Полигон

Гостева Ирина

Вячеслав в ответ пожал плечами. Мало ли какие причуды у начальства… Наше дело — выполнять.

— Рома, а ты как себя чувствуешь? — спросил Шепелев.

— Честно говоря, еще не очень, — признался Роман. — Устаю быстро. И ребра еще не зажили.

Шепелева, судя по выражению его лица, ответ не обрадовал. Он хмурился и молчал.

— Когда ты сможешь вернуться к работе? — наконец спросил он.

— Намекаете на то, что я должен буду прямо сейчас заняться Вадимом? — скучным тоном поинтересовался Роман.

— Да,

прямо сейчас. Дальше тянуть уже некуда. Бегать с ним по полосе препятствий тебя никто не заставляет, но погонять его в тире-то ты в состоянии? Ты хороший боец… Будешь учить его тому, что умеешь сам. Да и теперь, как сам видишь, именно тебе заниматься с ним целесообразнее. Тебя он с лестницы ронять не станет… В крайнем случае, риск, что это он все-таки это сделает, минимальный, — усмехнулся Шепелев. — Он тебя уже считает другом-приятелем. Вон, к тебе же рванул от злых инструкторов, не к кому-нибудь… Значит, и опасаться нечего. План занятий Слава тебе отдаст.

На лице Вячеслава отразилось нечто похожее на облегчение. Строптивый мальчишка успел надоесть ему хуже горькой редьки.

Роман пожал плечами и встал:

— Ладно. С вашего позволения, пойду собираться.

Бен в приемной вскочил на звук открывшейся двери. Проводил настороженным взглядом хмуро зыркнувшего на него безопасника, и шагнул к Роману.

— Ну, что?

— Да ничего, — с равнодушным видом пожал плечами тот. — Завтра едем на базу. Теперь я займусь твоим воспитанием.

По его тону, как всегда, невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.

— Чё, правда? — переспросил Бен с недоумевающим видом. — Чего это они вдруг тебя-то запрягли?!

— Правда, правда. Поехали. Сегодня еще дел полно. Сначала двигаем в гараж — мою тачку реанимировать. Небось, там аккумулятор сел…

На Марину, тихонько сидевшую в углу за дверью, напротив секретарского стола, он внимания не обратил. Ну, или сделал вид, что не обратил.

Когда парни ушли, Марина Николаевна, грузно переваливаясь с ноги на ногу, вошла в кабинет. Шепелев встретил ее вопросительным взглядом.

— Мальчишка был напуган, только и всего, — прокомментировала она. — Мне мало что удалось ощутить, в основном все забивал своим раздражением Вячеслав…

— Его мнение особой роли не играет. А какова реакция Романа?

Марина помедлила с ответом; сосредоточенно хмурила лоб, словно подбирая наиболее точные слова.

— С одной стороны, он был недоволен тем, что на него взвалили ученика. И это логично, зная его пониженную контактность. Но испуга или хотя бы опасения о том, что он как инструктор тоже может вызвать у Вадима раздражение, и получить так же, как получили другие инструктора — этого не было! И вот это уже нелогично. Спокойная уверенность в том, что он справится с работой, хотя делать ее не хочет, — вот так можно описать чувства Романа.

— Вы уверены?!

Марина кивнула.

А Шепелев призадумался…

* * *

На базе Роман первым делом повел подопечного в тир. Выдал автомат и патроны, а сам надел наушники и уселся за тренерский стол.

— Стреляй по мишени. Без команды, в своем ритме, просто стреляй, как сможешь.

Бен выдохнул и нажал на спусковой крючок. Роман приник глазом к подзорной трубе: «Н-дааа… И это называется — минимум неделю его уже учили… Десятиклассник на уроке НВП клал бы выстрелы кучнее…»

— Придется все начинать с начала, — пробормотал он себе под нос.

— Ром, ты что-то сказал? — встрепенулся Бен, поворачиваясь в его сторону. — Ой… То есть… Как я теперь должен к тебе обращаться? «Товарищ инструктор», или что-то в этом роде?

— Не морочься, — отмахнулся Роман, — Не в погонах… Ну-ка встань. Убирай отсюда эти мешки и волоки вон ту тумбу, будешь пока из позиции «с колена» стрелять. А то мне ползать рядом с тобой лежа пока что затруднительно… Ребра, знаешь ли…

И пояснил в ответ на непонимающий взгляд Бена:

— Грудную клетку же вскрывали, чтоб внутри сосуды заштопать. У меня три, что ли, ребра надпилены… В этом-то есть и самая большая неприятность. Когда еще срастутся… Потому и ковыляю, как старый дед, не в каждую сторону еще согнешься-разогнешься… Ну, чего смотришь, тумбу тащи!

Когда необходимые приготовления были завершены, Роман сам сделал несколько выстрелов.

— Ниче, со скидкой на длительное отсутствие практики — вполне нормально, — подвел он итог.

— Да ладно тебе! Круто! — Бен разглядывал его мишень в подзорную трубу.

— Ты еще не видел, что значит — «круто»… Иди сюда и вставай за тумбу. Автомат бери. Так… Ну-ка покажи, как ты целишься. Нет, неправильно. Вот так наводи… Пли!

Грохот выстрелов.

— Опять наводку сбил, — укоризненно вздохнул Роман. — Эх, о чем ты только думаешь?..

Бен старался. Он совершенно честно старался, хотя получалось пока неважно. Монотонность быстро утомляла парня; Бен был, что называется, «живчиком», горячим и порывистым; энергия перла из него фонтаном. А там, где требовались сосредоточенность и терпение, Бен очень скоро начинал зевать, крутиться, пытался как-то разнообразить выполняемые действия — и в результате получал на выходе кучу ошибок.

— Стоп! — в какой-то момент Ромка взмахом руки остановил грохот выстрелов. — Устроим-ка разминку…

Он прошел в кабинку сбоку зала и пощелкал там переключателями. Загудели сервомоторы, тир наполнился визгом шарниров: несколько мишеней поехали от одной стены к другой, пересекаясь по пути. Доехали до стены — потом обратно…

— Стреляй по движущимся мишеням, — скомандовал Роман.

— Я и по неподвижной-то еще не попадаю! — Бен растерялся.

— Ничего, стреляй, как получится!