Полярные моря
Шрифт:
Руал Амундсен родился 16 июля 1872 года на одном из островов архипелага, расположенного у входа в Осло-фьорд. Тогда столица Норвегии носила название Христиании. Его отец был арматором и судостроителем, но его предприятие не относилось к разряду крупных верфей. Катаясь на велосипеде по Франции, Руал иногда вспоминал, как его отец Иенс рассказывал о начале своей деятельности друзьям, окружавшим его за семейным столом или на верфи:
– Я был юнгой, затем матросом, потом лейтенантом и, наконец, стал капитаном. Первый парусник, которым я командовал, возил кули из Китая в Америку. Но уюта на нем было едва больше, чем на судах времен работорговли…
Его
В 1881 году его отец обосновался в Христиании. Вначале Руал очень скучал. Через пять лет Иенс Амундсен умер, и его вдова тут же продала верфи и суда. Руал посещал лицей. Он был хорошим учеником, серьезным и трудолюбивым. «Ты будешь врачом». Он не возражал матери, но друзьям по спорту повторял:
– Я буду моряком.
А приняв участие в триумфальном приеме Нансена после его перехода через Гренландию, утверждал:
– Буду плавать в Арктике.
И добавлял:
– Мой выбор требует выносливости. Для ее развития футбола мало. Надо больше ходить на лыжах.
Двадцать километров в день, пока лежит снег. Но, будучи послушным сыном, Руал после окончания лицея поступает на медицинский факультет. Трудно сказать, завершил бы он учебу, останься его мать в живых. Но она скончалась в 1893 году. Руалу исполнился двадцать один год, пришел срок военной службы. Хороший предлог, чтобы расстаться с медицинским факультетом и не возвращаться на него после отбытия воинской повинности.
Что можно прочесть в биографических данных Руала Амундсена по поводу его профессии? Матрос. Матрос на борту промыслового судна «Магдалина». Он не стал искать, а выбрал первое попавшееся судно. Парусник «Магдалина» отправился в воды Шпицбергена, но, куда бы он ни ходил, трудно найти более отвратительное занятие, чем матрос на промысловике. Охота не требует особых ухищрений: беззащитных животных окружают, забивают палками, снимают с них шкуры, засаливают и складывают в трюм; после бойни надо отмыть судно, залитое кровью. Руал преодолевает отвращение, ибо исполнилась его мечта – он плавает.
Вернувшись в Христианию, Руал встречается с друзьями родителей, которые спрашивают его:
– Почему бы тебе не возобновить занятия медициной?
Руал не отвечает. Среди моряков идут разговоры об экспедициях, исследованиях. Руал пользуется связями, чтобы встретиться с учеными, которые готовят экспедиции.
– Мне хотелось бы отправиться в плавание на вашем судне.
Неизменный ответ: «Слишком молод». Неудачная отговорка, но никому не хочется брать на себя заботу о сироте, мать которого наметила для своего отпрыска иную карьеру. Руал бродит по портовым причалам, осаждает капитанов отвратительных промысловых судов. Команды набраны. Лишь на борту «Валборга» не хватает кока-пекаря.
– Знаешь ли ты дело?
Кто угодно, если у него есть хотя немного сноровки, может научиться готовить и печь хлеб для команды промыслового судна. Клиентура не очень требовательна. Кок-пекарь
На своем громоздком велосипеде Руал пересек Францию с севера на юг, ночуя на постоялых дворах, сеновалах, а то и под открытым небом. Он добрался до франко-испанской границы, пересек ее, спустился к югу до Коста-Бравы, куда туристы, кроме редких англичан, и не забредали. Барселона, Валенсия, Аликанте, Картахена. Картахена – военный порт, но там бывают и торговые суда. На корме одного из судов, стоящих в гавани, развевается норвежский флаг.
Знал ли Руал Амундсен, что это судно, где капитаном был старый друг его отца, окажется в это время в Картахене? Не знаю, но невероятного в этом ничего нет. Через час он вступил на палубу со своим велосипедом, который тут же убрали в трюм. Руал нанялся матросом, чтобы вернуться в Христианию.
Морские новости разносятся по причалам портов со скоростью света. Когда Руал прибывает в Христианию, там говорят только о покупке неким бельгийцем, по имени Жерлаш, норвежского трехмачтовика «Патрия» с паровой машиной.
– Кто такой Жерлаш?
Барон Жерлаш. Экс-офицер военно-морского флота. Он задумал длительное путешествие по Южным полярным морям вдоль побережья Антарктиды.
Сегодня Антарктидой принято называть громадный континент (более обширный, чем Европа), который окружает Южный полюс.
Когда Руал Амундсен услышал об этой экспедиции, его сердце учащенно забилось:
– Я должен отправиться вместе с ним.
Мы знаем, почему в свое время мореплаватели двинулись в сторону Северного полюса, – они искали кратчайший путь к островам Пряностей Тихого океана. Иной путь, а не тот, который контролировали испанцы и португальцы. Исследования Южных морей в какой-то мере начались для проверки мифа, почти легенды.
Когда выяснилось, что Земля является шаром, летящим в пустом пространстве, многие ученые – а тогда ими были в основном монахи – принялись рассуждать следующим образом:
– Бог стремился к совершенству. Поскольку в Северном полушарии расположены большие континенты, в Южном полушарии не может не быть суши, равной по размерам Европе и Азии, чтобы привести в равновесие все творение.
Уверившись в безошибочности Божьего промысла, эти философы-географы заранее приписали этому континенту все достоинства Европы и Азии – многообразие климата, флоры, фауны, наличие населенного умеренного пояса и большие богатства, которые ждут европейцев. В книге, посвященной Великому часу Тихого океана, я уже говорил о первооткрывателях и авантюристах, которые бороздили южную часть Тихого океана в поисках великого южного континента. В 1772 году, во время подготовки Джеймсом Куком своего второго путешествия, географы и ученые все еще верили в существование этого пока не найденного континента. Адмиралтейство поручило великому мореплавателю раз и навсегда выяснить этот вопрос. Вот что писал он после пересечения Южного полярного круга: «Густые туманы, метели, сильные морозы и прочие неблагоприятные условия делают плавание в этих водах опасным; эти трудности казались еще большими, когда мы думали о стране, которую природа обрекла на вечные снега и льды, лишив даже краткой ласки солнечного луча».