Покореженное эхо
Шрифт:
Ольга это понимала. Но одно дело планировать и рисовать все в своем воображении, другое дело, пачкать руки в крови.
Нет, никого она не жалела. Все они скоты и не стоят ее сочувствия. Просто надо собраться с духом и, перед тем как нажать на спусковой крючок, вспомнить свои унижения.
Тая решила переночевать у сестры, понимая, что Ольге нужна поддержка. Она знала, как трудно выстрелить в человека. Первый раз всегда трудно. Она даже придумала для себя такое упражнение для тренировки. Брала пистолет мужа, вставала перед зеркалом, целилась в себя
Пистолет щелкал. Слово «три» настолько вошло в ее подсознание, что палец сам дергался уже не осознанно, а инстинктивно. В тот самый день, поворотный в ее жизни, она стояла у окна и ждала Игоря. В руках у нее находился заряженный ТТ И вот он появился. Веселый и улыбающийся муж возвращался домой.
Тая открыла дверь и спустилась на площадку ниже. Как только Игорь поднялся, она выставила пистолет вперед и просчитала: раз, два, три! Грянул выстрел. Он так и умер с улыбкой. Но этого ей показалось мало. Она опустилась, прижала пистолет к его затылку и на счет «три» сделала второй выстрел. Бросив оружие, она пулей взлетела наверх, закрылась в квартире на замок, сняла перчатки и побежала в ванную смывать с халата кровь. С тех пор она знала, что ближе метра подходить нельзя. Испачкаешься.
Через десять минут ей уже названивали в дверь соседи, обнаружившие убитого мужа. С ней случилась истерика, и она не была поддельной и наигранной. Ее двое суток трясло.
Так она защищала свое имущество от посягательства государства.
С тех пор много воды утекло, но когда кто-то произносил цифру «три», указательный палец на ее правой руке дергался непроизвольно.
Ночь они проспали в обнимку, как в детстве. Две хорошенькие, чудные девочки, на которых всегда оглядывались и восхищались.
Надо же, каких куколок создает природа!
9.
На следующее утро Тая позвонила с мобильного телефона в детективное бюро.
Трубку опять сняла женщина.
— Здравствуйте. Мне нужен молодой человек, которому я поручила одно дело. Не помню, как его зовут.
— Я дам вам его мобильный телефон.
— Спасибо.
Тая перезвонила сыщику, ведущему наблюдение за адвокатом, и от имени ревнивой жены сняла слежку. Отчет детектива не подтвердил ее подозрений. Она поблагодарила его и пожелала успехов. Вечером она вновь позвонила в бюро, но на этот раз говорила своим голосом.
— У меня проблема. Я могу обратиться к вам за помощью.
— Мы для того здесь и работаем.
— Мне хотелось бы поговорить с женщиной.
— А я, по-вашему, кто? Когда вы хотите приехать?
— Как вам удобно.
— Сегодня уже поздновато, давайте завтра, часа в два.
— Спасибо. В два часа я у вас буду.
Тая перезвонила сестре и приказала ей быть готовой на следующий день. К двум она должна приехать к шоссе и ждать до тех пор, пока не получит следующие инструкции.
Наступал ответственный момент. Самый ответственный — одна оплошность, и весь план полетит к чертям собачьим. Ни одного перекоса не могло быть.
В два
Беседа длилась около часа, и окрыленная надеждой Тая покинула бюро довольная результатом.
Она отошла подальше и, достав мобильный телефон, позвонила измученному тоской и страхом адвокату Дикому.
— Боже мой, куда же вы пропали? Я тут с ума схожу.
— Сходить вам придется в другое место, а точнее, съездить. В саду стоит «вольво». Ключи под ковриком у педалей. Бензина полный бак. Сядете в эту машину и приедете в гостиницу «Белград», что на Смоленской площади. Я буду ждать вас внизу в холле. Постарайтесь, чтобы портье не видел вашего лица. И поменьше светитесь.
— Хорошо. Я сейчас приеду.
Тая взяла такси и отправилась на Смоленскую. Таксисту ведено было ждать.
Он не возражал. В гостиницу она заходить не стала, а заглянула в супермаркет. В ячейке, где покупатели хранят свои вещи во время покупок, лежала ее сумка. Она взяла ее, отправилась в кафе по соседству и, как обычно, посетила дамскую комнату, из которой вышла в новом обличие.
Сумку вновь отнесла в супермаркет и только после этого зашла в гостиницу.
Три минуты беседы с портье и оставленные ему пятьдесят долларов за оплату такси, произвели на последнего неизгладимое впечатление. Она понимала, сколько из этих денег останется вороватому парню.
Сидя в холле, она чувствовала на себе его взгляд. Портье клюнул.
Оказывается не так трудно быть своей сестрой. Всего лишь пара лишних штрихов, хорошие манеры, и твой образ вгрызается в сердца мужчин, как энцефалитный клещ, поражая их раз и навсегда.
Появление адвоката показалось ей смехотворным, он вел себя, как плохой артист, изображавший шпиона. Плащ, с поднятым воротником, темные очки, мотание головой по сторонам.
Подойдя к девушке, он тихо сказал:
— Это я, вы меня узнали?
— С трудом. Вы даже напугали меня. У нее и впрямь был напуганный вид, и на это могли обратить внимание.
Тая встала.
— Возьмите меня под руку, и идем к выходу.
Они вышли из здания и сели в «вольво» Вяткина. Краем глаза Тая заметила, как портье выбежал на улицу следом за ними.
Опять сработало! Все шло по плану.
— Через сто метров кафе. Остановитесь возле него.
Он так и сделал. Они зашли в милое чистое заведение, и Тая предложила ему сесть за столик у окна. Сама подошла к бару и попросила два бокала красного вина.
Перед тем, как его отнести к столику, она уронила в один из бокалов небольшую таблетку, которая тут же растворилась. Это вино она и поставила перед адвокатом.
— Я же за рулем.
— Прекратите, Всеволод Григорьевич, машины такого класса в Москве не останавливают. И вам ли бояться инспекторов. Давайте выпьем. Вы слишком взвинчены.