Полчаса
Шрифт:
От восторга все сидели тихо, чуть дыша, как мышата, красивый танец вызвал у русской знати экстаз…
…Только Евгений сейчас помимо бурного восторга испытывал и холодящий ужас от такого танца: он один заметил и кровь на чулочках от стоп и до щиколоток, что и обувь, Людмилы, что стояла в сторонке была окровавлена. Наконец, сама героиня дня оставляла на полу по ходу танца своими окровавленными чулочками следы изящных ножек…
У него в голове так и вертелась мысль: «Как она так может? Ей же ужасно больно! Сколько же в ней силы, если она танцует сквозь боль?!!
… А Людмила продолжала свой прекрасный танец, пока джентльмены не тали восхищённо выкрикивать:
– Всё! Полчаса прошло!!! Брависсимо, мадмуазель!!! Мы все в восторге, ваша светлость!!!
… А Людмила на несколько секунд задержалась, окончила танец прямо напротив Евгения, подошла к нему почти в плотную и смерила молодого человека азартным бойким вызывающим взглядом тигрицы или зрелой страстной дамы своих огромных изумрудных очей…
… Девушка с гневом хотела таким взглядом спросить у Евгения: «Ну, вот теперь у тебя появилась ко мне хоть капля уважения?».
…Постояв так с минуту, Людмила без слов развернулась, тяжело покряхтывая, взяла свою обувь и, опираясь на матушку, отправилась в карету под всеобщие аплодисменты и восторженные крики:
– Брависсимо, мадмуазель Людмила!!! Вы-с превзошли всех!!!
– Браво, браво, ваша светлость, княжна Варшавская!!! Великолепно, сударыня!!!
… Евгений же стоял совсем потерянный, вытирая тоненьким батистовым платочком пот с бледного, украшенного веснушками лица, нервно поправляя пенсне.
– Николя, ты это видел?! – с восхищением в больших глазах-вишенках прошептал Евгений.
– Ну, да,… горячая, темпераментная особа эта княжна, мне понравилась… – протянул вальяжно в ответ Николя, поправляя модную прическу с бакенбардами.
– Николя! Я совсем не то имел ввиду! Я хотел тебя спросить, ты видел, что у неё чулки все в крови были, и обувь, которую она на вторые полчаса сняла тоже, и следы на полу?!! Она танцевала, преодолевая такую боль! У неё хватило мужества вида не подать, что она все ножки в кровь стоптала! Она ещё сквозь боль целых полчаса танцевала, а никто и не понял, что ей больно! Она не издал ни стона! А я ещё смел называть столь удивительную барышню «кислой девицей»!
Николя фыркнул и язвительно процедил:
– Евгений, не слишком ли быстро у тебя изменилось мнение о ней? Ты, попытаюсь тебе же напомнить, считал её кислой дурочкой, избалованной изнеженной жеманницей, не хотел жениться. Разве что-то поменялось сейчас?
Евгений с радостной улыбкой ответил двоюродному брату:
– Николя, сейчас поменялось всё!
… А тем временем княгиня Зоя Витальевна в своем имении нежно и бережно обрабатывала и забинтовывала пострадавшие ножки доченьки и ласково, совершенно не обидно журила:
– Ах, ты моя лапочка, солнышко, кровиночка родная и любимая, разве ж можно так издеваться над собой? Ну, зачем? А если бы кто-то из гостей догадался о твоей болезни? Не делай так, прошу, как
– Ах, маменька, прошу, перестаньте. Как получилось, так получилось. Зато я поставила на место этого гордеца графа Евгения и вызвала восторги… – тихо постанывая, ответила Людмила, которая уже переоделась в простое белое в коричневый горошек платье.
Зоя Витальевна кончила перевязку, приголубила доченьку, благословила на сон и с тяжёлым вздохом пошла в свою спальню готовиться ко сну с мыслью: «Ей может помочь только чудо…».
Глава «Искры от любви»
… На следующий день Евгений не собирался оставлять этот интригующий поворот событий на вчерашнем балу просто так, и решился приехать к княжне Варшавской с визитом. Молодому человеку очень хотелось серьёзно пообщаться с Людмилой, попросить прощения за своё далеко не галантное поведение, узнать о её жизни и круге интересов как можно больше, задать вопросы, возникшие из-за происшествия с полькой.
И начать подготовку к данному визиту Евгений решил с покупки презента своей невесте. А что именно подарить? Евгений поразмышлял и быстро нашёл ответ: «Вчера на балу у Вишневских на ней была просто ужасная обувь из красивой белой кожи, но с толстой плоской деревянной подошвой! Деревянная подошва! Это же уму непостижимо, как неудобно, она ведь невозможно твёрдая, никак не получится танцевать в такой неудобной обуви. Хм, я слышал в свете, что нынче русские дворянки любят французскую моду, и все изысканные предметы своего гардероба стараются приобрести у французов в модных лавках на Кузнецком мосту. А не заглянуть ли мне туда и купить для Людмилы какую-нибудь мягкую модную бальную обувь?».
Собственно, с такими размышлениями Евгений и приехал в карете на кузнецкий мост, выбрал одну из лавочек, которая показалась ему лучше и больше других, зашёл со скрипом…
…Судя по модному и далёкому от целомудрия платья и кружевному капору, продавщица была настоящей француженкой.
– Проходите-проходите, месье, моё почтение. Вы хотите что-то купить для вашей мадам или мадмуазель? – кокетливо и игриво уточнила продавщица-француженка со звонким европейским акцентом.
–… Хм, моё почтение-с. Я бы хотел выбрать своей невесте красивую и удобную бальную обувь… – ответил Евгений.
– Конечно, месье, сейчас выберем. У нас в лавочке много бальных пинеток из атласа разных цветов и размеров… – защебетала, доставая коробочки, весёлая француженка – вот есть ярко-розовые, бледно-розовые, белые, сиреневые, голубые, ярко-синие, бледно-зелёные и персиковые. И размеры есть разные, и большие, и маленькие. Вы знаете, какой цвет предпочитает ваша невеста, и какой у неё размер ножки?
Евгений в задумчивости потёр свой покрытый веснушками лоб, пытаясь вспомнить, какого, примерно, размера были те башмачки вчера на балу, в которых юная княжна исполнила польку. А с цветом Евгений совсем растерялся.