Полюби меня
Шрифт:
Не выдержав, всё-таки открываю дверь и сразу же блокирую проход, выставив ногу.
Данил подаётся вперёд. Рывком на меня. Я отлетаю в сторону.
– Ты охренел? Почему вламываешься? – вдогонку ему, а он уже размашистым шагом идёт по моей всей однушке. – Ты ищешь что-то, Потоцкий?
Остановившись напротив, он смотрит на меня исподлобья. Взгляд такой колючий и злой.
– Почему ты динамишь меня, Настя?
– С чего ты это взял?
– В телефон свой загляни.
Молча бреду в комнату, хватаю с тумбочки
Тридцать один пропущенный! Хм… Это значит, что у него типа ко мне всё серьёзно, да?
– Может, как-то объяснишься? – он стоит уже за спиной, и я вздрагиваю от неожиданности – ну нельзя же так неслышно подкрадываться к людям!
Оборачиваюсь. Смотрю на него и сглатываю. Он реально, что ли?
– Я спала.
– То есть? – недоумевает, а я пожимаю плечами. – В смысле спала?
– В прямом. Ну как спят обычно люди.
– Что случилось?
“Ничего. Кроме того, что я сегодня поняла, что моё вдребезги разбитое сердце уже не склеить. И ты не супер-клей, Потоцкий. Разбивать сердца – ты мастер, а вот обратно их возвращать к жизни – уже никак”, – кричит внутри меня, но я прикусываю язык, зная, что если скажу это вслух, то точно пожалею. Похоже, моё биполярное расстройство опять в рецидиве, сука.
– Я виделась с Людой.
– И?.. – молчу в ответ и тогда Данил хватает меня за плечи, встряхивает легонько: – Ну? Говори. Почему я должен вытягивать из тебя каждое слово?
– Сказала, что сплю с её бывшим мужем. А она обозвала меня дурой, предупредила, что у тебя таких как я дохера. Уверяла, что ты попользуешься мной и бросишь, как делал это со всеми своими бабами. Да, ещё сказала, что ты со мной назло ей.
Данил разжимает на моих плечах пальцы. Дышать становится легче.
– Это всё бред.
– Я так и подумала, – отступаю от него на несколько шагов. – И если мы всё выяснили, то, может быть,ты уже уйдёшь? Я хочу побыть одна.
Глава 15
Толкнув калитку, вхожу во двор.
– Не бойся, не укусит, – подмигивает старший брат Данила, а у меня сердце едва не в пятках – собака так странно косится в мою сторону.
Сжав пальцами рюкзак, трусливо ступаю вперёд.
– Привет, – жму Игорю руку, спрашиваю где Данил.
– С машиной возится в гараже.
Тепло улыбнувшись, киваю в знак благодарности. Иду, а у самой дрожь по всему телу. После ссоры мы не общались три дня. Данил не звонил, не писал. А я не обижаюсь на него, я же сама попросила оставить меня в покое. Хотя если честно признаться, я всё-таки ждала его звонка. Не знаю: ответила б или нет, но сам факт, что Потоцкий выпал на мороз – меня немного напрягает. Выходит, бегать за мной он не собирается. Понятное дело, нам давно не по двадцать, взсролые люди, но всё-таки.
Подойдя ближе к гаражу, мысленно
С чего начать?
Может сказать обычное “Привет”, а там как карта ляжет?
Или всё-таки извиниться за то, что фактически выставила его за дверь своей квартиры?
Дверь в гараже открыта. Я застываю напротив неё, взгляд концентрирую на Потоцком.
Обнажённый по пояс, в потёртых джинсах Даня упирается руками в машину, склоняясь над открытым капотом.
Такой сексуальный в этом машинном масле, руки до локтей в мазуте. Чёлка небрежно спадает на его лоб. Взгляд задумчивый.
Он совсем меня не видит. Не замечает, как смотрю сейчас на него, как взглядом блуждаю по широким плечам, спускаюсь к рельефной груди и останавливаюсь на сильных руках.
– Не знала, что ты увлекаешься ремонтом машин, – заявляю о своём присутствии и Данил медленно отрывает взгляд от машины, переводит его на меня.
– Это дедова машина. Та самая "тридцатка".
Кивнув, мол, помню его "БМВ", двигаюсь навстречу Дане. Поравнявшись с ним, несмело целую его в щеку:
– Привет.
– Попустило? – прищурившись, разглядывает моё лицо.
– Попустило и давно. Если бы мне позвонил, то узнал про это гораздо раньше.
– Ты могла позвонить мне сама, – улыбается на одну сторону, весь такой довольный собой.
– Не могла. Я же девочка, ты забыл?
– То есть, ты косячишь – я извиняюсь. Так, что ли?
– Приблизительно.
Ничего не ответив, Данил снова фокусирует взгляд на моторе, а меня так бомбит всю. Прикоснуться к нему хочется. Прижаться крепко-крепко и не отпускать. Но первой извиняться – точно не буду. Пусть и он хоть что-то сделает для нашего примирения.
Но бороться с самой собой долго не получается. Мне хватает не больше одной минуты просто постоять рядом с ним.
Подойдя к Дане со спины, просовываю руки у него под подмышками. Прижимаюсь плотно.
– Я грязный, – усмехается он, а я качаю головой, словно Потоцкий сейчас может это видеть.
– Пофиг. Соскучилась, – и в доказательство своих слов, кончиком носа веду по его шее вверх-вниз. Чёрт… Как же он охренительно пахнет: слегка вспотевший, с моторным маслом на коже и почти что выветрившимся одеколоном. Теперь это мой личный афродизиак.
Обернувшись через плечо, Данил смотрит на меня из-под опущенных ресниц. И я сглатываю.
– Как ты узнала, что я здесь?
– Брату твоему позвонила.
– Даже не спрашиваю: когда вы успели обменяться номерами телефонов.
Данил отходит от машины, идёт к умывальнику и автопастой пытается смыть с рук грязь. Я слежу за его каждым движением.
– Иди уже сюда, – вытерев руки полотенцем, Данил резко оборачивается ко мне.
Обняв за талию, крепко прижимает к себе. В губы впечатывается требовательно. Я отзываюсь на его поцелуй, руками обхватываю шею.