Поиск нашего пути
Шрифт:
– Мне все еще было больно, и я пыталась защитить себя.
– От чего? Ты должна была знать, что, если дела пойдут хорошо, ты не сможешь вечно прятаться от их отношений.
– Я не пряталась!
– Да, пряталась. Но это ничего. Я всегда поддерживала тебя. Я буду поддерживать тебя до тех пор, пока мы не станем старыми бабушками в доме престарелых. Но если тебе нужен мой совет, оставь это. Будь доброй, веселой, будь собой. Сбрось напряжение, потому что поверь мне, я уверена, что все вокруг тебя это чувствуют. Будь его другом, Дэвон, как и моим. Помнишь
Слезы текут по моим щекам, и я позволяю себе всхлипнуть.
– Куинн, я постараюсь. Но иногда я все еще лежу ночью в постели с колотящимся сердцем и чувствую, как боль сокрушает меня. Это сводит меня с ума, потому что смешно, как я была одержима им. Почти жутко.
– Нет, это называется любовь. Первая любовь. И некоторые говорят, что это самое интенсивное в твоей жизни. Я, например, верю в эту теорию, наблюдая за вами.
– Когда ты успела стать таким умным философом?
– Я читаю каждую непристойную книгу, которая выходит. Я думаю, что они хорошо просвещают о любви и сексе. Может быть, когда мы будем в Майами, я смогу проверить сексуальную часть.
– Лучше не надо, помни, что мы делим комнату. Больше никаких звонков от волосатых задниц.
– Это было всего один раз!
– До сих пор снятся кошмары о пуделе, на котором, я была уверена, он сидел.
Я смеюсь над собственной шуткой. Если мне посчастливится дожить до ста лет, я никогда не забуду, как однажды утром вошла в кухню и увидела Куинн, лежащую на диване со своим вчерашним кавалером. Прежде чем я смогла остановить себя, я закричала, потому что его задница была голой, и, клянусь, то, как висели его яйца, делало его похожим на парик. Он быстро вскочил, и все его «богатство» оказалось на виду. Он был просто волосатым парнем.
– Черт! Дэвон! Все было не так уж и плохо!
Я слишком сильно смеюсь, чтобы ответить. Слезы, текущие по моим щекам, теперь слезы счастья. Куинн начинает хихикать вместе со мной, и вскоре мы обе задыхаемся, пытаясь отдышаться.
– Ладно, умник. Так как ты начала, давай играть в игру.
– Ни за что!
– О да, сучка. Это справедливо.
– Знаешь, что? Ты права, я даю тебе четыре. Вот и все.
– Четырех будет достаточно, потому что я выбираю свои любимые.
– Если у тебя есть фавориты, это означает, что ты уже знаешь о проблеме. Почему ты любишь эту игру?
– Потому что это чертовски смешно. Как мы обе продолжаем подбирать самых странных парней в кампусе при наличии двадцати четырех тысяч?
– Не знаю, но начинай. Понятия не имею, сколько еще я буду одна.
– Мм-м-м, с кого я должна начать? Как на счет Мэндела?
– Это нетрудно, все дело в карри. От него пахло карри. Она сочилась из его тела, как будто он купался в дерьме. Когда он попытался поцеловать меня, меня чуть не вырвало. Мне потребовалась неделя, чтобы избавиться от запаха.
– Мне это нравится! Расскажи мне еще раз о Бобби.
– Он трахнул меня в спину! Разве ты не помнишь? Мы лежали на
– А еще есть Илай, у которого были потрясающие губы. Сказал, что не знает, как ими пользоваться. Совсем.
В трубке раздается рев, а Куинн продолжает смеяться.
– Хочешь еще раз услышать о Филиппе? – ее фырканье – мой ответ. – Когда его рука скользнула мне под брюки, он выбрал не то место. Мне пришлось перенаправить его пальцы, что все еще не помогло его делу.
– Стой! Стоп! Я помню этого болвана. Боже, на него было приятно смотреть, но он не обладал никакими навыками. Я думала, парни учатся этому, когда достигают половой зрелости.
– Я не вернусь еще несколько секунд.
– О боже, Дэвон, у меня отличная идея. Давай создадим пособие по женской анатомии в виде журнального столика.
– Это отвратительно, но блестяще. Мы можем начать с этого, когда вернемся из Майами. Мы можем даже поставить учебные слайды. Теперь я это вижу. Если вы хотите встречаться со мной и пройти вторую базу, сначала прочитайте это руководство.
– Ты что, издеваешься? – из двери патио доносится сердитое рычание, и я резко оборачиваюсь. Брайс стоит в дверях, скрестив руки на груди, и вид у него очень злой.
– Опасность, Уилл Робинсон! Я должна идти, мы больше не одни, – тихо говорю я в трубку.
– Ладно, будь осторожна, помни, что я сказала. Поговорим завтра. Люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю, – вешаю трубку и поворачиваюсь к Брайсу. Слова Куинн звучат в моей голове, и я улыбаюсь ему. – Привет, Брайс, что ты здесь делаешь?
– Ищу тебя. На самом деле все тебя ищут. Нейт сказал, что вы должны были встретиться в баре после вашей последней пробежки.
– Мне нужно было позвонить Куинн. Но теперь мы можем идти.
– Ты скажешь мне, о чем ты хотела с ней поговорить? – грохочет парень.
– Нет, просто знай, что я все время разговариваю с Куинн. А теперь пойдем встретимся со всеми, – я пытаюсь пройти мимо него, но он тянется и притягивает мою спину к себе, обнимая меня.
– Дэвон, я не позволю тебе игнорировать меня. Сделай это легким для себя.
– Видишь, Брайс, вот где ты должен благодарить Куинн. Я больше не игнорирую тебя. Что сделано, то сделано. Пора двигаться дальше. Ты просил у меня прощения, оно у тебя есть. Ты хочешь снова стать друзьями, мы друзья.
Парень нежно целует меня в щеку и отпускает, но не без того, чтобы мы не взялись за руки, и потащил меня за собой через квартиру.
О боже, еще девять дней этого будет самым большим испытанием в моей жизни.
***
– Летнее время! – я кричу, а другие девушки ликуют. Мы пританцовываем танцуем и даем друг другу пять. Мы играли в Pictionary6 в течение часа и обыгрывали парней каждый раунд. Стоны окружают нас, когда группа обиженных неудачников откидывается на спинку дивана.