Полюбить таким...
Шрифт:
Олег сказал последнюю фразу так, что стало ясно – разговор окончен. Дальше завтрак продолжался в полном молчании. Саша встала со своего места и налила в чашки чай. Её начинала злить мрачность Олега и снова полное к ней безразличие. Может быть, не будь ночи, она перенесла бы это спокойно, но… Утренний разговор Олега с какой-то Оксаной, пожалуй, слишком уж ласковый, и его ледяной тон с ней, были как пощечина. Саша и не подозревала, что способна на такую ревность. Ей хотелось любыми путями заставить Олега вернуться на вчерашнюю волну или, хотя бы, досадить ему чем-нибудь.
– Тебе
– Спасибо, без.
Олег высыпал на стол спички из двух коробков и начал строить колодец. Саша поставила перед ним чашку с чаем. Злость и ревность перерастали в бешенство.
– Пей, а то остынет, – предложила Саша.
– Я не пью горячего, – Олег даже не посмотрел на неё.
– Извини, как-то упустила! Мы так и будем молчать?
– Сашенька, – Олег, наконец, исподлобья посмотрел на неё, – я же уже однажды сказал, что я не нянька, чтобы тебя развлекать, и не на исповеди, чтобы тебе в старых грехах каяться.
– Неужели тебе совсем не хочется ничего сказать? – Саша довольно едко улыбнулась.
– Что я должен хотеть сказать? – Олег оставил своё занятие и посмотрел на Сашу так, что она отвела глаза.
– Ночью ты был поразговорчивее.
– Да ты тоже желчью не плевалась. Только не хочу я становиться твоей игрушкой, детка. Не для меня всё это. Тем более, ты мне неоднократно объяснила, что я тебе не ровня. Извини, напрягать не стану, но и травой здесь стлаться, чтобы тебе было потом о чем подружкам рассказать, не собираюсь. Пойди, почитай что-нибудь.
– Я же просила не называть меня деткой! – Саша разозлилась не на шутку.
– Извините, мадмуазель Шарф-Эгердт! Видишь, я уже и фамилию твою выучил, – Олег снова взялся за спички.
– Слушай, а ты и вправду не женат? И кольцо у тебя за пять баксов?
– Не женат. Почему тебя это так волнует? Или тебя волнует цена кольца?
– Просто интересно. Ты так ворковал по телефону, – последние слова Саша произнесла с нескрываемой насмешкой.
– Я разговаривал с сестрой.
– А можно подумать, что с любимой, только вот уж никак не сестрой. И, потом, кто-то трепался, что у него брат.
– У меня сестра. Тебя и твою компанию тогда разыграли.
– Байку о сестре, заботливый брат, ты мне сочиняешь на ходу. Ты просто хочешь выглядеть слишком правильным, – Саша щелчком разрушила спичечную постройку.
– Слишком правильным, говоришь? – Олег прищурился, на его губах появилась жестокая, насмешливая улыбка, от которой Саше захотелось спрятаться. – Что ж, сама напросилась, на откровения. Тебе сейчас, пожалуй, дурно станет. У меня сестра и любимая понятие единое. Так что, ты почти не ошиблась.
– Не поняла… – Саша растерялась.
– Я спал со своей младшей сестрой несколько лет и люблю я её не совсем братской любовью. Удовлетворена?
– Ты что, изнасиловал её? – у Саши по спине побежали мурашки.
– Нет, всё было по большой и светлой любви. Тебе такого не понять.
– Вот уж точно не понять! – после паузы ответила Саша дрогнувшим голосом. – Не была я о тебе особенно высокого мнения, но не думала, что
– Что ещё? Деревянным я вчера бы, извращенцем сегодня стал. Дальше?
– Ничего. Мне даже разговаривать с тобой противно! – Саша порывисто поднялась со своего места.
– Вот и отлично! – Олег закурил. – Сделай милость, оставь меня в покое.
– Дрянь! – Саша ушла в другую комнату.
То, что сказал Олег, никак не укладывалось в голове. С ужасом Саша поняла, что не извращенцем она его считает, а безумно ревнует к той, которую он назвал сестрой. Она не верила, что Оксана его сестра. Ей до слез обидно было, что так же нежно и ласково он не разговаривает с ней. Всё время вспоминалась ночь, его губы, его сильные и нежные руки, его голос, звучавший почти так же, как и сегодня утром для Оксаны… Она вдруг поняла, что Олег пытается создать между ними дистанцию, не подпустить её близко к себе. Причина такого поведения была неясной. «Быдло! Цены себе не сложит! Подумаешь, лесник! Что он видел в жизни? Да мне плюнуть в его сторону противно! Мразь!» – обиженно думала Саша. Тут же на смену этим мыслям приходили полностью противоположные: «Почему он так холоден со мной? Почему всё время пытается доказать мне, что я для него ничего не значу? Да плевать мне, с кем он спал…».
Так она просидела до вечера, пытаясь сделать вид, что читает. Саша отказалась есть в середине дня, когда её позвал Олег. Она надеялась, что он повторит приглашение ещё раз, но он этого не сделал. В домике было тихо, как в склепе. Олег почистил и смазал пистолет, а после читал какой-то детектив и время от времени курил. За окнами шумел ливень.
Медленно на лес спустился вечер. Олег поднялся и зажег свечу. Саша исподлобья следила за ним. Молчание становилось тяжелым, как сосуд с ртутью. Вернее, таким оно становилось только для Саши. Олег, казалось, был такой обстановкой даже доволен.
– Саша, хватит дуться, пора бы и поесть, – сказал он, направляясь в кухню.
Саша осталась неподвижно сидеть на диване. Она понимала, что всё, что она делает ужасно глупо, но ничего поделать с собой не могла.
– Тебя что, дважды приглашать нужно? – Олег заглянул в комнату.
– Я не хочу садиться с тобой за один стол! – презрительно бросила Саша.
– Из каких соображений?
– Я не собираюсь есть за одним столом с такой дрянью, как ты!
– Вашей светлости кофе в постель подавать? – с насмешкой спросил он.
– Я не собираюсь есть с тобой за одним столом! – повторила Саша. – Я не желаю вообще быть с тобой рядом!
– Если тебе не нравится находится со мной под одной крышей, то можешь шлепать в лес и строить себе шалашик или норку. Что больше нравится. В чуланчик жить не пущу, там, видишь ли, вода и сортир. Нервы лечи, девочка, – спокойно посоветовал Олег.
– Это тебя лечить пора! Я просто не представляю, после утренних откровений, чего от тебя можно ожидать!
– Ну, дальше? Ты не подумала, что в мои планы как раз и входит, что ты не будешь есть, ослабеешь, а я тебя и поимею? – его тон и улыбка снова наполнились издевкой.