Полюбить врага
Шрифт:
Дальше был прыжок в бездну. Я проспала почти до самого вечера. Вставала только, чтобы сходить в туалет или выпить воды. Мира пыталась уговорить меня пообедать, но я отказалась, даже не открывая глаз. Заставила себя подняться лишь, когда за окнами уже темнело, чтобы съесть ужин, принять лекарства и дать сделать капельницу.
День незаметно перешел в вечер, а затем в ночь. Периодически я слышала, что кто-то заходил ко мне в комнату и выходил. А может, не слышала и мне просто все приснилось. В том числе то, что рядом с моей кроватью стоял
Такого точно быть не могло. Наверняка он пропадал по важным делам, и ему было не до меня.
За всю эту ночь я ни разу не проснулась. Она прошла спокойно, возможно, потому что мне давали какие-то седативные препараты. Я не знала… можно ли беременный вообще что-то подобное принимать? Но я была уверена, что у Вадима все под контролем. И он не допустит пренебрежения со стороны врача.
Мое осознанное пробуждение случилось лишь утром следующего дня. Я долго лежала в постели, отходя от ударной дозы сна, но спать точно больше не собиралась и не хотела. Поднявшись с кровати, потихоньку направилась в ванную, страстно желая почистить зубы, однако на полпути вдруг замедлилась, увидев аккуратно сложенные стопки женской одежды на диване…
Определенно новые вещи предназначались для беременных и были уже постираны. Немного удовлетворив любопытство, я прихватила нижнее белье и продолжила путь в ванную. Там обнаружила, что кто-то позаботились не только об одежде для меня. Еще позавчера Мире пришлось искать, чем меня помыть, а сегодня хромовые полки украшали все необходимые средства гигиены. Некоторые из них я опробовала в душе, под которым простояла довольно долго, тщательно намыливая свое тело, массируя ноющую грудь, которая значительно увеличилась с беременностью и животик.
Высушив и выпрямив волосы феном, я надела чистое нижнее белье, которое идеально мне подошло, и вернулась в комнату. Там, среди вещей, выбрала для себя зеленое платье, из легкой стрейчевой ткани, с закрытым вырезом и рукавом три четверти. На ноги я надела мягкие черные балетки. Они немного жали, возможно, потому что пальцы распухли, но было терпимо.
В целом все смотрелось неплохо. Несмотря на то, что я набрала вес, одежду умудрились подобрать по размеру. Только, оказалось, непривычно носить платье длиной чуть ниже колен… И не накрывать платком волосы, которые я убрала в аккуратный хвост.
Я выходила из комнаты неуверенно. Во всем теле ощущалась скованность, хотя этот дом больше не ассоциировался у меня с местом заточения. Но пока я слишком остро чувствовала себя здесь нежеланной гостьей, которой почему-то позволили остаться...
На втором этаже царила тишина – было еще слишком рано. Однако на кухне, которая находилась совсем недалеко от моей комнаты, уже слышались голоса. И я надеялась, что там либо Мира, либо Олег. Очень уж хотелось кушать… Но если это Шура, рассчитывать позавтракать пораньше мне не стоило. Мы еще ни разу не виделись с того момента, как я вернулась в этот дом. И что-то подсказывало мне – эта встреча будет
К моей удаче Александры на кухне не оказалось. Зато я застала сладкую парочку…
– Прекрати!.. Хи-хи… Ну перестань, Олег! – кокетливо протестовала Мира через смех, пытаясь отпихнуть охранника, который зажимал ее сзади.
– Нихрена. Я тебя съем! – рокотал он ей в шею, – Шапка ты моя красная... Съем за то, что сбежала из койки без спроса!
– Но мне же надо кушать готовить! – оправдалась кухарка.
– Да, че ты об этих пацанах так печешься? Они закаленные, могли бы и подождать.
Она усмехнулась и яро возразила:
– Да конечно! Ты бы первее всех ворчать начал и еду требовать!
Тихо наблюдая за ними, я с улыбкой вздохнула и решила, что могу еще немножко походить голодной. Однако Мира вдруг обернулась к Олегу, неизбежно заставая мое присутствие.
– Ой! – звонко воскликнула она, неловко оттолкнув от себя охранника и принявшись поправлять фартук на платье.
Кстати очень хорошенькое платье. Опрятное, стильного покроя и подчеркивающее все достоинства пышной фигуры кухарки. Конечно, я отметила, как она изменилась. Расцвела не только в душе, но и внешне – стала ухоженной и даже постройнела.
– Доброе утро! – дружелюбно поздоровалась я, продолжая стоять у двери. – Извините, я не хотела мешать…
– Здрасти, – в своей бесцеремонной манере отозвался Олег. Затем беззлобно поинтересовался: – А ты че так рано всколыхнулась то, мать?
Но ему все равно прилетело от Миры ложкой по залысине.
– Эй… че такое?!
Она не посчитала нужным отвечать, лишь строго качнула головой и поспешила ко мне.
– Как ты себя чувствуешь? Как ребеночек?.. Нашла одежду, да? Тебе очень идет… Прости, я не думала, что ты так рано встанешь. Завтрак бы пораньше приготовила! А может, ты что-то особенное хочешь покушать?..
Пока я дошла до стола, у меня голова распухла от вопросов кухарки.
– Все хорошо, Мира, спасибо! Мне гораздо лучше, – успокоила я ее мягким тоном. – Что приготовишь – то и буду есть.
– Ох, ну слава богу… Хорошо, сейчас я все сделаю, моя хорошая, сейчас!
Проводив засуетившуюся кухарку тоскливым взглядом, Олег нехотя поплелся к столу. Он выдвинул стул напротив меня, перевернул его на сто восемьдесят градусов и вальяжно уселся, сложив руки на спинке.
– Ну че? – выдал охранник, глядя исподлобья.
Едва сдерживая улыбку, я озадаченно отозвалась:
– Что?..
– Рассказывай, давай, – ответил он так, будто это его «ну че» не требовало дополнений. А еще кивнул на мой живот. – Как докатилась до жизни такой?
26
– Рассказывай, давай, – ответил он так, будто это его «ну че» не требовало дополнений. А еще кивнул на мой живот. – Как докатилась до жизни такой? Где была, че видела?
Тихо усмехнувшись, я смущенно уставилась на свои руки.