Половинки
Шрифт:
В этот утренний час хозяева были еще дома, поэтому, когда один из полицейских позвонил в дверь, и ему открыла женщина средних лет в форме горничной, на вопрос о том, дома ли гражданин Рю Бом Гиль, она только растерянно кивнула головой. Полицейские прошли внутрь, в просторный холл, и попросили пригласить хозяина.
Вскоре со второго этажа по широкой мраморной лестнице спустился полный седоватый мужчина в дорогом халате, на лице которого застыло выражение крайнего недовольства. Подойдя к полицейским, он возмущенно спросил:
– По какому
Офицер невозмутимо уточнил:
– Гражданин Рю Бом Гиль?
– Да! А в чем дело?!
– Вы обвиняетесь в шантаже, угрозах и похищении человека!
Мужчина расхохотался:
– Чего?! Каком еще похищении?
– А об этом вы расскажете в полицейском участке.
– Еще чего! Я никуда не поеду!
– Вот постановление о вашем задержании. А вот ордер на обыск в доме! – офицер помахал перед его лицом развернутым бланком и скомандовал подчиненным. – Приступайте! В доме есть кто-то еще?
– Моя жена, – растерянно ответил бизнесмен. – Подождите! Что вы…
– Подскажите, где ваш рабочий кабинет, – произнес офицер.
– На первом этаже, дверь справа по коридору. Но…Что вы собираетесь искать? Я ничего не сделал! Кто-то оговорил меня! Кто этот мерзавец?! Назовите мне его имя!
Полицейские отправились в кабинет, а офицер сказал:
– Господин Рю, нам понадобится ваш телефон. Советую вам добровольно отдать его.
– Вы не имеете права! – перешел на крик тот.
Тут на лестнице показалась холеная женщина в домашнем платье:
– Дорогой, что ты кричишь с самого утра?
Увидев полицейского в форме, она округлила глаза:
– Что случилось?
– Понятия не имею, дорогая! Эти люди ворвались в наш дом и предъявляют мне какие-то нелепые обвинения!
– Разберемся! – невозмутимо сказал офицер. – Так где ваш телефон, господин Рю?
– Дорогая, принеси, пожалуйста, телефон – он у меня в спальне.
– Секунду, госпожа! – остановил ее полицейский. – Прошу вас оставаться на месте! – и, достав рацию, проговорил в нее. – Лейтенант Пак, подойдите ко мне!
Из кабинета хозяина дома показался молодой полицейский, и офицер сказал ему:
– Проводите госпожу Рю в спальню – там телефон подозреваемого. Заберите его и принесите сюда!
– Слушаюсь! Прошу вас, госпожа, – ведите!
Вскоре телефон бизнесмена был передан старшему офицеру и помещен в прозрачный пластиковый пакет с зип-застежкой.
– Советую вам переодеться, господин Рю, если не хотите ехать в участок в халате. Пак, проводите!
– Не бойтесь, не сбегу! – осклабился Рю.
– Я не боюсь. Это обычный протокол, – спокойно ответил полицейский.
Через некоторое время полицейские покинули дом, захватив жесткий диск компьютера хозяина и самого хозяина, который напоследок бросил жене:
– Дорогая, звони адвокату Ли! Пусть срочно приезжает и вытащит меня оттуда!
– Разберемся! – опять произнес старший офицер, и вся группа покинула помещение.
***
Нам Джун проснулся от звонка
Только присутствие рядом девушек да взгляд капитана Кан, который он случайно перехватил, заставило его усилием воли взять себя в руки. Во взгляде Ми Сун Нам Джун прочитал сочувствие, если не жалость. А лидер HS терпеть не мог, когда его жалели. Но раздражение никуда не делось, поэтому, когда острая на язык профайлерша в очередной раз сделала вид, будто забыла, что он уже давно не энсин в армии, и снова подкусила его, Джун, как мячик для пинг-понга, бросил девушке ее же фразу: «Это вы сейчас флиртуете со мной?» И с удовлетворением увидел, что дерзкая капитанша явно не ожидала, что он так беспардонно ворвется в ее личное пространство – потому что метнулась назад, увеличивая расстояние между ними.
Нам Джун сам себя не понимал. Долгие годы в кей-поп индустрии, казалось бы, уже закалили его, приучили находить выход в любой неудобной ситуации, мгновенно отыскивать удобоваримый ответ на любые провокационные вопросы в бесконечных многочисленных интервью. Из всех этих ситуаций Ли Нам Джун вытаскивал всю группу с неизменной улыбкой и интеллигентностью истинного джентльмена-аристократа.
Почему же теперь эта, казалось бы, внешне холодная и невозмутимая девица так легко, одной только фразой и усмешкой на неярких губах, выводила его из привычного равновесия, заставляла отвечать колкостью на колкость и насмешкой на насмешку?
Оттого ли, что когда-то она нещадно гоняла его в армии, заставляя бегать по двадцать кругов на стадионе учебной части? Или оттого, что немилосердно роняла его на маты на занятиях по боевым искусствам?
А, может быть, потому что он сорвал у нее поцелуй, который, как он подозревал, вообще был у девушки первым?
Нам Джун себя не понимал, и это чувство заставляло его ощущать некий дискомфорт. И поэтому, когда вчера, уже лежа в постели и молясь, чтобы Хо Сока скорее нашли, он вдруг, как наяву, увидел лицо профайлера Кан, парень даже застонал и несколько раз стукнул кулаком по подушке.
Рэпер пошел в душ, а, вернувшись, взял телефон, решив проверить, не звонил ли ему кто из друзей.
И вдруг наткнулся на оповещение провайдера:
«Абонент ?Хоби? появился в сети».
Что?! Он сначала не понял и несколько мгновений бездумно смотрел на сообщение. А потом лихорадочно начал набирать номер Хо Сока. И чуть не заплакал от счастья, когда на другом конце услышал хриплый голос Чхве:
– Нам Джун!.. Это ты?
– Хён! Наконец-то! Где ты? Ты в порядке? Что эти сволочи с тобой сделали?! Да Вон показала фотографию, которую прислал похититель!