Полет к свободе
Шрифт:
— И они вывели тебя из равновесия, ты отреагировал на них, подчиняясь мгновенному порыву, не думая. Точно так же поступил бы и любой опытный воин, услышав подобные слова в свой адрес, — спокойно и мягко объяснил Паладин. — И любой пилот истребителя, если бы услышал такое по комлинку.
Хантер, ставший свидетелем внезапной вспышки гнева Кирхи, которая произвела на него сильное впечатление, понял, к чему клонит Паладин.
— Ну и что будет, если мы действительно возьмем тебя с собой? — спросил он. — Что мы при этом получим, кроме твоего знания корабля? Думаю, мы выиграем немного, если учесть,
Паладин лишь покачал головой:
— Нет, не придется. Мое слово такое же твердое, как и слово Кирхи, и ты это отлично знаешь, мой мальчик. Я загорелся желанием побывать в килратхском космосе с того самого момента, как получил это безумное назначение, и присоединиться сейчас к вам — это лучше, чем ждать разрешения от Верховного командования. — Он хитро улыбнулся. — Ты ведь знаешь: говорят, что легче получить прощение, чем разрешение.
— А кроме того, если запахнет жареным, то ты всегда сможешь сказать, что мы вынудили тебя лететь с нами, — сухо заметил Хантер.
Улыбка Паладина стала еще шире.
— О, черт! — вдруг сказала Гвен. — Можете считать, что я тоже с вами.
Хантер изумленно посмотрел на нее. Паладин удивился не меньше, но она не обратила на него внимания.
— Я не хочу торчать здесь и расхлебывать всю ту кашу, которую вы заварите, удрав тайком в эту вашу экспедицию. К тому же у меня нет никаких особых планов на ближайшие пару недель, — добавила она, пожимая плечами. — И если мы все еще будем в состоянии выносить друг друга, когда все это закончится… — Она подмигнула Хантеру, и он, к своему удивлению, уловил в ее взгляде явное кокетство. — А кроме того, здесь у меня будут три надежных телохранителя на тот случай, если вы вдруг проявите чрезмерную прыть.
— Я? Прыть? — сказал он с выражением оскорбленной невинности на лице. — Да я же истинный джентльмен!
— Вот уж черта с два! Разве что во сне, парень, — пробормотал Паладин, и Хантеру показалось, что он, возможно, слегка раздосадован тем, что Гвен «положила глаз» именно на него, на Хантера.
Он взглянул на своих сообщников:
— Ну, а вы что скажете?
К'Каи опустила на пол вторую ногу и распушила перья:
— Я считаю, что еще два умелых и разумных воина, которым, кстати, принадлежит этот корабль, явятся неплохим пополнением нашей компании.
Кирха поставил уши торчком и задрал кверху подбородок.
— Я думаю, что честь Паладина — столь же несомненная, как и у большинства моих сородичей, — сказал он. — Вы, мой сеньор Хантер, откровенно им восхищаетесь. Я не знаю эту женщину, но она обращалась со мной почтительно, и если вы и он за нее ручаетесь, то для меня этого достаточно. По моему мнению, мы должны позволить им лететь с нами.
Хантер мрачно усмехнулся. Он до сих пор не был уверен в том, что взять с собой Паладина и Гвен — это хорошая идея; но и в том, что все это в целом — затея стоящая, он также сомневался. Но во всяком случае по результатам голосования он остался в меньшинстве.
— Ладно, Паладин, — вздохнув, сказал Хантер, пряча пистолет в кобуру. — А как, кстати, заводится твоя старая колымага? Ну что ж, ребята, в путь!
Пять
Руки Гвен порхали над пультом управления на ее рабочем столе. Казалось, она даже не смотрит на то, что делает. Она просто знала все это наизусть. Хантер с восхищением наблюдал за ней. Он хотел бы уметь работать с таким же изяществом и совершенством.
— Патруль котов в пределах чувствительности датчиков, — коротко сообщила она задолго до того, как зажглась сигнальная лампочка. Патрульные истребители выглядели на экране монитора как едва заметные пятнышки на фоне астероидов, и , откровенно говоря, Хантер не совсем понимал, как она узнала, что это действительно патрульные истребители, но через несколько секунд бортовой компьютер опознал их и обозначил красными метками.
— Верно, — сказал Хантер и протянул руку к клавиатуре своего пульта.
— Я бы мог провести нас мимо патрулей, — предлжил Кирха, прежде чем Хантер успел дотронуться до клавиш. — По крайней мере, мимо первого эшелона. Я присягал на верность лично лорду Ралгхе. Я не думаю, что кто-нибудь из них имеет ранг, сопоставимый с моим. Они не посмеют отказаться пропустить меня из-за боязни, что это может быть расценено как вызов с их стороны, если я скажу им, что я — гражданский инспектор, направляющийся для проверки: ну скажем снабжения базы. Или что— нибудь религиозное. например, что я — прислужник жриц Сивара, прибыл для совершения обряда очищения их от позора после неудавшейся церемонии.
Какое-то мгновение Паладин колебался, потом отрицательно покачал головой.
—Нет, — сказал он и защелкал клавишами пульта управления так быстро, что Хантер даже не мог уследить за его действиями. — Нет, спасибо, Кирха, но мы не можем полагаться только на то, что твой ранг вызовет у них благоговейный страх. У меня имеются все последние коды и компьютерная программа, которая воспроизведет изображение килратха у них на мониторах. Так что мы сможем попасть на станцию без особых проблем.
Хантер понял еще и то, чего Паладин не сказал вслух: несмотря на все клятвы и присяги Кирхи, он все еще не вполне доверяет.
Казалось, Кирха собирается ему возразить, но в это время пришел запрос с килратхского истребителя, и спорить уже было слишком поздно. Паладин быстро нажал другую комбинацию клавиш и стал отвечать на запрос.
И насколько Хантер мог судить, на безупречном килратхском языке.
Он понимал не более одного слова из десяти, но Кирха, наклонившись к нему, переводил быстрым, еле слышным шепотом — так чтобы датчики не могли уловить этот звук.
— Он говорит, что мы — пилоты и что мы захватили это корабль землян и хотим привести его на станцию. Он. говорит очень хорошо. Небольшие погрешности, которые он все же допускает, могут быть объяснены тем, что он пилот низкого происхождения, или тем, что родился и воспитывался в колониях, далеко от Килраха.
Возникла неизбежная пауза, пока командир килратхов выходил на связь со станцией и ждал указаний; тем временем, судя по изображению на экране монитора Гвен, истребители окружили их корабль. У Хантера все сжалось внутри, это была непроизвольная реакция на такую безнадежную ситуацию. Достаточно одного приказа со станции, чтобы их не стало…