Полярный круг
Шрифт:
Нет, ничего такого.
Нет, в субботу они не встречались.
«Стало быть, в последний раз ты видела Софию, когда вы в тот вечер разошлись после книжного клуба?»
«Да», – ответила на допросе восемнадцатилетняя Карина.
Пятидесятисемилетняя Карина закрыла глаза, воспоминания обрушились на нее водопадом. В тот вечер, на той встрече читательского клуба – как они переругались! Сусанна сравнила Колин Маккалоу с Владимиром Набоковым не в пользу последнего, и она пришла в ярость. София, обычно такая молчаливая и немногословная, стала орать на них. Агнета расплакалась. Биргитта в своей обычной манере восседала, наблюдая за всеми сверху вниз, потом поднялась
– Yes!!! – закричал Адам в своей комнате – знак того, что он успешно изничтожил большое количество противников.
Карина отложила протокол допроса самой себя. На несколько секунд закрыла глаза, потом начала листать записи допросов других членов клуба «Полярный круг».
Они никогда не обсуждали между собой, что именно сказали тогда полиции.
Факт заключается в том, что они никогда больше не встречались. Во всяком случае, не собирались группой.
Теперь, просматривая протоколы, Карина обнаружила, что все их показания совпадают. Все сказали, что они обсуждали книгу «Поющие в терновнике» и писательницу Колин Маккалоу, ничего особенного не произошло. София ничего не говорила о том, что собирается уезжать, ни о каких угрозах, не упоминала никакого парня. Пальцы Карины перебирали страницы, глаза летали по строчкам. Самой разговорчивой оказалась, конечно же, Сусанна – ее допрос занял восемь страниц. Самый краткий – Агнеты, по телефону из Карлстада.
Затем следовали допросы сотрудников ракетной базы.
Карина быстро просмотрела первый из них. Допрос начальника базы. Эверт Ланден. Папа Биргитты.
В те недели на базе находились представители военно-морского флота США, они измеряли влияние действий армии на инфраструктуру. С этой целью вокруг Наусты были возведены здания, мосты и виадуки. В целом Эверт Ланден не может прокомментировать, какого рода работы проводились на базе в те выходные, о которых идет речь. Что касается шведского персонала, то у него есть поименные списки – ничто не мешает полиции связаться с этой частью сотрудников. Что же касается командированных, то он ничем не может помочь: ни кто именно участвовал в работе, ни сколько их было – никаких списков нет, поскольку их никогда не существовало.
Карина судорожно сглотнула.
Быстро пролистала записи допросов других сотрудников базы. Далее в коробке лежал протокол допроса Керстин Линдгрен, тогдашней владелицы пансионата Stone Swamp Inn. Он датирован 18 августа 1980 года – через две недели после исчезновения Софии.
На несколько мгновений Карина перестала дышать. Насколько это опасно? Если что-то выяснилось, полиция наверняка связалась бы с ней раньше?
Она быстро прочла документ.
В те выходные в Stone Swamp Inn проживало около десятка американцев. Пентагону было сдано одиннадцать комнат, однако как минимум одна из комнат использовалась для хранения оборудования, в этом Керстин Линдгрен была уверена.
Соответственно, она была не в курсе, сколько человек проживали в отеле и не знала их по именам. Те, кто работал на базе, не регистрировались в журнале. Это была стандартная процедура – так делалось всегда.
Было ли замечено что-то необычное – какие-нибудь отклонения от нормы?
Да, пара номеров пустовала в последние десять дней. Трое или четверо мужчин покинули пансионат в ночь со вторника 5 августа на среду 6 августа. Речь идет о номерах 5, 7, 10
Вынося за скобки документы и доказательства: известно ли ей, кто эти мужчины?
Разумеется, она их знает. Они не раз приезжали на базу весной и летом. Их работа продолжалась всю зиму, но конкретно эти четверо больше не появлялись.
У нее сложилось впечатление, что их отправили домой раньше срока?
По этому поводу Керстин Линдгрен не хотела строить догадки. Она могла лишь утверждать, что они побывали в Стентрэске четыре раза, предполагались еще три приезда, но их заменили другими сотрудниками.
Существовали ли контакты между командированными сотрудниками обороны и местным населением?
В целом нет, за несколькими исключениями. Это касалось некоторых представительниц молодого поколения.
Карину прошиб пот. Боже милостивый.
Может ли она назвать имена? Девушек, которые общались с командировочными? Особенно в те выходные?
Керстин Лундгрен ответила, что у нее было очень много дел. Период отпусков у местного населения, туристы, приезжающие посмотреть на полночное солнце, плюс американцы, но она отметила беготню на втором этаже.
«Беготня на втором этаже» – вот, стало быть, как это называлось! Карина отложила лист бумаги. Протокол продолжался на следующей странице.
Полицейский призвал Керстин Линдгрен перечислить тех женщин, которых она видела бегающими на втором этаже. Последовала только одна фамилия.
Карина Бюрстранд.
София Хельстен не упоминалась.
У Карины закружилась голова, на мгновение ей показалось, что она сейчас упадет в обморок.
Поколебавшись несколько секунд, она схватила этот лист, скомкала в твердый маленький шарик и засунула в карман пальто. Целую минуту старалась восстановить дыхание. Адам в своей комнате принялся кричать и ругаться – должно быть, его подстрелили в игре. Взглянув на часы, Карина поняла, что ей срочно пора возвращаться. Быстро пролистала оставшиеся двадцать-тридцать страниц, но это было бесполезно – она не воспринимала то, что там написано.
Сложив все документы в правильном порядке, она закрыла крышку. Положила коробку обратно в шопер.
Вышла в прихожую и столкнулась с Адамом.
– Ты уже дома? – удивленно спросил он.
Коробка, которую она держала под мышкой, была тяжелая и грозила вот-вот выскользнуть из ее рук.
– Я сложила в холодильник и кладовку папину выпивку на Рождество. Пожалуйста, не выпивай все.
Она поцеловала его в щеку и вышла из дома.
Автобусная остановка за школой казалась пустой и всеми покинутой. Карина остановилась возле урны, но заколебалась. А что, если кто-нибудь начнет искать пустые бутылки? В голове пронесся образ попрошайки у торгового центра – привет, с Рождеством.
Решив оставить бумагу в кармане, Карина поехала дальше.
Как раз вышла из машины на парковке, когда приехал Роланд Ларссон. Похоже, он не очень-то соблюдал ограничения скорости на скользком шоссе от Питео.
Дело ей придется оставить в машине.
Они быстро обменялись рукопожатиями, она отперла заднюю дверь, они вошли вместе. Роланд стянул шапку, в свете ламп блеснула его бритая макушка.
– Кофе? – спросила она.
– С превеликим удовольствием.
Она указала на кабинет Викинга, и Роланд зашел, не закрыв за собой дверь. Сквозь жужжание кофейного агрегата Карина слышала их голоса. Скомканный протокол допроса жег карман.