Полюби меня красного
Шрифт:
Взобравшись на седьмой макроэтаж нашего хостела (все равно что трясти пальму), я, честно говоря, на некоторое время расстался со сладкими грезами пить по умеренным ценам, так как силы меня покинули. Когда же желание выпить возобладало над немощью, я понял окончательно, что осуществить свое намерение до пробуждения остальных RR мне не удастся. Не судьба, и все. Достаточно было взглянуть на то, что меня окружало. Такого срача не знали даже самые худшие общаги. Не потому ли Джон каждый раз вставал ни свет ни заря? Действительно, подобное зрелище выдержал бы не каждый.
Все
К сожалению, я не взял с собой других порток, а недавно купленные у Генри Ллойда джинсы были слишком длинными, и без помощи портного мне было не обойтись. Не загибать же их наверх, как в 70-е?
К счастью, я неожиданно идентифицировал в жгуте, завязанном морским узлом на кровати Белыча, собственные треники и даже не знал, радоваться мне или печалиться? С одной стороны, они были своего рода пропуском в «Корону», с другой – гордиевым узлом, разрубать который я опасался. Да и нечем было. Не розочкой же пилить? А вдруг дыру сделаешь?
Промучившись с полчаса, я все-таки раскрутил-разломал-разгрыз свои тренировочные брюки, придя к кошмарному результату. Передо мной на вытянутых руках свешивались два перекрученных каната. Нет, не подумайте ничего такого, внешний вид этого бывшего спортивного изделия меня совершенно не смущал (носил и не такое), смущала перспектива влезать в две эти змеи.
Но с божьей помощью все-таки влез, почувствовав себя тем самым арабом, которого мы гоняли по коридору. Если бы у нас было зеркало, то из него бы взирал на меня сорокапятилетний балетный танцор, решивший тряхнуть пидорским прошлым.
Однако желание промочить глотку перебороло стеснение. Поэтому следовало забежать в «Корону»
так, чтобы привередливый Джон меня не заметил. Затем усесться поглубже и сказать ему, что у меня нет сил тащиться к стойке. Точно так, дорогие друзья, и получилось.
К тому же успевший насосаться Джон был погружен в себя настолько, что не обратил никакого внимания на мой внешний вид даже на обратном пути в хостел. Вот что утренняя зарядка с фанатами делает! Какие уж тут «генри ллойды», когда Джон даже мои шлепанцы не заметил! А если бы и заметил, то вряд ли бы отчитал, так как самым серьезным образом настраивался на продолжение битвы с врагами. «Похоже, на одном нашем хостеле он не остановится», – подумал я и, как ни странно, не угадал.
На крыльце мы решили выкурить по пять-шесть сигарет, как обычно, и в процессе планирования ближайшего времяпрепровождения Джон неожиданно изрек следующее: «Знаешь, заебал что-то этот „Каменный остров“ с „Генри Ллойдом“, кончать надо с этой зависимостью. А то заебали уже всех на форуме одним и тем же». «Все, пиздец, – подумал я. – Допился наш Джон. Приехали. Сейчас предложит мне посетить местный Музей тяжелой промышленности и индустриального дизайна. Единственный, кстати, во всем городе. Нет, пизжу, есть еще что-то типа того же, но только про сельское хозяйство».
Помолчав,
Молча выкурив пару сигарет, Джон прищурился, аки Клинт Иствуд, и процедил: «Слушок прошел, что Лоран по цене Перри катит». – «Да иди ты, гонишь спьяну всякое!» – замахал руками я и тут же получил предложение сходить в гости к лягушатнику, чтобы убедиться в правоте Джоновых слов. «Ладно, но только через паб», – сказал я, что было встречено Джоном без каких-либо видимых возражений.
45
Лоран Блан – французский легионер «МЮ», не пользовавшийся популярностью в фанатской среде из-за крайней медлительности.
Хоть дальше паб и последовал (и не один, кстати), но, к сожалению, визит к лягушатнику обернулся настоящим гуляловом по всем престижным торговым точкам Манчестера, так как мне очень хотелось удостовериться, что Лоран этот стоит столько же, сколько Фред Перри. Самое удивительное, что, обойдя весь город, мы убедились в том, что и Лоран, и Перри, и Шерман не только стоят примерно одинаково, но и продаются в одном и том же месте – в «Арндэйл-центре» со всеми его взрывами бомб в 1996-м. А затем уже, полупьяные, мы убедились в полной ценовой идентичности всех вышеуказанных мсье и джентльменов. Распродажа как-никак!
«И все равно это западло, – не унимался я на улице, – что какой-то курлы-мурлы стоит те же бабки, что и уважаемые люди! Ладно бы только стоил, но какого хера он вообще обретается с ними рядом, вися чуть ли не на одной вешалке?!» Шумно обсуждая этот очевидный парадокс, мы подошли к дверям уже пятнадцатого паба (в это число следует включить и паблик-хаусы) и... замерли. Посмотрев друг на друга, мы чуть ли не хором произнесли: «Все, пабы надоели. Пора и в ресторан, как белым людям».
В связи с тем, что по сравнению с Петербургом Манчестер – город очень маленький, дверь итальянского ресторана соседствовала с дверью паба. Так как мы слегка покачивались из стороны в сторону, попадание в нужную дверь заняло где-то пару минут. Мы быстренько поназаказывали всякой всячины и принялись обсуждать пойло.
Поскольку вино доконало бы нас обоих, выбор был сделан в пользу некой жидкости, именуемой официантом итальянским пивом. И вот тут-то, дорогие читатели, я буду вынужден перейти на шепот. К тому же я попрошу вас никому не говорить то, что я вам сейчас поведаю. Сейчас, сейчас, уменьшу кегль, чтобы никто ни о чем не догадался, и скажу: «Пиво это – превосходное». Но, к сожалению, больше его уже не попьешь. Белыч с Джимми увидят и сдадут с потрохами. Тому же Никит-аху или, еще хуже, Несравненной. Вот уж тогда она над нами покуражится! Как пить дать сразу же «Каменный остров» припомнит со всеми его итальянскими корнями. Давно, наверное, ждет повода. Так что лучше подкрутим с этой темой.