Покровители
Шрифт:
Гости были так взволнованы, что разговоры поначалу не клеились. Все украдкой любовались Риддлом, который с легкостью вжился в роль Мистера Обаяние. Он встал, изящно держа в руке хрустальный бокал, стряхнул невидимую пылинку с красного камзола и обратился к гостям с речью. Его голос звучал глубоко и прочувствованно.
— Благодарю вас за то, что вы сегодня с нами. Здесь собрались те, кто дорого заплатил за будущее нашего магического мира. Многие из вас, моих верных соратников, прошли через войну, преодолели ужасы Азкабана. Честь и
Зал восхищенно взвыл. Последовали бурные овации. Кто-то из старой гвардии уже вытирал скупую слезу. Женщины млели и хватали воздух. Корреспонденты «Пророка» слепили вспышками зал.
— Да здравствует Темный Лорд! Гип-гип-ура! — кричали гости.
— Как я тебе? — подмигнул Риддл Северусу. — Готовься, Сев. Это и твой праздник.
Северус вежливо улыбнулся и отпил глоток шампанского.
— Чего ты жрешь шампанское, если ты его не любишь, Сев, — с подозрением спросил Риддл.
— Я непривередлив, — сказал Снейп.
— Ты? Не смеши. Даже Люциус меньше перебирает в еде и винах. — Он повернул голову к эльфу: — Шато Жоли для господина Северуса, — царственно произнес Волдеморт и тихо добавил: — Быстро, урод, шалбана дать? — Эльф пригнулся от страха, кивнул и исчез, но через секунду уже наливал Снейпу в кубок сухое вино.
Красиво сервированный стол ломился от обилия угощений, диковинных салатов и закусок. Ведьмы в шелестящих змеиных платьях разносили гостям шипящее мясо на шпажках. Эльфы колдовали над винами. Гости воздали должное изысканной кухне Малфоев.
Подошедший Питер Петтигрю наклонился к уху Риддла.
— Группа обезумевших девиц у ворот просят автограф, мой Лорд.
— Гнать, — коротко сказал Лорд.
— Одна из них кричит, что она ваша дочь, мой Лорд.
— Гнать в шею. Уйди, Хвост. Сам разберешься, — Риддл отодвинул Петтигрю, встал и лучезарно улыбнулся гостям.
— На нашем празднике сегодня присутствует человек, которого я хочу сегодня представить как своего самого верного соратника в борьбе магических сил. Этот человек — верный солдат Темного Легиона, который заслужил сегодня не только ваши аплодисменты, но и мою особую награду. Северус Снейп, мой верный помощник и друг.
Северус встал и коротко поклонился. По залу пронесся ропот восхищения, зависти и жидкие аплодисменты. Волдеморт часто называл членов своей организации «дорогие друзья», но никто еще не был удостоен звания «друг».
Взгляд Северуса встретился с Малфоем через стол. В глазах Люциуса была тревога. Малфой снова поднялся и поправил сапфировую булавку.
— Мой Лорд, я от имени всего нашего общества выражаю надежду, что именно вы откроете наш танцевальный бал. Более подходящей кандидатуры нельзя себе представить, не правда ли, дамы и господа, — Люциус сияющими голубыми глазами смотрел на Лорда.
Волдеморт усмехнулся и картинно откинул челку со лба. Невидимый оркестр заиграл нечто,
— Что ж, с удовольствием, сэр Люциус. — Он подошел к Нарциссе и с поклоном пригласил ее на танец. Беллатриса Лестрейндж в отчаянии залпом опрокинула кубок шампанского. Глаза ее потемнели и вконец обезумели. В пляске замелькали мускулистые икры Риддла. Воздух в зале накалился от страсти. Дамы стонали.
— Alles Walzer, — приглашал Малфой. Гостей не нужно было долго упрашивать. Риддл танцевал так зажигательно, что многие пары, вальсируя, пытались подобраться к нему поближе, чтобы иметь счастье рассмотреть красавца вблизи.
Северус пригласил Беллатрису. Она надула губы, но все же согласилась. Кружась с Северусом в танце, она не отрывала глаз от Риддла.
— Не сверни случайно шею, Белла, — сказал Снейп. — Сложно танцевать, глядя тебе в затылок.
— Севви, как он хорош, — сладострастно вздохнула Беллатриса. — Как ему это удалось?
Северус не ответил. Он танцевал, незаметно наблюдая за публикой.
— Мне не нравится, как ты одет, Севви, — Беллатриса окинула взглядом венгерку Северуса. — Это напоминает мне, что война не закончена.
— Так и есть, дорогая, — спокойно сказал он.
— Такой чудный вечер… Хочется праздника, секса… — Белла красиво повернулась в танце.
— Неужто без крови? — хмыкнул Снейп.
Беллатриса сверкнула глазами.
— Вечер только начинается, — облизнула губы она.
Между тем танцы становились все зажигательней. Пары кружились, смеясь от удовольствия, разгоряченные праздником и колдовскими напитками. Риддл уже не танцевал, он сидел на своем возвышении, и, казалось, царственно скучал.
Музыка неожиданно смолкла. Наступила тишина. Нарцисса Малфой попросила слово.
— Магический мир хочет выразить нашему Лорду свое восхищение его славой, силой и красотой. Сегодня наш господин Темный Лорд будет удостоен замечательной награды, — она хлопнула в ладоши, раздался хрустальный перезвон, и в зал вошла группа юных ведьм в белых туниках с маленькими коронами на головах. Ученицы Слизерина, понял Северус. Он всмотрелся в девочек, пытаясь взглядом отыскать Терезу. Но то ли ее не было среди девочек, то ли он не мог ее узнать — все выглядели одинаково. Самая маленькая девочка держала в руках белую подушечку с золотыми кистями. На ней лежала Корона Короля Красоты.
— Этим даром магический мир Англии выражает вам, наш дорогой Лорд, свое вечное преклонение и восхищение, — произнес Люциус Малфой.
Оркестр грянул туш. Все почтительно склонились, и маленькая слизеринка в тунике и белых носочках, дрожа от страха, надела на пышную гриву Риддла тонкую королевскую корону, покрытую бриллиантами.
Колдограф замер в поклоне.
— Снимай быстрей, придурок, — прошипел ему Риддл, прижимая к себе испуганную девочку.
Колдографы очнулись. Риддл поправил Корону. Зал засверкал вспышками.