Полюбить таким...
Шрифт:
– Сегодня двадцать восьмое сентября.
– Я это помню… Просто она мне снится каждую ночь. Мне сниться то, что между нами было… – он почувствовал, как краснею. – Я уже из-за этого не могу смотреть на девчонок.
– Она тебя как-то унизила или тебе было плохо?
– Нет. Всё было нормально, мне было очень хорошо. Я не могу смотреть на девчонок, потому что я начинаю вспоминать то, что было. Я уже устал от этого. Понимаешь?
– Понимаю, – отец кивнул.
– Это плохо?
– Нет. Это всё вполне естественно.
– Откуда ты знаешь? – Олег думал, что провалится от стыда.
– Олежек, я такой же человек, как и все люди, – отец грустно улыбнулся.
– Па, а ты до того, как женился на маме… Ну, у тебя была девушка? – он посмотрел на отца.
– Только монахи и католические священники дают обет безбрачия. Как ты думаешь, если ты в пятнадцать лет попробовал, что такое плотские утехи, то я должен был почти до сорока дожить девственником? Или тебя это шокирует?
– Нет. Я хотел спросить, сколько было тебе лет?
– Девятнадцать, почти двадцать. Но тогда было другое время, и была война, я уходил на фронт, – в его голосе мелькнула тоска. – Всё было по-другому.
– А что с ней потом случилось?
– Она погибла во время бомбежки.
– Па, а мама о тебе всё знает?
– Конечно. Хотя ещё и очень рано, но я хочу дать тебе один совет. Никогда и ничего не скрывай от женщины, которую полюбишь. Если она будет любить тебя, то всё поймет. У нас с мамой нет секретов друг от друга. И ещё нужно уметь прощать. Без этого жить невозможно. Ты понимаешь меня?
– Да, – кивнул Олег.
– А переживать перестань. Всё образуется. Позвонит твоя девушка. Только вот что, сынок, нужно быть осторожным. Помнишь, о чем мы с тобой говорили? – Олег утвердительно кивнул. – Ты должен думать не только о себе, но и о ней. Если у вас возникнут какие-нибудь проблемы, сразу же скажи мне или маме. И ещё, я очень тебя прошу, не занимайтесь этим, где придется. В самом крайнем случае, потихоньку скажи мне, и я что-нибудь придумаю.
– Ладно, скажу.
– Да, посылай вас после этого в пионерский лагерь! – отец усмехнулся и покачал головой. – Пионерите вы здорово. Она тебе очень нравится?
– Нравится. Вообще, я почему-то думал, что всё будет немного иначе. Мама тоже о чем-то догадывается? – Олег исподлобья посмотрел на отца.
– Не без того. Если хочешь, я могу ей сказать.
– Как находишь нужным.
– О чем вы здесь секретничаете? – услышал он голос мамы.
– Просто так разговариваем, – отец повернулся и улыбнулся. – Покажите, что вы там нашли.
– Я знаю о чем, – Оксана без улыбки посмотрела на Олега и на
– Про какую Анечку? – не поняла мама.
– Ни про какую Анечку мы здесь не разговаривали, – он нахмурился.
Олегу снова стало нехорошо. Она не могла слышать, о чем он разговаривал с отцом. И снова была эта непонятная ревность. Отец выглядел несколько озадаченным. Он внимательно посмотрел на сына, потом на Оксану, и, стараясь разрядить ситуацию, сказал:
– Мы разговаривали о том, что Олег ростом уже меня перегоняет. А, если бы даже и про Анечку, как ты говоришь, моя маленькая принцесса, то ничего страшного. У Олега могут быть друзья и девочки, и мальчики.
– Да он влюбился в неё! – Оксана рассердилась.
– А если и влюбился, что в этом страшного? Ведь когда-то и Олежка, и ты вырастете, влюбитесь, и у каждого будет своя семья. Это ведь нормально, Оксаночка, – мама села у костра и начала поправлять выбившиеся из «улитки» пряди волос.
– Это будет когда-то. А сейчас я не хочу, чтобы он влюблялся!
– Перестань капризничать. Олег живой человек, а не твоя игрушка.
– Ничего вы не понимаете! – Оксана, насупившись, села рядом с мамой. – И он ничего не понимает…
Родители действительно так ничего и не поняли. Они решили, что Оксана просто устала и пора собираться домой. Всю дорогу она мирно проспала в машине, а вечером была спокойной и веселой. Зато Олег не спал полночи. Он слишком хорошо помнил начало этой истории. Теперь было продолжение. С ужасом он думал о том, что будет, если встретится с Аней.
Утром, по дороге в школу, Олег спросил у Оксаны, почему она вчера начала вредничать. Она очень внимательно посмотрела на брата огромными голубыми глазищами и совершенно серьезно сказала:
– Зачем тебе кто-то? Ведь у тебя же есть я. Я же люблю тебя больше всех на свете.
– Оксанка, ты моя сестра, а я твой брат. Я тоже тебя обожаю больше всех на свете. Но ведь это совсем другое.
– Ничего ты не понял, – она вздохнула тяжело, совсем не по-детски. – Ладно, я пока не буду тебе мешать. Возись со своей фифочкой!
– И на том спасибо, командир! – Олег почти рассердился на неё, что с ним бывало крайне редко. – Вот вырастешь, я тебе цирк буду устраивать, как ты на свиданья начнешь бегать!
– Ты ничего не понял, – упрямо повторила она.
Через три дня позвонила Аня. Олег очень обрадовался её звонку, а ещё больше тому, что она предложила встретиться тем же вечером. Как примерный джентльмен, он принес Ане цветы. Это были розовые хризантемы. Она очень обрадовалась, сказала, что цветы ей дарили только на день рожденья. Они немного погуляли. На улице было ветрено и довольно холодно, разговор как-то не клеился. Олег всё время терялся и чувствовал себя очень сковано.
– Хочешь, пойдем ко мне? – предложила Аня.