Полечка
Шрифт:
— А то! — Ника подмигнула. — Сонямка! Иди сюда. Подруга твоя прибыла. Загорелая, довольная. И где только носило?
Соням прибежала из подсобки, обняла подругу и затрещала-запищала, рассказывая последние новости. Полина и рада была бы послушать, но будто что-то мешало, не давало сосредоточиться на словах Соням.
— Эй, ты чего? Случилось что-то, Поль? — Подруга сразу заметила и отстраненный взгляд Полечки и ее задумчивость.
— Нет, что ты. Все нормально. — Полина, успокаивая подругу, обняла ее и поняла — что-то случилось.
Вот
Девушка, пугая подруг своим видом, выскочила на улицу из лавки и пошла бездумно сначала в одну сторону, потом повернулась и зашагала в другую. Остановилась, понимая, что совершенно не знает куда идти и что делать!
Звонок на ее телефон с незнакомого номера заставил руки Полины дрожать, сделал их неуверенными и слабыми.
— Да.
— Полечка, девочка, это Анна Ильинична. — Сердце Полины бухнуло о ребра в предчувствии беды. — Клим и Женя попали в аварию. Мы с папой едем в больницу в Грохольском. Нам сообщили только, что оба поступили в приемное отделение и все.
Глухое рыдание услышала Полечка в трубке и осела на тротуар…
— Я еду…Я скоро буду. Все будет хорошо. — Фраза эта, сказанная Полей тихим голосом, обычная в этих случаях, не убедила ни одну из собеседниц.
— Детка, мы будем у приемного отделения, — и отключилась.
Поля осталась сидеть на асфальте, но секунд через десять опомнилась и бросилась бегом через дорогу, не обращая внимания ни на крики Соням и Ники, которые выскочили из лавки, ни на сигналы машин, что резко тормозили перед бегущей девушкой.
Она неслась, не чувствуя под ногами земли, не слыша окриков людей, что попадались ей на пути. Молилась так, как умела.
— Господи, только путь живой. Возьми все, что захочешь, только пусть он будет жив. — Шептала, задыхаясь от быстрого бега, заливалась слезами.
В мутном этом состоянии, забыла, что можно просто взять такси и добраться до Грохольского переулка быстрее, но разум отказывался думать о чем-то другом, кроме Клима. Да и денег не было с собой! Выскочила в чем была — форменное платье лавки и легкие балетки без каблука. С собой только телефон, который сжимала Полечка в холодной ладошке.
Перед сквером больницы, она остановилась. Просто застыла, не решаясь войти в воротца. Стояла, тяжело дыша, и боялась. Боялась так, как никогда и ничего в жизни.
— Господи…прошу… — и снова побежала, выискивая глазами, полными слез, приемное отделение.
Клима она увидела сразу! Он стоял вместе с семьей, лицо в царапинах… Полечка даже не стала думать, бросилась к нему с громким криком.
— Клим!!!!
Женька обнимал брата за плечи, не в силах говорить. Клим спас его, прикрыл собой, мгновенно отреагировав на угрозу.
— Мам, честно, если бы не Климентий, я бы того… — Анна Ильинична, кидалась обнимать сыновей, потом мужа, и все снова.
Андрей Петрович, бледный еще после пережитого ужаса, стоял рядом с семьей и мысленно произносил одно только слово: «Спасибо». Кого благодарил? Он и сам не знал, может и Бога…. До этого дня не верил.
— Боже мой… Клим…Женечка…. — Анна Ильинична, утирала слезы, но уже готова была смеяться от радости. — Ой, Полина же!! Я ее напугала.
Достала телефон, но в этот момент услышала крик — громкий и какой-то отчаянный.
— Клим!!!!
Обернулись все. Полечка бежала к ним, волосы ее спутанные, пушистым флагом вились за спиной.
Женька обрадовался, увидев ее, и сначала не понял, почему она брата звала. Дернулся к ней, но встал, как вкопанный, когда увидел, что Клима швырнуло навстречу Полине.
— Клим!! — она влетела в его объятия и заплакала громко. — Как ты?! Где болит? Все в порядке? Клим….я думала ты умер.
Видел Женька сейчас то, чего не видел никогда. Лицо старшего брата, сумасшедшее, отчаянное и ….влюбленное? Он схватил Полину в объятия, приподнял и шептал или бормотал…
— Что ты….Ну что ты….Все хорошо. Я в порядке, Поль. — Целовал ее заплаканное личико. — Не плачь, девочка моя любимая. Я жив. Все…уже все хорошо.
Женька понял совершенно четко, им сейчас ни до кого. Сознание отказывалось принимать эту истину, сопротивлялось ей.
— Кwим…. — Полечка обняла Клима за шею, он наклонился к ней и целовал так нежно и долго, что Женьке стало больно. Физически, анатомически, морально, духовно.
Отец и мама молчали, наблюдая за детьми. Андрей Петрович удивлен не был, смотрел так, будто все уже знал, и это не укрылось от Анны Ильиничны.
— Андрюш… — прошептала тихо мужу. — Что это?
— То самое, Ань. Любовь называется. Ты….это…отойди-ка в сторонку.
Мудрый взрослый человек сразу понял, что ничем хорошим это не закончится сейчас. Он прекрасно видел, что было нарисовано на лице младшего сына, а потому готов был ко многому. Он неплохо знал обоих своих сынищ и готовился к ….драке. Ни больше, ни меньше.
— Отойти? Андрюш….
– и Анну Ильиничну осенило.
Сразу занервничала, но все же, не могла оторвать глаз от Клима и Поли. Она не предполагала в своем старшем сыне таких эмоций и такой нежности. А Поля просто убила! Нереальная, огромная разница в отношении к Жене и к Климу — этого не заметил бы только слепец. Девочка любит и очень сильно.