Полюбить врага

Делакорт Шонна

Взяв ее за руку, он печально произнес:

— Я знаю.

Подняв Ким со стула, он обнял ее, словно ища у нее защиты. Последние несколько недель были лучшими в его жизни. Рядом с Ким и Хлоей он был счастлив. Всю свою сознательную жизнь он мечтал о такой семье.

Ким чувствовала его напряжение, и это только добавляло беспокойства, которое не отпускало ее после того, как она прочла бумаги отца. Она должна показать ему найденные документы. Ей необходимо знать правду, чтобы наконец покончить одновременно с долгом и враждой между двумя семействами.

Что

ожидает ее и Джареда в будущем — Ким не знала. Несмотря на прекрасные отношения и физическую близость, он ни разу не сказал ей, что любит ее, не сделал никакого определенного предложения. Уверенность она может почувствовать лишь в том случае, если окончательно выяснятся все вопросы, связанные с найденными документами. Только после этого ей можно планировать будущее. Недоговоренность рано или поздно приведет к взаимному отчуждению.

Похоже, что наступило самое подходящее время. Хлоя только что уснула. Они успеют обо всем поговорить, пока она спит. И вместе смогут окончательно разрешить все проблемы, тем более что все равно надо ждать поверенного после его встречи с матерью Хлои.

— Джаред, — начала она, нервно кашлянув, — послушай…

Он вопросительно взглянул на нее, слегка приподняв брови:

— Что случилось?

Она глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Вчера вечером я кое-что нашла. После смерти отца остался ящик с его бумагами. Вчера я их просматривала. Мне попался один документ. Там есть подробные отчеты о встречах моего отца с твоим и работниками «Стивенс энтерпрайзиз», на которых они вели переговоры, касающиеся долга в двадцать тысяч. Мой отец указывает на кое-какие нарушения, которые он раскрыл.

— Нарушения?

— Да, со стороны твоего отца. Он якобы давал обещания, которые потом не выполнял, совершал, скорее всего, противозаконные операции, которые почему-то были закреплены контрактом… словом, мой отец объясняет, почему его долг может считаться аннулированным.

Она протянула ему листок с аккуратно напечатанным списком, в котором доводы ее отца были перечислены в хронологическом порядке.

Джаред молча взял у нее бумагу. Пока он читал, она следила за выражением его лица. Потом он некоторое время смотрел в пол, затем перевел взгляд на окно. Хотя он ничего не говорил, его лицо не выражало ни смущения, ни изумления, ни потрясения. Из этого она сделала вывод, что все перечисленные обстоятельства были ему хорошо известны. Наступил момент, которого она так боялась!

— Джаред… — Она постаралась говорить без гнева и обиды. Ей не хотелось делать преждевременные выводы, то есть повторять свою прежнюю ошибку. — Давай поговорим. Скажи, что я все неправильно поняла. Объясни, что все это значит. — Ее охватила паника. — Не молчи. Скажи хоть что-нибудь.

— Я не готов все объяснить тебе. Я всегда подозревал, что в этом деле есть какой-то подвох. Но у меня не было доказательств.

Она в упор посмотрела на него.

— Ты подозревал, что твой отец вел нечестную игру, но мне ничего не сказал об этом? И заставил меня отрабатывать долг моего отца, даже заключил

со мной контракт, чтобы использовать меня как служанку!

— Какую служанку? Тебе не кажется, что ты несправедлива ко мне?

От волнения она еще больше повысила голос:

— Несправедлива? А с твоей стороны справедливо бы о нанимать меня на работу в счет уплаты долга, в существовании которого ты сам, по твоему признанию, сомневался?

Он тоже повысил голос:

— Я не считал это несправедливым, поскольку мне было известно, что твой отец поставил моему фальшивый товар и взял за него хорошие деньги. Подделка обнаружилась, лишь когда груз распечатали и проверили. Твой отец так и не возместил убытки.

— Тогда почему ваш поверенный не начал тяжбу, а ограничился векселем?

Джаред не ответил. У него не было ответа. Он не хотел ввязываться в мышиную возню Рона Стивенса и Пола Доналдсона. Для них, похоже, это была игра, главным условием которой было как можно сильнее досадить друг другу. Он не хотел участвовать в их игре. Для него имели значение только вещественные доказательства — контракт и вексель, проведенные по документам «Стивенс энтерпрайзиз».

А Ким ждала ответа. Не дождавшись, она горько произнесла:

— Твое молчание достаточно красноречиво. Все, что ты говорил раньше о прекращении распрей между нашими семьями и о вечном мире, — все это пустые слова.

Она взяла со стола свою сумочку, вынула из нее ключи от машины, глубоко вздохнула и направилась к двери. У самого порога она обернулась.

От ее ледяного тона задрожал воздух.

— Завтра утром я возвращаюсь в Сан-Франциско. — Последние ее слова прозвучали с надрывом. — Когда проснется Хлоя, передай ей, что я уехала. Скажи, что я люблю ее. — С этими словами Ким выбежала из дома.

Джаред словно прирос к полу. Он не мог ни двигаться, ни говорить, ни даже думать. Вскоре он услышал, как отъехала ее машина. Подпрыгнуло сердце, и вернулась способность двигаться. Он выскочил на улицу, но было уже поздно. Он увидел лишь, как ее машина исчезла за поворотом. Он бегом вернулся в дом и, схватив связку ключей, уже готов был выбежать к машине.

Пронзительный крик малышки привел его в чувство. Хлоя. Он совершенно забыл о существовании Хлои. Что делать? Ребенка бросить никак нельзя, но ведь нужно во что бы то ни стало догнать и вернуть Ким. Девочка продолжала плакать, и ему пришлось поспешить к ней.

Он вступил на неизвестную территорию с того самого момента, когда встретил Ким, и теперь уже не владел ситуацией и совершенно растерялся. Женщина, которую он любил, с которой хотел прожить до конца жизни, только что покинула его дом, заявив, что уезжает, а он ничего не мог сделать, чтобы ее остановить. Он так и не набрался храбрости сказать, что любит ее.

Войдя в спальню Хлои, он моментально понял, в чем дело. Девочка пыталась выбраться из кроватки. Ее плюшевый мишка лежал на полу. В комнату вбежал Пират. Огромный пес пронесся мимо Джареда, поднял мишку с пола зубами и перекинул его через борт кроватки.