Полночь
Шрифт:
Глава II
Солнце уже поднялось, когда Ежевика вышел из лагеря вместе с рассветным патрулем. Прошло всего несколько дней после посвящения Медуницы, а листья на деревьях уже начали окрашиваться в золото, и, хотя дождя не было вот уже больше месяца, в лесу чувствовалась первая прохлада грядущего Листопада. Молодой воин ежился от холода, когда высокая трава, тяжелая от выпавшей росы, хлестала его по бокам. Серые нити паутины висели над кустами, а в воздухе стоял густой запах прелой
Этим утром патруль возглавлял Терновник, брат Яролики. Он остановился и поглядел на Уголька с Ежевикой.
— Огнезвезд просил проверить Змеиную Горку, — напомнил он. — Берегитесь гадюк. Из-за жары их там стало гораздо больше.
Ежевика инстинктивно выпустил когти. В такое время гадюки, наверное, еще прячутся в каменных расселинах, но, как только солнце поднимется выше, тепло выманит их из укрытия! Один укус ядовитых зубов способен убить воина до того, как целительница успеет прийти ему на помощь.
Они еще не успели отойти далеко от лагеря, когда Ежевике вдруг послышался тихий шорох за спиной. Он замер и покосился назад, заранее облизываясь при мысли о лакомом кусочке. Сначала ничего не было видно, но потом Ежевика заметил, что верхушки пышного папоротника слегка покачиваются, хотя ветра не было и в помине. Он принюхался, разинул пасть, чтобы глубже вдохнуть, а потом со вздохом выпустил воздух.
— Выходи, Белочка, — приказал он.
На миг все смолкло. Потом папоротники снова закачались, и из раздвинувшихся стеблей вылезла темно-золотистая кошечка. Ее зеленые глаза дерзко блестели.
— В чем дело? — Терновник подошел к Ежевике, Уголек трусил следом за ним.
Взмахом хвоста Ежевика показал на ученицу.
Я услышал шорох за спиной, — пояснил он. — Должно быть, она кралась за нами от самого лагеря.
— Не смей говорить обо мне так, словно меня тут нет! — возмутилась Белочка.
— Тебя тут не должно быть! — огрызнулся Ежевика. Эта Белочка каким-то чудом умудрялась одним словом вывести его из себя.
— А ну-ка прекратите препираться! — рявкнул Терновник. — Вы уже не котята. Белочка, объясни нам, что ты тут делаешь. Тебя послали что-то передать нам?
— Если бы ее послали, она не пряталась бы в папоротниках! — не удержался Ежевика.
— Никто меня не посылал, — буркнула Белочка, недовольно покосившись на Ежевику. Она переступила с лапки на лапку и добавила: — Я просто хотела пойти с вами, вот и все. Я уже сто лет не ходила в патруль!
— И сегодня тебя тоже никто не приглашал, — уточнил Терновник. — Дым знает, где ты?
— Нет, — созналась Белочка. — Вчера вечером он сказал, что мы будем тренироваться, но все знают, что он целыми днями торчит в яслях возле своей Тростинки с котятами!
— Уже нет, — возразил Уголек. — Котята вчера открыли глазки… Знаешь, Белочка,
— Лучше тебе вернуться обратно в лагерь, — решил Терновник.
Гнев полыхнул в зеленых глазах Белочки. Она шагнула вперед и приблизила свой нос к носу Терновника.
— Ты мне не наставник, так что не приказывай, ясно?
Ноздри Терновника раздулись, но он спокойно выдохнул и ничего не ответил. Ежевика искренне восхищался его самообладанием. На месте Терновника он бы наверняка не сдержался и как следует причесал бы Белочку когтями по уху!
Но Белочка и сама поняла, что зарвалась.
— Прости, Терновник, — прошептала она. — Честное слово, я так давно не ходила в патруль! Можно я пойду с вами, пожалуйста!
Терновник посмотрел на Уголька и Ежевику.
— Ладно, — решил он. — Только не вздумай жаловаться, когда по возвращению Дым будет рвать тебя на подстилки для старейшин!
Белочка так и заплясала от радости.
— Спасибо, Терновник! А куда мы идем? А мы что-нибудь вынюхиваем, да? А вы уже заметили какую-нибудь опасность?
Терновник легонько хлестнул ее хвостом по губам, чтобы заставить замолчать.
— Мы идем к Змеиной Горке, — ответил он. — Наше дело предупредить любую опасность, понятно?
— Берегись гадюк, — напомнил Ежевика.
— Без тебя знаю! — немедленно огрызнулась Белочка.
— Только тихо, — предупредил Терновник. — Чтобы я больше не слышал от тебя ни единого писка до тех пор, пока ты не увидишь что-нибудь, стоящее моего внимания.
Белочка открыла рот, чтобы ответить, но тут до нее дошел смысл сказанного, и она горячо закивала.
Патруль снова двинулся в путь. Ежевика вынужден был признать, что, добившись своего, Белочка стала вести себя просто примерно. Она тихо кралась позади вожака и настораживала ушки на каждый шорох и движение в траве.
Солнце было уже высоко, когда четверо котов вышли из-за деревьев и увидели перед собой гладкие, округлые очертания Змеиной Горки. Под одной из скал темнел черный провал; это была та самая пещера, где когда-то пряталась собачья свора. Ежевика невольно содрогнулся, вспомнив, как его отец, Звездоцап, охваченный безумной злобой на бывших товарищей, пытался натравить диких псов на лагерь Грозового племени.
Белочка заметила его состояние.
— Гадючек боишься? — поддразнила она.
— Да, — ответил Ежевика. — Тебе бы тоже следовало.
— Вот еще! — фыркнула она. — Пусть они меня боятся!
И, прежде чем Ежевика успел ее остановить, Белочка выскочила на открытое пространство, намереваясь сунуть нос в черное отверстие скалы.
— Стой! — окрик Терновника заставил ее замереть на месте. — Разве Дым не говорил тебе, что настоящий воин сначала думает, а потом лезет куда бы то ни было?