Полар

Мильберт Саша Н.

— Ты же понимаешь, что СЕЙЧАС мы не можем заявить о наших отношениях?

— Понимаю, — вскинула голову гостья.

— Но… как только артефакт будет у нас…

Страстный взгляд обжег, и дама, как завороженная уставилась на мужские губы.

— … ничто не помешает нашему счастью!

— Он будет у тебя! Я работаю над этим. И я люблю тебя!

— Как скоро? — мужчина прижал «любимую» к себе и принялся ласково поглаживать ее волосы. Она дернулась. — Я тоже, — быстро добавил он, — тоже люблю. И мне невыносима мысль о том… Нет,

зря я все-таки попросил тебя.

— Он будет у тебя, — упрямо повторила женщина, — лучше поцелуй меня…

Довольно ухмыльнувшись, любовник впился в обнаженное женское плечо.

* * *

Квиар не мог поверить своему счастью — сегодня вечером они идут в театр! Самый настоящий театр, о котором он читал в хрониках Солара и о котором столько рассказывала Киана.

Полдня юноша носился без дела, не мог ни на чем сосредоточиться, пока напарница не прикрикнула, чтобы не мельтешил перед глазами. Кое-кто, между прочим, работает! А некоторые — отвлекают тысяча и одним вопросом.

В итоге, не выдержав неуёмной энергии своего подопечного, Киана отправила его одеваться и ушла готовиться к выходу сама. А перед этим разъяснила, что в соответствии с Кодексом Шато (какой-то странный местный свод правил, предписывающий жителям, как есть, как одеваться, как себя вести и многое другое) одеться сегодня они должны в зеленое. Почему в зеленое? Так надо.

Ясно. Зеленое, так зеленое.

Среди вещей, купленных Кианой (да благословит Маа эту девушку!) в квартале Фарен, зеленых, естественно, не было. Пришлось заказывать дополнительно. Но Квиар был готов идти туда хоть в своем старом белом балахоне. Бережно очищенный, тот висел в шкафу, дожидаясь возвращения хозяина на Эларду.

— Я готова, — наконец, услышал он долгожданные слова и улыбнулся, — ты выглядишь… как императрица!

— Как кто? — закашлялась девушка, — за комплимент спасибо, но лучше так не говорить! Особенно в обществе.

— Почему? — удивился Квиар. — Но ты действительно выглядишь потрясающе!

— А вот так можно, — вернула улыбку Киана. — Император не женат, а его мать давно почила. Так вот, сравнивать кого-то с умершей Императрицей Леонеллой — вопиющая бестактность.

— Ой… прости! Я не знал, — покаялся Квиар. — Просто у нас вот эти самые штуки… ну, которая у тебя в волосах, могут носить только жены моего отца. Ну, я и подумал…

— Это называется диадема. К сожалению, без этого украшения меня в театр не пустят, — Киана развела руками, — дурацкие правила, согласна. Но не я их придумала.

— А если прийти, например, в синем? И без диадемы?

В ответ насмешливо фыркнули.

— Да ты бунтарь!

— Не то чтобы очень… просто интересно. Так все-таки?

— А ничего. Не пустят. Хочешь войти в театр и наслаждаться постановкой, будь добр — следуй правилам. Хочешь быть в синем и без диадемы — можешь постоять возле входа. Так что, мне переодеться в синее платье?

— Нет-нет! — поспешно выкрикнул Квиар, — тебе и в зеленом замечательно! —

и тут же смущенно добавил, — ты в любом наряде красивая…

Девушка покровительственно похлопала его по плечу, но было видно, что бесхитростный комплимент приятен.

— Пойдем! — грациозно накинула манто. — Театр — это мир со своими ритуалами и нам следует их придерживаться. Кстати, как ты относишься к торжественному игристому вину?

* * *

У входа нас уже ждал Рус. Одетый в соответствии с Кодексом Шато и безумно этим удививший.

Кивнув Квиару, брат торжествующе помахал билетами в хрустящей обложке и галантно предложил мне руку. А я… я обомлела. Да это же целое событие само по себе — Рус в Императорском Театре!

После того, как более полугода пришлось провести здесь на реконструкции, кое-кто вопил, что «ноги его на пороге Театра не будет!» (да-да, и билеты он мне просто отдаст на входе!). Ноги, как ноги, а вот крепкая мужская рука мне весьма пригодилась. Запутавшись в складках длинного платья, я чуть не прилегла прямо на изумительную зеленую ковровую дорожку. Идеально в тон моему платью.

Зеленый цвет преобладал везде. От стен, выполненных из драгоценного зеленого кавариума, до тяжелого занавеса Большой Императорской сцены. Даже светильники и те, в большинстве своем, были зеленые. Казалось бы, от такого обилия зелени можно было бы слегка озвереть, но нет. Всех, кто лишь переступал порог Театра охватывало благостное спокойствие и ожидание удовольствия: при реконструкции Магами Искусства было использовано несколько сильнейших заклинаний на концентрацию внимания. Так что даже зрители, далекие от искусства, в зале будут сидеть и со всем почтением внимать артистам.

Быстро одернув юбку, я повисла на руке брата, и мы принялись не спеша подниматься по малахитовой лестнице.

Я замечала заинтересованные взгляды, которые исподтишка, а некоторые и открыто, бросали на нас проходящие мимо женщины, и не смогла сдержать улыбки. В бархатном пиджаке изумрудного цвета Рус выглядел эдаким франтом, но этот насыщенный оттенок ему шел неимоверно. А вместе мы вообще составляли сногсшибательный дуэт: он — блондин, я — брюнетка, оба в зеленом, и наш парный выход смотрелся на редкость гармонично. Настроение было отличным: хорошо выгляжу, нахожусь в чудесном месте и вообще, казалось, что ничто не может испортить обстановку. Ага. В моем воображении.

В действительности же путь к вершине искусства вышел тернистым. Пару раз нас останавливали невесть откуда взявшиеся знакомые, к слову, далеко не самые желанные. И стиснув зубы, приходилось изображать радость от неожиданной встречи, обмениваться ничего не значащими фразами и улыбаться, улыбаться…

— Киана, ты сегодня бесподобна!

— Благодарю, госпожа Нор. Как поживает ваша внучка?

— Рус, мальчик мой! Какая встреча! Готов поспорить сегодня случится что-то из ряда вон выходящее! Ты и в Театре! Я так рад, так рад!