Полуденный демон
Шрифт:
ГЛАВА 2
Москва
Петр Ильич Колбин, глава компании «Зебрович и партнеры», решил устроить вечеринку. Создать повод повидаться с Глорией, вдовой погибшего предшественника.
Колбин не оставлял надежды жениться на Глории, которой после смерти мужа отошла половина акций компании. Они совсем недавно перешли на «ты». Колбин осмелился, наконец, сделать ей официальное предложение. Коего, впрочем, вдова не приняла. Но обещала подумать.
«Главное –
– Ничего, измором возьму, – забывшись, буркнул себе под нос Колбин.
На него покосились, и он спохватился, поджал губы, сделал вид, что разливает шампанское.
Пока приглашенные угощались у фуршетного стола, Колбин исподтишка бросал ревнивые взгляды на богатую невесту. Та стояла рядом с ненавистным начальником охраны – Романом Лавровым, наглым самоуверенным типом.
И ведь не скажешь ничего – ни ему, ни ей. Прелестная вдовушка взяла Лаврова под свое крыло. У него предлог безупречный: он якобы обязан обеспечивать ее безопасность. А у Глории не спросишь, чем ей так приглянулся этот отпетый лентяй и грубиян.
Колбин не верил ни в бескорыстие начальника охраны, ни в целомудрие вдовы. Она и раньше, при живом муже, стреляла глазами и флиртовала направо и налево, а уж теперь-то…
Поймав себя на греховных мыслях, Петр Ильич устыдился, притушил негодование и устремил печальный взор на заказанные деликатесы. Вечеринка влетела в копеечку.
Он хотел пригласить Глорию на танец. Та отказалась, сославшись на недомогание. У нее-де слабость и головная боль. Оттого и опирается на крепкую руку начальника охраны, норовит прижаться к нему у всех на виду. Стыд… срам…
«Хорош, стервец! – разозлился Колбин. – Высок, строен, ладно сложен. Небось в постели чудеса творит. Не то что я. Рано облысел, мышцы дряблые, брюшко, сексуальная функция расстроена. Зато у меня тугой кошелек, а у Лаврова – пустые карманы, в которых ветер гуляет!»
Он все сильнее закипал, глядя на вдову, которая была неотразима: прямая, гибкая, с высокой грудью, в облегающем синем платье с голой спиной. Волосы гладко причесаны по последней моде, глаза прячет под длинными ресницами… и не зря. Колбин готов был поклясться, что Глория нарочно соблазняет начальника охраны.
Был конец мая. Все зазеленело, распустилось и расцвело. Носящиеся в воздухе лепестки напоминали о бренности всего земного. И красота, и любовь проходят… как проходит долгожданная весна.
Глория давно перестала оплакивать мужа. Она успокоилась и занялась темными делишками. Чего стоит ее переезд в глухую деревню с красноречивым названием Черный Лог и жизнь отшельницы, которую она делит со странным
Он невольно вспомнил искореженный «мерс» погибшего президента компании и содрогнулся. Не хотел бы он умереть так нелепо, на взлете… без исповеди и покаяния, оставив процветающий бизнес и красавицу жену.
Ох, как нуждался покойный именно в исповеди и покаянии! Ведь денежки-то к нему неспроста текли рекой. Он якшался с нечистой силой. Вероятно, это его и сгубило. За все приходится платить… только цена разная.
Сдается, вдова успешно продолжает сомнительные начинания супруга. Откуда бы у нее появился нюх на выгодные контракты? Как ей в голову приходят рискованные, но прибыльные идеи? Небось нечистый на ушко нашептывает. Не зря говорят: «Муж и жена – одна сатана!»
Он с трудом дотерпел до конца торжества, чувствуя себя незаслуженно оскорбленным. Его старания ни к чему не привели. Глория напропалую любезничала с Лавровым, а Колбину только мило улыбалась. С горя он выпил лишнего и не смог сесть за руль.
Начальник охраны вынужден был оставить даму и позаботиться о своем новом боссе.
– Я вызвал водителя, Петр Ильич, – с ехидной ухмылкой, как показалось Колбину, сообщил он.
– Проводи меня к машине…
Лавров повиновался. Он вывел босса из ресторана на улицу и помог ему устроиться на заднем сиденье кремового «мерседеса».
Тот с наслаждением уселся, расстегнул пиджак и закрыл глаза.
– Едем? – обернулся к нему шофер.
– Погоди… дай отдышаться. Перебрал коньяку…
Колбин не давал команды трогаться. Он ждал, не пожелает ли вдова воспользоваться его машиной. Или предпочтет общество начальника охраны.
Глория, разумеется, поехала с Лавровым. Колбин приоткрыл глаза и покосился в окно на служебный внедорожник. Начальник охраны как раз услужливо распахнул перед вдовой дверцу машины.
– Чертов лакей! – процедил Петр Ильич. – Фигляр!
Водитель по-своему понял невнятные звуки, раздавшиеся с заднего сиденья, и тронулся с места.
– За ними! – приказал босс, и тот послушно свернул за внедорожником.
Ему что? Он человек подневольный. Что велят, то и делает. Ему думать не положено.
Колбин мысленно осыпал соперника проклятиями и ругательствами. Желание уволить Лаврова жгло огнем. Петр Ильич от переизбытка злости ерзал, кряхтел и почесывался. Однако удовлетворить жажду мести было не просто. Глория, которая имела право голоса, ни за что не согласилась бы на подобную меру. Ведь Лавров, по ее мнению, чуть ли не жизнь ей спас [1] . Теперь она ему обязана.
1
Подробнее читайте об этом в романе Н. Солнцевой «Копи царицы Савской».