Полар
Шрифт:
Не исключено… Не исключено… и даже весьма вероятно.
Сас! Но тогда придется раскрыть ту самую причину поиска… И вот это может быть проблемой. Знать бы еще, какие у советника взгляды на этих самых женщин, да и на жизнь в целом?
Пока ни к какому определенному выводу Ирмгард прийти не мог и, про себя выругавшись, задумчиво покосился на кувшин. Почти полный кувшин великолепного местного алкоголя.
— Ну, что, выпьем за наше новое и такое полезное знакомство?
Подхватив тяжелый сосуд, плеснул немного в небольшую вазу, которую использовал вместо
— Квиар? — протянул юноше вторую наполненную вазу-стакан. Но вместо благодарности тот похлопал глазищами в сторону Бриана. Ну, ни дать ни взять — несмышленый птенец, взирающий на свою маму-птицу.
Ирм наградил элардца ироничной ухмылкой.
— Уверен, что наставник разрешит! Да, наставник?
Наставник был не против. Более того, и сам захотел присоединиться к веселью.
Ирм довольно осклабился. И подходя издалека, практически прикармливая своих собеседников, принялся осторожно рассказывать о своей семье, о сестре, племяннике. Припомнил несколько проделок мальчика, особо забавных случаев и тщательно отслеживал реакцию Бриана на слова о семье.
Вначале блондин выглядел сдержанным и больше слушал, чем говорил. Однако же, после полной вазочки голубого алкоголя без участия закуски заметно расслабился и уже сам стал рассказывать о своей семье, сестре, друзьях. Истории наставника Квиар слушал, открыв рот. И не только он.
Особо впечатлило воспоминание о вновь созданной скульптуре, подлог которой никто не заметил. И Ирм понял: да этот Бриан соларо-элардийский — просто кладезь талантов!
— Ты женат? — поинтересовался небрежно.
— Неа… — Бриана удивительно быстро для мужчины развезло, но развалившись на атласном оранжевом диване, он тем не менее продолжал оценивать голубое вино. — Молод я ещё. Успеется…
— И что же, ничьи прекрасные глаза не пленили твое сердце? — участливо осведомился Ирм. — Никто не заразил любовной лихорадкой?
Советник вздохнул, в слегка помутневших зеленых глазах сверкнула какая-то мысль и тут же вылилась в целую тираду.
— Женщины, Ирм… они ведь, как лекарство… Есть полезные, исцеляющие, а есть вредоносные… Ик… И внешне они друг от друга не отличаются. Ну, это если не брать во внимание совсем уж уродин. Но и тут коварство женщин не знает границ… Ик… Пользуются вовсю иллюзиями, и бедные мужчины теряют голову от такой вот вери… вертя… вертихвостки. А правда то… правда открывается только во время обряда! Ненавижу обман!
Опс… это не те слова, которые хотелось бы услышать.
Продолжив разглагольствовать о коварстве женщин, Бриан зачем-то затронул и тему коварства мужчин, поведав о каких-то двух своих знакомых, которые не постеснялись для достижения своих целей использовать одну и ту же девушку.
— И кто они после этого, скажите мне!?! — опьяневший Бриан начал нервничать, и Ирм с опаской отодвинул от него кувшин. Всерьез подумывая о том, как бы и «стакан» отобрать.
— Не могу сказать, кто они. К сожалению, с ними не знаком, — блондин изобразил самую печальную улыбку и жестом показал Квиару, что надо бы его наставника проводить
— Не знаком, говоришь…? — зло процедил Бриан, — а как же… — но тут же осекся, и внезапно закрыв глаза, слегка захрапел.
Ирм пощелкал пальцами перед лицом заснувшего советника и…
— Надо же, заснул… — удивился.
Квиар пожал печами.
— День был нервный, однако.
— Не спорю. Тогда помоги мне отнести это тело в «наши покои», — вздохнул Ирм, и Квиар, ничего не подозревавший о планах Кианы, оказал самое деятельное содействие в перемещении тела своего «наставника» в его комнаты.
Мысль о том, что «советник Бриан» мог бы переночевать у него, у юноши даже не возникла. В некоторых вопросах наследник Эларды был очень дисциплинированный. Сказали нельзя — значит нельзя.
* * *
Вскочила я резко. Среди ночи.
Сас, где я?
В спешке щелкнув пальцами, создала небольшой светящийся шар и… чуть не застонала. Озаренное неярким светом помещение было «моими» покоями. И я, некрасиво раскинув руки и ноги, лежала на огромной кровати, на противоположной стороне которой преспокойно дрых… Ирм???
Ирм?! Сас!!!
Ощупывала себя я со скоростью мысли. И зорко осмотрев неподвижную фигуру мужчины напротив, с облегчением отметила, что мы одеты. Оба. Слава Маа!
Тут же накатило расслабление. Божественное расслабление… А то кто его знает, какие нравы там, откуда Ирм родом?
Подумай о… а вот и он.
Блондин неожиданно зашевелился, перевернувшись ко мне лицом, открыл глаза. И испуганно замер.
С полминуты мы, словно соперники на дуэли, всматривались друг в друга, причем блондин даже более напряженно и изучающе, чем я. И тут мне стало смешно.
— Что, Ирм? Новый опыт? — спросила я насмешливо и, элегантно повернувшись на бок, подложила руку под голову. Ещё и коленку выставила. Мило и невинно.
Картинная поза! Для женщины.
— Эээ… — белобрысый не нашелся, что ответить, но глаза тут же отвел. И даже отодвинулся от меня, как можно дальше, на пределе падения с высокой кровати.
— Не трусь, Ирм, — я продолжала издеваться, мне это нравилось, — я никому не расскажу. Честно-честно!
— Даже ни капли сомнения, — процедил злющий красавчик.
— А как я тут «оказался»?
— Как-как? Это мы с Квиаром принесли твое… слегка неподвижное тело. Сюда. Вот… Хм…
Надо же, как быстро меня увело от трезвого и ясного рассудка, а выпила то всего ничего… Похоже, с местным алкоголем стоит быть поосторожнее… М-да. Надеюсь, я не выболтала блондину ничего важного?
* * *
Если бы не его глупое упрямство из серии «а что такого — почему я должен спать на ковре — на кровати же полно места», то, очнувшись от звука щелкающих пальцев, Ирм не пребывал бы в таком сильном смущении. Что с ним случалось практически… никогда. Не считая далекого юношества, когда Раисса застала его и оседлавшую его даму в весьма недвусмысленной пикантной позе… Сестра потом неделю ходила следом, задавая наивные детские вопросы на тему «а что это вы там делали?». Но это было давно.