Политика
Шрифт:
Гаррисон не задавал вопросов. Есть вещи, о которых лучше не знать.
— Надеюсь, вы хорошо замели следы.
— Может быть и нет, но я займусь этим, когда придет время. Все, что нам удалось найти, находится в этом конверте вместе с вещественными доказательствами — когда удавалось получить их. Если хотите, я буду держать вас в курсе дела со своей стороны. Мне хочется, чтобы вы поступили так же, если сочтете это возможным без нарушения закона.
— Спасибо. — Гаррисон посмотрел на пакет, который теперь держал в руках. Я сделаю все, что могу, чтобы
— Но у меня есть вопрос. Почему вы передали эти материалы мне? Мы даже не были знакомы до сегодняшнего дня.
— Я счел, что у вас больше других прав получить собранные нами сведения.
Постарайтесь воспользоваться ими как можно лучше. — Гордиан встал и пожал руку Гаррисону — это было теплое мужское рукопожатие, в котором каким-то образом без единого слова выразились сочувствие, уверенность и поддержка. Затем он ушел так же тихо, как и появился. Гаррисону казалось, что он так потрясен встречей с этим человеком, что не в силах сдвинуться с места, что репутация Гордиана, какой бы высокой она ни была, несравнима с тем впечатлением, которое производит личная встреча с ним. Нужна немалая смелость, чтобы сделать то, что сделал он; смелость и глубокая убежденность в своей правоте, что бы он ни говорил о серых зонах.
Гаррисон тряхнул головой, чтобы яснее мыслить, затем разорвал конверт и высыпал содержимое на стол.
— Боже милосердный!
Имена, фотографии, время, места прибытия и выезда из страны, запись разговоров, аудио-и видеокассеты — все, что требовалось для того, чтобы завершить расследование о взрыве на Таймс-сквер.
Он брал некоторые из материалов, читал отрывки, затем вложил кассету в видеомагнитофон и несколько секунд наблюдал за экраном. Гаррисон широко открыл рот от изумления, когда понял, о чем говорят мужчина и женщина.
Господи!
Он подбежал к двери кабинета.
— Джеки, — крикнул Гаррисон, — вызови ко мне руководителей спецгрупп, занимающихся расследованием событий на Таймс-сквер, и пусть явятся как можно быстрей. Позвони окружному прокурору — нам понадобятся повестки. И свяжись с ФБР.
Он вернулся к телевизору — теперь порнофильм получил официальное разрешение на демонстрацию.
Гаррисон видел перед собой убийц своей жены.
Настало время приступать к делу.
В «Платинум клаб» охрана была усилена. Число охранников утроилось, с потолка теперь спускались новые видеокамеры, скрытые черными пластмассовыми чехлами.
По лицу Бориса промелькнула легкая улыбка, когда он увидел все это.
Вообще-то его звали иначе, но для этой операции он выбрал имя Борис. Ему пришла в голову мысль, что меры, принятые Ником после проникновения в его кабинет и направленные на обеспечение собственной безопасности, слишком походили на старую американскую поговорку — как это она звучит? Да, конечно: запирает двери конюшни, после того как из нее увели лошадь, Слишком мало и слишком поздно. Это
Чувствуя под курткой позаимствованной формы посыльного из «Юнайтед парсел-сервис» — компании по доставке ценных пакетов, — вес пистолета «СИГ-Зауэр Р229» с глушителем, он передвинул толстый конверт, который лежал на его электронном блокноте, и начал подниматься по ступенькам лестницы, ведущей к кабинету Ника.
Два широкоплечих громадных телохранителя — один с коротко подстриженной бородкой, другой — гладко выбритый — встретили его на лестничной площадке и преградили путь еще до того, как он успел посмотреть по сторонам. Точно вовремя, подумал Борис.
— Можете оставить его нам, я распишусь, сказал один из них.
Борис поднял голову. И здесь на потолке в конце коридора, покрытого ковром, висел пластмассовый чехол, скрывающий видеокамеру. Впрочем, это не удивило его. Ему сообщили, что Рома любит записывать на пленку все происходящее.
— Конечно, — с готовностью согласился Борис, передал пакет телохранителю, стоявшему слева от него, и одновременно протянул блокнот стоявшему справа. Как только телохранитель сделал движение, чтобы взять блокнот, Борис нажал на скрытую кнопку, которая включила находившееся в блокноте устройство.
Вырвавшаяся из него крохотная стрелка вонзилась в мягкую кожу шеи под аккуратно подстриженной бородкой первого телохранителя, а второй пронзительно вскрикнул, когда пакет в его руках внезапно вспыхнул ослепительным пламенем.
Борис уже действовал. Выхватив пистолет, он быстро всадил по две пули в каждого телохранителя — звуки выстрелов прозвучали не громче хлопков — и бросился к двери, ведущей в кабинет Ника.
Он знал, что цель его операции находится там. Ему было также известно, что Ник слишком полагается на людей — а людям свойственно ошибаться, — поэтому дверь не будет заперта и сигнал тревоги от службы безопасности поступит слишком поздно.
Ник Рома поднял голову, когда дверь его кабинета распахнулась и он увидел человека в знакомой коричневой форме.
— Пакет? От кого? — спросил Ник и тоже слишком поздно понял, что посыльного ЮПС не сопровождают, как обычно, телохранители. Он протянул руку к пистолету, лежащему в ящике стола, но не успел дотянуться до него.
— Наш общий друг, Юрий Хвостов, шлет тебе привет, — произнес мужчина.
Глаза Ромы расширились от удивления, и он внезапно понял, что сейчас произойдет — но снова понял слишком поздно.
— Подождите...
Однако Борис не стал ждать. Он дважды выстрелил прямо в голову Ника первая пуля пришлась между глаз, а вторая — это был трудный выстрел, потому что голова все еще дергалась после попадания первой пули, — чуть выше. Отвернув горячий цилиндр использованного глушителя, Борис привинтил на ствол пистолета новый, вставил полную обойму и повернулся к пожарному выходу. Только один раз он на мгновение остановился, чтобы улыбнуться в зеркало, и покинул кабинет.