Поляница
Шрифт:
В трубке раздались гудки. Влада положила смартфон на подушку.
От этого разговора ей стало душно, захотелось немедленно вдохнуть свежего воздуха. Пройдя на цыпочках в коридор, Влада вышла на крыльцо.
Ночная свежесть объяла ее, заставила поежиться. Как хорошо! Темно, луны нет, но какая россыпь звезд на небе!
Фролов не придет сегодня ночью, не отрубит Владе голову, не сделает ничего плохого маме и бабушке. Влада ощутила такое облегчение, что ей хотелось плакать. И она тихонько заплакала.
Как он мог так с ней поступить?
Вдруг Влада увидела неподалеку от колодца Водяного темную фигуру — сгусток тьмы, в центре которого тускло светились две голубенькие звездочки. Сначала ей показалось, что это невысокий человек в черной одежде, но через мгновение она поняла — это огромная собака. Вернее, огромный черный волк со светящимися голубыми глазами.
Волк оскалился. Страх парализовал Владу — она не могла ни пошевелиться, ни закричать.
Зверь коротко рыкнул и сделал шаг в направлении Влады, затем еще и еще. Когда расстояние между волком и девушкой сократилось метров до десяти, зверь внезапно замедлился, словно внутри него шла борьба — стоит ли рвать этого человека в клочки. Приняв решение, волк отпрыгнул в сторону и, совершив несколько гигантских прыжков, скрылся из вида.
Влада отпрянула назад, в дом, едва не загремев на пол. Заперла дверь на все засовы и, бросившись в свою комнату, достала из-под кровати Кощеев меч. Она вытащила клинок из ножен. Острая как бритва сталь сияла голубоватым свечением.
— Я никого не боюсь, — прошептала Влада, до боли в костяшках пальцев сжимая рукоять. — Никого не боюсь.
Она выглянула в окно. Там уже никого не было. Внезапно усталость — смертельная, сбивающая с ног, — навалилась на Владу. Студентка свернулась калачиком и тут же уснула. Меч лежал рядом с ней, бросая голубое свечение на лицо Влады. Если бы кто-нибудь увидел ее в этот момент, он сказал бы, что на Земле нет девушки прекраснее.
Глава 10
13
Влада стояла в коридоре института с Лорой и Виктором, когда раздалось бойкое цоканье каблучков и показалась Ева Карловна. Лора первой обратила внимание на даму в деловом костюме и дернула в ее сторону подбородком:
— Новая преподавательница?
Мельников обернулся:
— Ого!
Владе захотелось спрятаться за широкую спину Виктора. Ева Карловна приблизилась, широко, по-голливудски, улыбаясь.
— Владочка, здравствуй! Твои друзья? Может, представишь?
На Лору доктор Лесная взглянула лишь мельком, но Мельниковым явно заинтересовалась и даже изящным движением приспустила на переносицу очки, чтобы получше его разглядеть.
— Это — Лора, это — Виктор, мои однокурсники, — представила Влада. — А это — Ева Карловна, психолог.
— Ничего себе, — присвистнул Виктор. — Впервые вижу психолога.
— И зря, — мягко улыбнулась Ева Карловна. — Психолога следует посещать ежегодно. Кстати, вот мои визитки.
Баба-Яга вытащила из дорогой сумочки
— Ну, пойдем, Влада.
Ева Карловна подхватила студентку под руку, и они вместе пошли по коридору. Влада оглянулась, поймав недоуменные взгляды Виктора и Лоры.
На парковке перед институтом, выделяясь среди небогатых преподавательских машин немногим меньше, чем «Ламборджини» Долгова, был припаркован уже знакомый Владе «Гелентваген».
— Прошу! — Ева Карловна открыла дверцу.
— Но у меня пары, — запротестовала Влада.
— Мы никуда не поедем, просто поговорим.
Влада села в машину и с облегчением заметила, что в салоне нет ни богатыря, ни кота.
Ева Карловна приземлилась рядом с Владой.
— Девочка моя, как прошла ночь?
Студентка вспомнила оскаленную пасть голубоглазого волка, падающую на траву слюну.
— Все хорошо. Спасибо вам, Ева Карловна. Я уже прощалась с жизнью.
— Бедная моя! — сочувственно протянула «Красавица-Яга». — А что же Долгов, твой защитник?
Влада нахмурилась, вспоминая трусливое бегство преподавателя. Но почему-то ей не хотелось жаловаться Бабе-Яге на Кощея.
— Он был занят, — уклончиво сказала Влада.
— Да, — усмехнулась Ева Карловна. — Твоей студентке собираются отрубить голову, а ты занят. Типичный Кощей. Впрочем, с учетом того, что он творил в МГУ…
— А что он творил? — быстро спросила Влада.
— Как, ты не знаешь? — изумилась Ева Карловна. — До тебя он пытался сделать поляниц из четырех студенток. Три из них сейчас в Кащенко, одна — на кладбище. И, скажу тебе по секрету, с той, что на кладбище, обошлись очень сурово. Скажем так, на ее девичью честь покусились. Она не выдержала этого и вышла в окно.
— Это сделал Кощей? — выдохнула Влада.
Ева Карловна поправила очки.
— А то кто же? Он — зверь.
Влада молчала, вспоминая, как Кощей безжизненно висел на цепях. Такой беззащитный, такой одинокий.
— Я уверена, что он рано или поздно сделает с тобой то же самое, что и с той студенткой, — с нажимом сказала Ева Карловна. — Ему во что бы то ни стало нужно тебя инициировать, чтобы натравить на меня и Авдея. Заставить тебя полюбить кого-то он не способен, но второй способ… О, это сколько угодно!
Шмыгнув носом, Влада сказала:
— Но вы тоже желаете меня инициировать, Ева Карловна.
Баба-Яга скорбно склонила голову:
— Увы, да. У нас нет иного выхода. Если не мы, то он. И в этом случае, мучительная гибель ждет не только нас, но и все человечество.
«Даже так», — недоверчиво подумала Влада.
— И что вы, — Влада замялась. — собираетесь со мной делать?
— Уж точно не то, что сделал с теми девицами Кощей, — хмыкнула Ева Карловна. — Девочка моя, — Баба-Яга доверительно склонилась к студентке. — а ведь Виктор Мельников хорош, правда?