Полюбить и выжить
Шрифт:
Вита проснулась, как всегда — рано. Привычка, выработанная годами, что поделаешь…Взглянув на двери спальни, вспомнила, что в особняк вернулся хозяин. Честно говоря, он мешал. Еще недавно женщина могла после утренних процедур надеть мужскую одежду и заняться тренировкой, ничего ни кому не объясняя. Но этот же потребует ответа, а в худшем случае еще и начнет воспитывать. Принесли же черти! Встав под душ, начала систематизировать те сведения, что получила во сне. А получить их оказалось непросто. Сначала «учителя» отмалчивались, потом, когда «ученица» наотрез отказалась заниматься и привела свои доводы, уклончиво согласились Но герцогиня так и не поняла, стоит ли им доверять или нет.
То, что она из рода Огастинских, не вызывало сомнений, только вот ни об отце, ни о матери никаких сведений не было. Монолог обаятельного мужчины с огромными зелеными
Завтрак Виты и Сандры подходил к концу, когда в комнату неожиданно вошел хозяин особняка. Поздоровавшись и пожелав приятного аппетита, он, как ни в чем ни бывало уселся за стол и попросил Гледис принести его любимые блюда.
— Я надеюсь моя прекрасная жена не будет возмущена, что я использую ее личную служанку? — ехидно поинтересовался Реганн. — Остальные слуги страшно опасаются посещать эту часть дома, боясь превращения в какое-нибудь чудище. Женщины счастливо улыбнулись: эти слухи они сами и распустили, надолго отбив у челяди желание совать нос куда не следует.
— Ну, что вы, конечно же нет. А можно узнать, драгоценный супруг, как долго вы планируете пробыть в столице? — не выдержала Страдвей.
— Неделю, — коротко, не собираясь ничего объяснять, ответил мужчина. — Простите, — обратился он к подруге жены, — вас кажется, Сандрой зовут? Я хотел бы попросить: оставить нас ненадолго для частного разговора. Семейные дела…
Женщина улыбнулась, поднялась и, поблагодарив за приятное общество, удалилась.
— И заберите эти милые «длинные уши»! — бросил ей вслед герцог, — Иначе я буду вынужден их уничтожить. Эта процедура будет вам крайне неприятна, — а супруге добавил — Я надеюсь, вы мне разрешите сначала — поесть, а уж потом выслушаете все, что я имею сказать? — Вита только молча кивнула, попивая сок. Ей стало крайне интересно: как этот мужчина не будучи магом смог увидеть «родовое» заклинание подруги. Женщина, используя несколько разных способов, очень тщательно осмотрела сидящего напротив Реганна и чуть не подавилась. Такого разнообразия всяческих магических поверхностей, линий, каких-то завихрений, окутывающих мужа, еще ни разу в жизни ей не удавалось увидеть. Отставив стакан, она осторожно, шаг за шагом, начала удовлетворять свое любопытство.
Сначала надо было скрупулезно ознакомиться с уже известными ребусами, а потом перейти к совсем непонятному.
«Так, — проговорила Вита про себя, — это магическая защита самого высокого — 5 уровня, в ней труд нескольких архимагов. Замысловатое, надежное и крайне интересное плетение. Надо взять на вооружение. Они с Сандрой так тоже смогут… Это „контур правды“, значит врать не рекомендуется, просто по возможности говорить близкое к истине… Это усиление жизненных сил, очень способствует регенерации тела, если, все-таки, мужчину удастся ранить, и служащее защитой от обыкновенных человеческих недомоганий — простуды и др инфекционные заболеваний… Это интересное витье для увеличения работоспособности. Мне тоже пригодится. А это, что, такое темненькое, словно сжатая в контур грозовая тучка? Ого! А она агрессивна и крайне опасна. Что же там внутри спрятано?»
Рассматривая специальным взглядом магические ухищрения, герцогиня и не заметила,
— А знаете ли вы, дорогая Аманда, что король в курсе вашего женского недомогания? Он поздравил меня со скорым прибавлением в семействе. Тайная канцелярия, не дремлет…
— Что вы сказали? — сосредоточенная на своих наблюдениях, Вита пропустила мимо ушей слова супруга. А когда он повторил только что изреченные слова, равнодушно махнула рукой. — Пустое! С этим я потом разберусь, — тем временем, сузив глаза и усердно думая, добавила. — А вы догадываетесь, Арман, что от вас в сторону идет прямо-таки целый канат, как-будто окрашенный золотой, красной и фиолетовой краской… Вы словно прочно привязаны к Его Величеству Ламмерту. Ведь это его родовые цвета? И канат сей опутан таким сильным заклинанием подчинения, что страшно. Вам это не мешает жить?
— Это проклятие нашего рода… — глухо вымолвил Реганн. Почему и отчего эта хрупкая когда-то женщина, теперь же имеющая очень соблазнительные округлости, оказалась магиней, и достаточно сильной, раз рассмотрела то, что редкий архимаг мог увидеть; хотя по его наблюдениям абсолютно не обладала такими талантами, он не знал. Но почему-то почувствовал от осознания этого факта радостное удовлетворение. Ему захотелось сделать ее своей союзницей. Первый шаг он уже совершил — признал ее ребенка, а дальше следовало добиться ее доверия. Раз Аманда не желает постельных отношений, их не будет, а вот дружеское расположение — хотелось завоевать. — Я вот о чем подумал… Вы очень привязаны к столице и королю? Я хотел бы вам предложить составить мне компанию в северной провинции. Там — чудесная природа… А ребенку нужен свежий воздух. Еще я слышал, что здесь на вас было совершено несколько покушений. Там — я могу гарантировать полную защиту. Подумайте над моим предложением. — Проснувшись утром и вспомнив о жене, Реганн вдруг захотел увезти ее подальше от двора, от этой клоаки и люзоблюдов. Странное дело, он вдруг почувствовал, что безумно желает взять в руки ребенка и, покачивая его на руках, как в детстве отец, петь ему колыбельную. Арман был старшим из шестерых детей купца и единственным, кто подался в столицу. Остальные остались дома, довольные своей долей. Он всю жизнь мечтал иметь детей, но понимая, что делать заранее своих наследников рабами, не готов, тщательно избегал такой возможности. В любом случае спрятать ребенка от короля — не получится. А проклятие отца — падет и на детей. Ребенок от другого мужчины — выход из этой сложной ситуации.
А Вита, зачарованная сложными магическими узорами, так и вьющимися вокруг супруга, рассуждала, что проклятие хоть и древнее, но убрать она сможет. А еще хотелось разгадать тайну облачка и этих живых, серебряных нитей, полностью окутывающих тело мужчины. Услышав его предложение о переезде, задумалась, а потом поняла, что Ле- Кротуа очень близко к границам пропавшей, желанной и загадочной территории. Может, действительно, на место легче будет решить и эту задачу? Надо посоветоваться с Сандрой.
Королевский дворец
— Ваше Величество, все документы по предстоящему процессу я передал в судебное ведомство, — герцог Миндей устало взглянул на сюзюрена, — к ним приложил и ваши рекомендации. Так что будем ждать результата.
— С переворотом все ясно, а что нового вы можете мне поведать о герцогине Страдвей?
— Я вот, что подумал, — мужчина вкрадчиво, желая угодить, и в то же самое время, как бы советуя, произнес, — на днях по окончанию положенного двухгодичного траура после смерти мужа в столицу вернулась герцогиня Дю Филир. Вы, Ваше Величество, обращали пристальное внимание на эту особу в свое время. Правда, графиня Ман Фрай пресекла в самом начале этот интерес, а потом муж герцогини скончался и она удалилась в родовое имение. Хочу отметить, она стала еще прекрасней.
— Помню помню… — Ламмерт мечтательно улыбнулся. — Сколько ей сейчас?
— Пол года назад исполнилось 18.
— Хорошо, — нехотя, словно соглашаясь только из-за уважения к собеседнику, вымолвил король. — Как раз завтра я собирался возобновить свои прогулки после второго завтрака. Пригласите Виолетту составить мне компанию. А с Амандой Страдвей мы поступим следующим образом… Ее я завтра жду в кабинет после обеда. Желаю предложить герцогине составить компанию мужу и поехать в северную провинцию, а то как-то неудобно. Реганн — женат, а принимать дворянство округа — некому. Жена почему-то сидит в столице. Да и ее близость к границам нам на руку. Может пропавшее герцогство отреагирует на свою наследницу?