не похоже, что она так быстро развернулась. И еще интересная деталь – мы все время слышим про ее талант, а ни одной работы Марии нам так и не удалось увидеть. И отсюда вопрос – а на что она жила?
– Ага! И еще, Кака… Главное, ведь и мужу своему клипы какие-то делала. А эти клипы небось не тысячу же рублей стоят, правда? Ты вон четыре часа на морозе людей возил, а заработал всего ничего, а ей сколько надо было работать, чтобы своего трутня обеспечить, он же у нее и не трудился вовсе.
Акакий Игоревич в задумчивости почесал вилкой лысину.
– И ведь она не выглядела нищей…
– Да, Кака, да! И еще. Я, значит, себе на праздник платье дорогое купила, лучше всех хотела выглядеть, а эта ее змеиная кожа, знаешь, сколько стоит! И потом, Кака, я думаю – она ведь, оказывается, знала, что ты там будешь, у Агафьи-то! А чего тогда было разыгрывать счастливую случайность? А она не из-за тебя туда нарисовалась, как думаешь?
Акакий закраснелся, смущенная улыбка поползла от уха до уха. Чего, право… Клава сама сообразить не может, что ли? Ясно ведь, что Акакий по сравнению с супругом Марии просто Ричард Гир!