Полюби меня
Шрифт:
Места были знакомые, Митя знал их с детства, но еще ни разу ему не приходилось взбираться такими козьими тропами. Девушка шла впереди. Митя завидовал ее невесомой походке. Мужская гордость гнала его вверх, и на каком-то зигзаге он поравнялся с Наташей.
– Нравится?
– спросила Наташа.
Внизу было что-то совершенно необыкновенное: холмы и скалы образовали удивительный узор, который в лучах неяркого солнца светился очень нежными, мягкими красками. Митя, который учил стихи только в начальной школе и из всей поэзии помнил лишь строчку: "Его
– Блеск!
– Я рада, что тебе понравилось. Я часто прихожу сюда. Однако пойдем дальше, к голубому озеру.
Теперь девушка шла медленнее, и там, где позволяла тропинка, Митя мог идти рядом.
– Твои родители не будут волноваться?
– спросила Наташа.
– Ты их плохо знаешь. Раз они отпустили меня без робота, значит, предусмотрели все заранее... По крайней мере папа.
За поворотом показалось озеро.
– Какая чудесная вода!
– воскликнула девушка.
– Сегодня у нее бирюзовый оттенок. Я хочу искупаться!
– С ума сошла!
– сказал Митя.
– Это жидкий воздух. Под скалой проходит скважина.
– Ты как хочешь, а я пошла.
Девушка подбежала к озеру и скинула платье.
Наташа плескалась довольно долго, вызывая тихую зависть своего приятеля. Наконец ей надоело купаться и она вылезла на берег. Она стояла на берегу, и поднимающийся воздух шевелил ее золотистые волосы. Впрочем, они только сейчас стали золотистыми. Раньше они были каштановыми, серебристыми, серебристо-пепельными и, казалось, могли принимать любой оттенок.
Митя не испытывал стыда, наблюдая за обнаженной девушкой. Почему? Этого он пока не знал. Было в Наташе что-то необъяснимое, что сближает человека с природой и чего его отец наверняка не понимал.
На расстоянии тридцати метров от озера холод не чувствовался, и Митя сел на землю.
– Слушай, а до тебя можно дотронуться?
– спросил он, когда девушка подошла к нему.
– Попробуй, - сказала девушка.
Митя взял ее за руку. На ощупь рука была мягкой и теплой.
– Только не надо давить слишком сильно. У меня не хватит сил.
– Я знаю, кто ты, - сказал Митя.
– Ты сгусток поля. Тебе захотелось превратиться в девушку, и ты стала ею. Если бы захотела, ты превратилась бы, скажем, в камень...
– Надо спешить, - забеспокоилась девушка.
– Надвигается хурракан.
Этим древним индейским словом люди называли внезапные изменения в атмосфере планеты, которые приводили иногда к катастрофическим последствиям. До первых порывов ветра было не больше трех минут - ровно столько, чтобы успеть укрыться в защитном поле ближайшего буя. Но сейчас до буев было далеко, кроме того, их закрывали скалы, которые экранировали поле.
– Я покажу короткую дорогу, - сказала Наташа.
Спуск был еще тяжелее, чем подъем. Приходилось прыгать с камня на камень. Малейшая
То ли девушка прыгнула слишком далеко, то ли Митя не усмотрел коварный камень - вдруг почва ушла из-под ног, и Митя почувствовал, что падает.
Он постарался отыскать глазами упругие ветки "горного каната". Попади он на такую ветку, у него был бы шанс остаться живым.
За считанные секунды Митя успел заметить, что больших канатов внизу нет. Лишь у самого дна торчал маленький, словно мышиный хвостик, канатик. Митя приготовился падать на него.
Вдруг что-то словно ударило его по ногам, и Митя почувствовал, что летит вверх. Неведомая сила подняла его из пропасти и мягко опустила на уступ скалы.
"Планетолет!
– подумал Митя.
– Молодец, отец успел запустить его перед хурраканом".
Полежав немного на уступе скалы, Митя поднялся. А где же Наташа? Неужели убежала?
– Наташа!
– позвал он.
Наташа была рядом. Она лежала на камнях возле тропинки, маленькая и тихая. Краска сошла с ее лица, платье потускнело, волосы стали бесцветными.
– У меня не осталось сил, - прошептала она.
– Я не смогу проводить тебя домой.
– Ерунда. Я тебя понесу.
– Отнеси меня в пещеру. Это близко.
– Хорошо, - сказал Митя.
Он взял девушку на руки и побежал.
Первый порыв ветра обрушился на них у входа в пещеру. Митю сбило с ног, протащило между оскалившимися рядами сталактитов и покатило вглубь. Девушка выскользнула из рук, словно растворилась.
Тьма была кромешная. Рев хурракана почти не доносился. Митя поискал свой "вечный" фонарик, но тот, видимо, выпал при входе. Тихо-тихо капала вода. Каждая капелька звенела, потом шелестела, отдаваясь эхом со сводов пещеры.
– Наташа!
– позвал Митя тихо.
– Что тебе нужно?
– Посиди со мной.
– Зачем?
– Не знаю.
– Ты мне надоел, - сказала девушка равнодушно.
– Я не способна на человеческие чувства.
И потом, чтобы рассеять сомнения, добавила:
– Мне было скучно и захотелось поиграть. А теперь ты мне надоел. Понятно?
– Не верю, - сказал Митя.
– Что случилось с тобой на скале?
– Не обращай внимания, со мной бывает. Я просто устала.
Хурракан кончился.
– Мне нужно идти, - сказал Митя.
– Но я приду сюда завтра. Ты будешь меня ждать?
– Нет.
– Врешь!
– со злостью сказал Митя.
На ощупь он пробрался к выходу. Хурракан постарался на славу, но сталактиты уже отращивали новые зубы. Озеро почти пересохло, лишь со дна бил фонтан жидкого азота. Тропинка частью провалилась в пропасть. Митя осторожно пробирался среди камней.
Отец встретил его спокойно, но это спокойствие было хуже хурракана.
– По твоей вине унесло буй номер одиннадцать, - сказал отец.
– Впредь я запрещаю тебе прикасаться к технике.