Поле боя – Сибирь

Савицкий Георгий

Монстр замедлил ход, но совсем подвижности не потерял. И даже ответил на удар. Мощным стаккато ударила скорострельная 25-миллиметровая пушка боковой турели, расположенная в выступе боевой рубки главного калибра сухопутного линкора. Никакого особого вреда командирской БМПТ легкие снаряды не причинили, но все же продырявили боковые бронеэкраны.

Гораздо опаснее была очередь автоматического турельного гранатомета. Гранаты-то ведь были не простые, а зажигательные. Русская машина окуталась напалмовым пламенем, которое медом липло к броне, огненными ручейками затекало в любую щель… Счет жизни отважных танкистов пошел на секунды. И снова экипаж выручил находчивый механик-водитель. Он с разгону врезался пылающей

машиной в гигантский сугроб. Сама русская природа помогала русским воинам. БМПТ-2 окуталась паром, да вдобавок к «нештатной» сработала штатная система пожаротушения.

– Все живы?

– Так точно!

– Повреждения?

– Нет повреждений.

– Продолжаем бой!

А ведь поединок с «Огненным драконом» вела не только командирская машина поддержки танков. Другие БМПТ и танки били прямой наводкой по китайскому бронемонстру. Вскоре вся активная защита была снесена залпами русских орудий. «Родная» броня «Кун-Луна» была вся в оспинах от ударов бронебойно-подкалиберных снарядов, а на поверхности образовались уродливые кратеры и потеки металла от воздействия тандемно-кумулятивных и термобарических зарядов. Но все же ни единого сквозного пробития сверхтолстой «шкуры» механического мастодонта не было.

Гораздо сложнее для китайского экипажа дело обстояло с получением информации о внешнем мире. Практически все обзорно-прицельные приборы были попросту снесены ударными волнами или покорежены осколками. Стальной бегемот беспорядочно пятился, раскачиваясь из стороны в сторону, ломая вековые деревья, словно спички. От его движения поднимались тучи снежной пыли, затрудняя обзор не только своему экипажу, но и непрестанно атакующим его русским. Но последним было легче, потому как промахнуться по такой туше с близкого расстояния было просто невозможно.

«Кунь-Лун» еще пытался огрызаться. Одна из БМПТ-1, зашедшая с тыла, попала под огонь его кормовой башни. Страшная семиствольная пушка разнесла вдребезги огневой модуль-башню русской боевой машины. Она отлетела в сторону, словно отсеченная голова. Трудно было вообразить силу, с которой она была оторвана. Полыхнув огненным соцветием сдетонировавшего ракетно-пушечного боекомплекта, модуль-башня исчезла где-то за уцелевшими деревьями.

В следующее мгновение с корпуса русской боевой машины была буквально содрана вся активная защита. Разлетелись под яростным натиском потока 30-миллиметровых снарядов экраны динамической защиты. Только почерневший, покрытый выбоинами бронекорпус остался чернеть подпалинами на снегу. Экипаж был наверняка контужен внутри стальной бронекоробки. Но, к счастью, ни одного сквозного пробития корпуса не было. Все же боевая машина поддержки танков создавалась на базе танков, и эта концепция создала основу для громадного запаса прочности и живучести конструкции. Удивительно, но спустя некоторое время оживший вдруг корпус БМПТ пыхнул черным выхлопом дизеля и попятился под защиту деревьев! Русские еще раз доказали свое технологическое превосходство.

А между тем бой кипел не только вокруг основного объекта атаки. Ведь кроме уже истерзанного снарядами русских танковых орудий «Кунь-Луна» оставались еще немногочисленные, но тем не менее очень опасные «обычные» танки НОАК и пехота. Правда, последняя была настолько дезорганизована огневым налетом русских «Смерчей», что опасаться ее, в общем-то, особо не стоило. Хотя…

Огненная полоса прочертила пространство от ближайших уцелевших деревьев, и в боковой бронеэкран ударила реактивная граната. Но гранатомет для современного танка – оружие уже неэффективное. Одно дело – сотни стрелков в городе, на подготовленных позициях, которые лупят по танкам чуть ли не в упор. И совсем другое дело – открытый огневой бой против закованного в многослойную броню быстрого и маневренного противника.

Разрыв реактивной гранаты только лишь

сорвал один из бортовых бронеэкранов боевой машины поддержки танков и изорвал в клочья амортизирующую резинотканевую подкладку. А вот стрелку-гранатометчику не повезло в последний раз в жизни.

Мгновенно развернулась дистанционно управляемая пулеметная турель, тяжелый «Корд» коротко рявкнул потоком раскаленного свинца в сторону засады. Тела гранатометчика и его «второго номера» были изорваны в кровавые клочья 12,7-миллиметровыми пулями. В зияющей ране, в которую превратилась грудная клетка, были перемешаны обломки костей и обрывки бронежилета. Сердце все еще пульсировало, но магистральные кровеносные сосуды были изорваны, и ярко-алая артериальная кровь заливала агонизирующее тело…

А рядом подлетела на мощном столбе раскаленных газов башня русского танка Т-90. Он был поражен одним из уцелевших китайских «Тип-98». Управляемая противотанковая ракета попала в часть башни, уже лишенную активной защиты. Тандемно-кумулятивные заряды прошили толстую броню, вызвав детонацию оставшихся снарядов боеукладки. Лишь черное опаленное пятно на земле, с которой мгновенно испарился снег, да покореженный остов остались после этого…

Но русские вновь атаковали с новой силой и яростью. Танковые пушки били прямой наводкой. Целый рой снарядов обрушился на толстостенные бронированные борта, колоссальные гусеницы, приводимые в движение спаренными силовыми установками от мощных железнодорожных локомотивов. Полетели во все стороны массивные траки разбитых гусениц и огромные опорные катки. Китайский бронированный супермонстр окончательно потерял способность двигаться.

Русские снаряды методично кромсали броню гиганта, а сам он уже потерял способность к сопротивлению.

– «Медведи», говорит «Медведь-главный», атакуем передние гусеницы! Наводчик! По гусеницам, ракетами – огонь!

– Есть!

Оставшиеся три сверхзвуковые «Атаки» покинули пусковые установки командирской БМПТ-2. Вместе с ней сосредоточенный удар нанесли и оставшиеся танки, и тяжелые боевые машины. Град огненных стрел ударил по передним гусеничным движителям китайского «Огненного дракона». Не выдержав сокрушающей силы взрывов русских кумулятивных и термобарических ракет, огромная конструкция передней пары гусениц с ужасающим скрежетом развалилась. Со стороны казалось, что грозный «Кунь-Лун» упал на колени, признавая превосходство победителей.

А в следующую секунду он взорвался. Китайский экипаж гигантской подвижной крепости взорвал сам себя, чтобы этот трофей не достался русским.

Глава 25

«Храни нас, Бог, от глупого друга, а с умным врагом мы и сами справимся»

У Китая в качестве такого друга, а вернее, союзника оказалась Северная Корея. Пхеньян претендовал на русскую территорию в районе реки Туманной («Тунманцзян»). Граница там пролегала по сильно пересеченной болотистой местности с многочисленными буреломами и зарослями. Охраняла ее одна 30-я погранзастава.

Да еще Северная Корея хотела наконец-то с китайской помощью решить проблему Сеула, ведь две части одной страны, разделенной в 1953 году по 37-й параллели, до сих пор находились в состоянии войны.

Но чем могла помочь Северная Корея Великому Желтому дракону?

Рать Ким Чен Ира была многочисленной, но этим ее весьма сомнительное преимущество и заканчивалось. Практически все оружие было либо еще советского производства, либо – китайского. Причем сорокалетней давности.

Имея под ружьем в общем 870 тысяч человек и четыре миллиона резервистов, войска Северной Кореи рассчитывали на стратегию «активной обороны», что было бы вполне оправданным в войне с южным соседом. Но вот для наступательной операции таких сил было явно недостаточно.