Полночь
Шрифт:
Ещё позавчера я приготовила чёрное платье, в котором вернусь в штаб. Благо, прозрачная ткань не доходила до шрама, который оставил мне выстрел. Выстрел, каждый раз напоминающий мне о ненависти к тому человеку.
А о ненависти ли?
Понять это я смогу только взглянув в его глаза.
Интересно, каково было его удивление, когда он узнал, что я жива?
Подумал о том, что облажался? Возможно, захотел завершить начатое? Хм, об этом стоит
Достаю платье из шкафа и бросаю его на постель, наблюдая за тем, как Гэвин ставит очередную баночку с таблетками на прикроватную тумбочку, у которой крутится Жак. Он любит Гэвина, и я не понимаю, почему. Возможно потому, что он пахнет кошачьей мятой, ведь у него есть кот.
— Мне выйти? — замирает он, заметив, что я принялась снимать майку.
Остановившись, осознаю всю глупость происходящего и смущённо киваю, улыбнувшись.
Как только остаюсь одна, принимаюсь за дело. Подхожу к зеркалу, разглядывая оставшийся шрам. Если бы не жилет, меня бы тут уже не было.
Уэльс знал, куда лучше всего целиться.
Заклеиваю рану пластырями и тянусь к платью, аккуратно надевая его сверху вниз. Резкие движения всё ещё приносят боль, даже с учётом обезболивающих средств. Но я привыкла к ней так же быстро, как и к душевной.
К той, которая ясно дала мне понять…напомнить, кто такой Остин Уэльс.
— Входи, — не слишком громко кричу я и оборачиваюсь к зеркалу, разглядывая свои стройные ноги. Может, даже чересчур стройные.
Я и забыла, когда в последний раз нормально питалась, и могу с уверенностью сказать, что пяти килограмм как и не бывало.
— Выглядишь потрясающе, — с улыбкой на губах произнес Гэвин, остановившись рядом со мной.
— И что бы я без тебя делала? — глядя в отражение зеркала, спрашиваю я у напарника.
— Тот же вопрос я могу задать тебе, — усмехается он.
И мы оба понимаем, о чём именно идёт речь.
Какая же ирония.
Я вытаскивала его из болота из-за Элизабет, а он меня из двухдневной истерики из-за Уэльса.
Замечательная команда.
— Я буду ждать тебя в машине, ладно? — спрашивает Гэвин, сделав шаг в сторону двери.
Молча киваю и выпроваживаю напарника взглядом до тех пор, пока он не скрывается за дверью. Возвращаюсь к зеркалу и протягиваю руки к волосам, пытаясь придать им более привлекательный вид, ведь не зря же я сегодня спала с этими чёртовыми бигудями…и всё потому, что не хочу выглядеть слабой. Не хочу выглядеть идиоткой-Прайс, которую подстрелили.
Локоны получились действительно отличными, поэтому жалеть о неудавшемся сне не пришлось.
Закинув на плечо сумочку и
Как же давно я не видела этих ямочек.
Примерно…с того момента, как Элизабет и Уэльс объявили о своей помолвке.
Всё ещё не понимаю, как…как она могла полюбить его…такого?
Захотеть выйти за него замуж…?
Неужели я так много не знаю о Уэльсе, или мы так много не знали об Элизабет?
Чушь, я разговаривала с ней. Я работала с ней, и она была вполне адекватна.
Фыркнув своим собственным мыслям, я не стала пристёгиваться и немного опустила спинку сиденья. Надеюсь, копы нас не остановят, потому что объяснять причину, по которой я не могу застегнуть ремень, будет долго. Он ведь может сдавить мне грудную клетку в самый неподходящий момент.
— Готова? — сбавив громкость, спрашивает Гэв.
— На удивление, как никогда, — выдыхаю я, улыбнувшись ему уголками губ.
Напарник лишь кивает и, заведя машину, трогается с места и выезжает на дорогу. И чем ближе мы были к штабу, тем сильнее моё волнение давало о себе знать. Вся та уверенность, которая была со мной дома, словно куда-то улетучилась и не желала возвращаться даже после нескольких глубоких вдохов и выдохов.
Ты всего лишь увидишь того, кто тебя изнасиловал и того, кто в тебя выстрелил в одном помещении.
Какие мелочи, Прайс. Ведь в твоей жизни так мало веселья. Ну же, веселись!
Как только машина останавливается у штаба, я готова кричать Гэвину, чтобы он разворачивался и вёз меня обратно, но я уже здесь, и не могу вести себя как истеричка.
Положив ладонь на грудную клетку, в надежде так облегчить подступившую боль, я выхожу из машины и направляюсь к двери, где меня уже ждёт Гэв.
Он взволнованно смотрит мне в глаза, на что я мотаю головой и захожу в вестибюль, нажимая на кнопку лифта.
Ох, чёртов лифт.
С этим видом передвижения у меня особые отношения. С недавних пор, конечно.
Слава богу, поездка в нём обходится в жалких двадцать четыре секунды, и я поспешно выхожу из железной коробки, стараясь откинуть воспоминания куда подальше. Гэвин нагоняет меня, пристроившись рядом, и останавливается у конференц-зала, хватаясь за ручку.
— Всё будет хорошо. Я рядом.
— Как и всегда, — улыбка сама по себе срывается с моих губ, и я тяжело выдыхаю.