Polska
Шрифт:
Огня не боялся, и меня не брал серный дым. Не брал — и всё тут, а если и приходилось иногда глотнуть добрую порцию горящей серы, то это всё быстро проходило. Для клопов серный ангидрида был смертелен, для меня — нет.
Первый "вулкан" от входной двери находился метрах в пяти. Я стоял и любовался голубым светом горящей серы. Скоро заметил, что внизу, у пола, газ от серы не так "достаёт". Присел на корточки… и непонятно зачем и для чего в одном месте рукотворного кратера сделал сток. Как интересно! Потечёт сера из "вулкана", или нет? Потекла! Да шустро так и много! А вот как её назад загнать? Да и нужно ли? Она, выливаясь на деревянный пол барака, гасла и дымилась, добавляя
Прошёл барак от входа и до "упора". Всё одно и то же, нового ничего нет. Сера горит, клопы "погибают, но не сдаются", можно возвращаться на свежий воздух: ничего нового в бараке не увижу…
… и посмотрев в сторону выхода, увидел, что пол барака горит. Нет, не сильным и жарким пламенем, не таким, как горели монастырские кельи в памятную ночь, нет, пол горел не в пример слабее, но он отрезал "дорогу к отступлению"…
И я запаниковал! Давно не испытывал страха — и вот он, появился! Кто устроил вытекание горящей серы из песочного "вулкана" на полу барака!? Ты! Так чего хотел, пироман несчастный!?
Есть повод для "героизма": если горит пол, то начавший гореть барак можно покинуть только через окно! Так интересно и ново! Истерично, романтично, "героически"! — открытым запястьем голой правой руки высадил стекло и немедленно был порезан! Разбить стекло голой рукой без последствий ещё вроде бы никому не удавалось! Остановился: а как вылезать!? Стекло оставило острые осколки в раме. Вынимать их, чтобы не порезаться при вылезании? И зачем? Можно выскочить и через дверь, если держаться поближе к стене барака, где пол ещё не лизали языки пламени. Зачем бил окно!? Дурак!
Разбитое окно усилило тягу. Что мы знаем из школьного курса химии о горении? "Горение — химический процесс соединения кислорода со всем, с чем кислород может соединяться. При соединении кислорода с веществами происходит выделение тепла". Когда узнал, что соединяясь
"парочка" кислород +окисляемое вещество дают температуру и всякий раз — разную? Температура горящей серы на песке была одна, горящие доски пола давали другую, если бы моё тщедушное тело стало окисляться — третья… Интересно, как бы я горел?
Промежуток времени, когда не совсем задохнувшийся, но прилично наглотавшийся дыма от горящего пола в смеси с ерой и появлением спасителей от полного сгорания барака, был совсем маленьким, но достаточным для того, чтобы никому не попался на глаза. Если бы и попался, то как можно было подумать, что шкет каким-то образом причастен к поджогу? Просто мало насыпали песка, и горящая сера растеклась. И никто ей не помогал.
Бараку не дали сгореть. Да и чему там было гореть? Каркасу из дерева и картону? Затушили. Виновных не искали, а я, как всегда, молчал.
Глава 17. Побеги, с ботаникой не связанные.
Ворота лагеря днём очень часто были распахнуты полностью, сразу двумя створами. Создавалось впечатление, что вход и выход из этого "Эдема" свободный. Открытые настежь ворота как бы говорили любому обитателю, что он может покинуть лагерь желанию в любой момент. Что на самом деле говорили открытые ворота лагеря, что ни хотели сказать своей "открытостью" — не могу понять и через шестьдесят лет. Много раз делал попытку войти в рассуждения лагерной администрации о воротах, понять смысл открытых лагерных ворот, но соображений всё едино не хватало. За каким лешим их открывали днём и закрывали на ночь? Почему бы и ночью их не держать открытыми? Есть одно соображение, но насколько близко оно стоит к истине —
— "Иди на все четыре стороны, тебя никто не держит! Но уйди так, чтобы твой уход никто не заметил! Прошмыгни, как мышь… или незаметнее, чем мышь. Если есть нужда уйти и если сможешь…"
Открытые ворота могли быть и тестом: умный — уйдёшь из лагеря, если дурак, то… а скажите, для чего дураки занимают место на земле? Нужно ли им давать место под солнцем? Эта мысль родилась не в лагере, не мог тогда "генерировать" таких мыслей, слабый умом был. Все нехорошие мысли о прошлом, как правило, рождаются в будущем. Очень хотелось бы знать к финалу: у всех рождаются "негативные представления о прошлом", или у какого-то определённого процента людей? И если "да", то сколько народу мается отвращением к прошлому? Где и когда мог подцепить мысль-заразу о "дураках, кои напрасно занимают место под солнцем"?
Для ухода из лагеря грубые формы не годились, чему однажды был единственным свидетелем. Это произошло точно в такой же день, когда в монастыре немцы расстреляли человека, и теперь что-то похожее на событие двухгодичной давности собиралось состояться и на польской земле. Над землёй стояла высокая облачность, протекал день без номера и неизвестного месяца польского лета. Солнце было высоким и освещало мира без теней. Тогдашние метеорологи знали название таким дням, но я — нет. Знал другое: такие тихие и тёплые дни с высоким стоянием облаков хорошего не приносят и отрицательно воздействуют на психику. Сказать о том, как влияет такое освещение на других людей — не могу, не знаю, не спрашивал, но на меня оно действовало тревожно. В такие дни хотелось дни хочется сделать что-то необыкновенное и важное, ненормальное и необъяснимое нормальными людьми. Сейчас бы мог написать о том дне так: "с самого утра беспокоило предчувствие чего-то необыкновенного", а тогда так выражаться не умел, не было у меня тогда таких слов, не знал их. Но почему-то от открытых ворот лагеря не уходил, словно чего-то ожидал. Взрослый о таком состоянии сказал бы что-нибудь о "предчувствии", но пре
"предчувствии", но и этого мне не дано было знать. И никто не задал тогда вопрос:
— Чего торчишь у ворот, мальчик? — на понятный и прямой вопрос ничего вразумительно не ответил. Промолчал бы о том, что очень хотелось перейти заветную линию ворот и уйти в манящую даль улицы е в неизвестность и навсегда. Хорошо представлял, как начну выполнять мечту по уходу: медленно, очень медленно, прижимаясь к воротным столбам, выйду на улицу, и, не выходя из "мёртвой зоны", не попадая в поле зрения охранника с вышки, что была расположена в правом углу лагеря, пойду вдоль ограды. Кто меня примет за обитателя лагеря? Может, это бежит польский мальчик, житель города!? Буду бежать столько, пока не закончатся в тщедушном организме запасы адреналина!
Почему не решался удариться в бега? Чего тогда не хватало для совершения перехода запретной черты? Смелости? Нет, смелость не была посредником между лагерем и побегом, "посредники" были внутри лагеря: мать, отец, сёстры и родившийся на польской земле брат.
Желание пересечь границу лагерных ворот было ещё у одного человека в лагере. Сегодня позволяю родиться такой фантастике: а что, если парень уловил, как радиосигнал, моё желание убежать!? Ах, эти телепатические связи между живыми организмами! Ничего не знал о "телепатической связи" тогда, столько знаю и сейчас, и до финала остаётся мало времени. Нет времени на выяснение явления с названием "телепатия". Если верить объяснениям знающих людей, то в такое явление, как телепатическая связь, мы ничего не вносим, телепатия нами не управляется.