Помолвка
Шрифт:
Маг даже пальцем не махнул, просто что-то коротко шепнул, и за дверью сразу стало так тихо, что с облегчением вздохнула не одна только Милли.
– Сон? – одобрительно глянул Гарди, но маг неожиданно смутился чуть не до слёз.
– Нет… я целитель… слабительное заклинание.
Маги зафыркали, однако смолчали, по закону ковена любое заклинание считается допустимым, если позволяет достичь желаемого результата, не причиняя вреда невиновным.
А вот Гардиан, подумав немного, вдруг хитро прищурился и сообщил целителю, что берёт
Время ползло медленно, как улитка по столу, и никто больше не пытался проникнуть в ставшую тесной просторную гостиную. Маги, разделившиеся на пять неравных кучек, четыре помельче – атакующие и одна, самая большая, резервная, стояли и сидели молча, не желая потерять напрасно ни единой секунды. Переговаривались короткими шепотками, уточняя план действий и распределяя очерёдность атак.
Сигнал раздался, как всегда, неожиданно. Милли, успевшая сочинить не меньше десятка жутких вариантов развития событий, даже вздрогнула от голоса Гардиана:
– Уходим!
В портал принцесса ринулась следом за менталом, её первой задачей было сооружение снежной площадки, чтобы маги не раскатились по склону и не тратили время на устройство себе надёжных окопов.
Поэтому Милли, занятая уплотнением снега и сооружением крепкого бруствера, прозевала начало боя. И не сразу поняла, что, пока она занималась возведением маленькой снежной крепости, битва уже закончилась.
Трое чёрных шаманов, щедро укутанных в воздушные щиты и обычные железные цепи, стояли рядом с полузасыпанным снегом телом Чеджерга и с ненавистью прожигали магов щёлочками чёрных глаз.
– Две группы – порталом в обитель, остальные под командованием Тайви – назад, – скомандовал Гардиан, и Милли замерла в тревожном ожидании.
Больше всего на свете принцессу волновало, куда пойдёт Тренна.
А магине в эти минуты было не до воспитанницы и не до кого-то другого. Крепко вцепившись в посиневшего от холода Гизелиуса, Тренна разъярённо следила, как он кастует согревающее заклинание, и её взгляд не сулил магистру ничего приятного.
* * *
К радости Милли их группа пошла в обитель.
Едва вывалившись в просторный приёмный зал принадлежащего Гарди дома, маги поспешили стащить с себя меховые плащи и шапки. В Эр-Маджаре по-прежнему гостило затянувшееся лето. Но долго расслабляться и отогреваться им не пришлось.
– Вниз, – едва оказавшись дома, скомандовал Вангор, и маги дружной толпой ринулись вслед за воздушниками, легко левитирующими перед собой спелёнатых воздухом пленников и спасённого предателя.
Впавший в детство шаман тоже оказался в подвале, лежал в одной из старинных камер, обнаруженных при раскопке дворца.
Дом Гарди, строившийся самым первым, маги возвели на месте примыкавшей к стене старинной тюрьмы или казармы, понять точнее они так и не сумели. Но зато оценили крепость и непроницаемость выдолбленных в скалистом грунте камер, укреплённых выплавленными магией из базальта колоннами и
Они сами тут жили в ненастные дни, пока не подвели дом под крышу. Потому и не могли не заметить, что камеры защищены от действия магии вкраплениями редких минералов, напоминающих по характеристикам лазурное серебро. Вряд ли теперь удастся установить, кого запирали тут прежние хозяева Эр-Маджара, зато предельно ясно: никакие способности не могли помочь провинившимся избежать наказания.
Милли даже представить себе раньше не могла, насколько сложна процедура разоружения шаманов. Нисколько не заботясь об их удобстве, маги растянули гамстарцев цепями между столбами, старательно избегая прикасаться к пленникам голыми руками. Тренна и ещё двое природников сделали всё силой своих стихий. Потом пришла очередь воздушников. Первым делом они воткнули в рот шаманам простейшие воздушные пробки, применяемые лекарями для лечения зубов. Затем начали осторожно снимать одежду, аккуратно вытрясая над столом и складывая стопочкой.
Потрясённо наблюдая, как быстро растёт кучка игл, вычесанных из оставленных на затылках шаманов косиц, разноцветных порошков и непонятного мусора, принцесса осознала, как опасны эти люди. У них даже под ногтями были припрятаны крошечные иглы, и если бы обыском не руководили Гизелиус и его учитель, даже самые опытные маги не смогли бы отыскать все тайники. В какой-то момент, когда на пленниках остались только короткие кожаные штаны, Тренна предложила принцессе погулять, но Милли согласилась только отвернуться. Ни за что на свете она не желала пропустить момент, когда шаманы начнут отвечать на вопросы.
Вернее, её интересовал всего один вопрос: где Дорданд и как можно его спасти.
Однако, когда маги, разоружив шаманов, со всеми предосторожностями рассадили их по камерам, Гарди неожиданно раздумал начинать допрос пленников.
– Они просто рядовые исполнители и ничего не знают, – пояснил он коллегам, велев отправить пленников в глубокий сон, – теперь нам нужно ждать ответного шага верховного шамана. А тебе, Милли, пора возвращаться. Её величество уже подняла на ноги весь дворец. Не забывай, ты ещё и принцесса.
И за то, что он обращался на «ты» и считал её сначала магиней, а уж после, как досадное недоразумение, принцессой, Милли прониклась к Гардиану особым уважением. И спорить не стала. Просто оглянулась на Гизелиуса и кротко спросила, когда он сделает список.
– Вот, – магистр достал из кармана камзола помятый свиток, – пока мы ждали шаманов, я набросал. Там последние строчки немного кривые… в невидимости писать неудобно, но ты поймёшь.
Не неудобно, а холодно, правильно расшифровала принцесса осуждающий взгляд наставницы и только тут догадалась, почему так замёрз магистр огня. Не пользовался заклинаниями своей стихии, чтобы не спугнуть осторожных и чутких, как звери, шаманов.