Пончик с гвоздями
Шрифт:
Клавдия поплелась в спальню, но тут раздалась оглушительная трель – звонили в дверь. Конечно, хозяйка заторопилась открыть.
– Клавдия Сидоровна! Срочно собирайтесь, едем! У меня только полчасика свободных, – прямо с порога начал Володя. – Вы ведь хотели еще к кому-то съездить?
– Ну да, конечно, надо же еще к Красиковым заглянуть. Я быстро, только зубы почищу.
В спальне повисла тишина. Скорее всего, свекровь не могла по голосу определить, кто пришел, и пыталась подслушать тайные разговоры невестки.
– Все, я готова, бежим, – схватила шубу Клавдия и натягивала ее, уже спускаясь
Когда подъезжали к нужному дому, Клавдия вдруг заскрипела зубами.
– Клавдия Сидоровна, вам нехорошо? – забеспокоился Володя.
– Пока ничего. Нехорошо мне будет, когда домой вернусь. Я забыла распеленать свекровь, а Акакий проснется только вечером. Ну да ладно… Вот этот дом, да?
Они поднялись с Володей на второй этаж, квартира Красиковых находилась здесь.
– О-о-ой, а мы так рано гостей не жда-али, – капризно протянула жена бизнесмена.
– А мы не в гости, – успокоила Клавдия Сидоровна, продвигаясь в комнату.
Комната была обставлена с размахом. Правда, подобный стиль Клавдии не совсем нравился, но все равно было видно, что над дизайном гнездышка трудился профессионал. Из всех предметов обстановки Клавдия сразу угадала только диван. Длинная алюминиевая палка, изогнутая под углом, оказывается, была столом, потому что на нее со стены падала столешница, совершенно хрустальная. Такая, что на нее просто страшно было положить руки. По всему полу были разбросаны подушки, и Клавдия через какое-то время догадалась, что они не случайно свалились с дивана, а их специально разложили красивым квадратиком. Ходить по комнате было совершенно невозможно – не топать же по подушкам! Телевизор прятался в большой нише, а телефон – ничего себе задумка! – представьте, был закреплен в самой середине огромного зеркала.
– Муж ваш дома? – оторвалась от созерцания обстановки Клавдия.
Хозяйка проигнорировала вопрос, а вместо ответа быстро нажала на какую-то педаль, и из стены выехал стеклянный ящик, доверху заставленный всевозможными винами.
– Что вы будете пить? – спросила Красикова.
Клавдия Сидоровна ощущала страшный дискомфорт – ей нужно было как-то обращаться к хозяйке дома, а имя ее совершенно вылетело у нее из головы. Положение спас зять.
– Вы бы представили меня хозяйке, – галантно обратился он к теще.
– Ах да! Познакомьтесь, это Владимир… Александрович. Мой зять. Видный специалист в своем деле.
– Очень приятно, я, знаете ли, люблю общаться со специалистами. А я Ирина Марковна, хозяйка этого, так сказать, оазиса. Так о чем мы с вами будем говорить? Вы же, насколько я поняла, пришли по делу? – расцветала все больше Ирина Марковна, не забывая наполнять рюмки гостей разноцветными винами.
Володя взглянул на Клавдию Сидоровну, предлагая ей начать беседу, но на ту нашел столбняк. Она совершенно отчетливо ощущала, что по ноге ее кто-то бесстыдно поглаживает. Из-за алюминиевой закорючки, которая притворялась столом, ничего не было видно, а откровенно залезть под стол мешало воспитание.
– Скажите, а
– Да. Василий Петрович просто горит на работе. Он еще не скоро придет, так что вы можете чувствовать себя совершенно раскованно. Так о чем вы хотели поговорить?
Поглаживание ноги прекратилось, и Клавдии Сидоровне удалось взять себя в руки.
– Мы к вам по серьезному вопросу. Вы же помните, что случилось у Агафьи Эдуардовны на вечере – погибла женщина. Вот мы сейчас и пытаемся найти, кто бы мог ее убить.
– А разве это не вы ее? – искренне удивилась хозяйка.
– С чего это вам, голубушка, такие дикие мысли в голову заползли?
– Ну как же, она ведь и сама говорила! Вы тогда на минутку отлучились – кажется, с этим недоделанным военным, – а Марианна засмеялась и говорит: «Эта бомба меня сегодня точно разорвет!» Вот мы и решили, что вы ее все-таки разорвали.
– Ее застрелили, если вы помните, а не бомбой разорвало! И вообще, я серьезная дама, такой ерундой, как убийство, не занимаюсь. Господи! Да кто у вас все время гладит меня по ноге?!
Клавдия Сидоровна, отбросив приличия, согнулась в три погибели, залезла под стол и уже оттуда разразилась диким визгом.
– Что ж вы так верещите? А… это, наверное, наш домашний уж Феликс опять выполз из коробочки. Не бойтесь, он, говорят, не кусается, – криво улыбнулась хозяйка, поддернув ноги к подбородку.
– Немедленно уберите эту гадость! – не могла успокоиться Клавдия.
– Вон у вас мужчина сидит, видный специалист, как вы говорите, вот пусть он и уберет. Я тоже, между прочим, женщина, сама этих гадов боюсь.
Володя внимательно присмотрелся к небольшой змейке, которая извивалась возле ног тещи, и аккуратно поднял ужа.
– Куда его?
– Так в коробочку… вон там лежит, на окне, – показывала испуганная хозяйка.
Володя нашел коробочку, уложил в нее «домашнее животное» и осуждающе заворчал:
– Зачем животное мучить, если вы сами его боитесь? И в коробке ужу не место, а тем более на окне, он же замерзнет.
– Да хоть бы и замерз… мне только спокойнее. Это, между прочим, продукт нашего знакомства с Марианной, если угодно, – махнула рукой Ирина Марковна и поспешила опустить ноги. – Вы себе не представляете, Марианна ведь всю нашу жизнь перевернула!
Дальше для Клавдии Сидоровны и Володи было главным не прерывать рассказчицу, а она, вспоминая прошлое, заливалась, точно саратовская гармонь.
… Бизнесменом муж Ирины Марковны Василий Петрович стал как-то очень стремительно. Раньше жили, как все, мечтали о больших деньгах, но ничего для того, чтобы их заработать, не делали и тянули от зарплаты к зарплате. Все изменилось, когда матушка Василия отошла в мир иной. То, что старушка одна проживала в огромной квартире в самом центре города, давно возмущало Василия, но, оказывается, маменька еще и накопила приличную сумму в золотых украшениях. После ее смерти все состояние перешло к двум братьям. Золото они поделили, а вот из-за квартиры возник серьезный спор. Василий требовал продать хоромы и деньги поделить поровну. Младший же, Иван, до сих пор жил в маленькой однокомнатной каморке и посему жаждал просторной жилплощади, да еще и в престижном районе.