Поиграем?!
Шрифт:
Ну да, мне её даже немножечко жаль.
И её депрессия ни мне, ни тем более Россу не сдалась, поэтому я увезу эту особу подальше и вручу в руки оружие.
Безопасное, естественно.
Дам ей свою биту, а сама возьму биту брата. Ибо её она просто не поднимет, а моя будет в самый раз.
И вместо тела повешу сумку Росса.
Надеюсь, он не обидится.
Пока размышляла, насколько глубоко завести её в лес, не заметила телефона, и трубку взяла лишь с третьего раза.
— Алло, ты хоть в курсах, сколько времени?
— Я беременна!
— Че,
— Ну, у меня была задержка в несколько дней, и я решила сделать тест. Ты скоро станешь тетей!
— Ебушки-воробушки, Лидия, ты ебнулась! Какой тетей?! А Руслан знает? — Я уронила голову на руль.
— Ну да. Сначала ему, потом тебе.
— И как он отреагировал?
— Ну, сравнительно положительно. А учитывая, что позавчера он мне предложение сделал, то все вполне нормально.
— Чего?! — Просто на ультразвуке проорала я. — Какое, нахуй, предложение? Почему я не знаю?!
— Ну Яр, ну прости!
— Своё «прости» можешь себе в задницу засунуть! Спасибо, подруга! — с сарказмом сказала я и специально выделила последнее слово и скинула трубку.
Ахереть просто!
Просто а-хе-реть!
Подруга, блин!
Ну почему как только что-то происходит, так все ко мне бегут, как что-то хорошее, так я последняя узнаю!
Скинув телефон на беззвучный, свернула в лесополосу и заехала поглубже.
— Выходи из машины! — Рявкнула я и пошла доставать биты и сумку.
Теперь придётся успокаиваться самой.
Оставив Зефа спать в машине, направилась глубоко в лесную чащу.
Девушка шла за мной и постоянно всхлипывала.
Найдя приемлемую ветку — так, чтобы удобно и сравнительно невысоко росла — намотала на неё ручку сумки так, что теперь этот мешок с вещами напоминал боксерскую грушу.
Marilyn Manson — This Is The New Shit
— Ладно, я начну. — Скинув с себя куртку, осталась только в толстовке Ростислава и старых потертых трениках. Хоть и конец зимы, а снега нет, только промерзшая земля, тогда как в городе сугробы просто мне по шею. Чтоб было не так скучно, включила музыку на телефоне и кинула его на куртку. Мэнсон всегда меня понимает! Перехватив биту поудобнее, занесла её для первого удара: — Тупая сука! Ну почему, если происходит мировой коллапс… — Снова замахнулась, представляя вместо сумки рожу Лидии.
– … так сразу к Ярке!.. А как замуж позвали… так «Прости, Ярочка!»… Да нахуй вы со своим «прости» идите!.. Суки!..
Капец, а бита-то у Росса тяжёлая! Руки после двадцати замахов отваливаются просто! Как он её вообще поднимает?
— Теперь ты. — Устало говорю я и сажусь на куртку, вытирая с висков капли пота.
Она непонятно крякнула и, еле замахнувшись, ударила по сумке. Та даже не шевельнулась.
— Слабенько, не? — Она снова замахнулась и ударила, но на этот раз сильнее. — А, то есть это сейчас не тебя хотели грубо изнасиловать? — Провокационно и деланно безучастно спросила я, рассматривая свой маникюрчик.
Подействовало.
Она
— Эм, ты че делаешь?
— Нихера я не делаю! Досталось меня все! Я блядский КМС по боксу, а не смогла ушатать пятерый пьяных уебков и тряпичной куклой висела у них на руках, пока они меня лапали! Ничтожество!
Ахиреть. Девушка моего брата — КМС по боксу. Я в шоке!
— Эм, — все ещё прибывая в шоке и наблюдая, как девушка профессионально избивает несчастную сумку и на какой-то момент представила, что вместо сумки я… Стало страшно. Хотя, не, не страшно. Нас обучали обращаться со всеми типами оппонентов. Так что обезвредить её не составит проблем. Подойти со спины и она моя. — Ты это… Успокойся, что ли…
— Я спокойна. — Она с разворота заехала по сумке ногой. Я нервно вздохнула. — Я, блядь, так спокойна, что сейчас вернусь в этот ссаный клуб и натяну им хуи на уши!
Ебанный в рот… Я создала монстра!
А с виду такая милашка! Волосы светленькие, чуть ниже меня, в платьишке, и тут такое!
Че-т мне как-то стремно.
— Буренка, ты это, успокойся, пока я сама тебя не успокоила! — Я встала на ноги и зашла ей за спину, чтобы иметь преимущество.
— Не сможешь! — Она даже не посмотрела на меня, продолжая прыгать и махать руками.
Как говорил Вано: «Никогда не недооценивай противника, стоящего у тебя за спиной!»
Обездвижить девушку у меня не составило труда:
Пнуть под коленку, подождать, пока девушка упадёт, изгиб левой руки обнять её горло, а ладонью схватиться за бицепс на правой, а саму правую положить ей на голову. В таком захвате я свободно могу задушить её, свернуть шею. Сделать все, что угодно.
— Буренк, не забывай, что я обучалась в военной академии. Нас учили работать с шахидами, террористами и силовиками.
Когда её дыхание более-менее выровнялось, я отпустила тут же закашлявшуюся девушку и пошла к машине, передвигаясь только с помощью деревьев, ибо на улице уже стемнело настолько, что я еле ориентировалась.
Дождавшись, когда девушка закинет в багажник спортивную сумку брата с порваной ручкой и сядет рядом, завела мотор и погладила устроившегося у меня вокруг шеи зверька.
— Слушай, мне Росс рассказывал про твою Академию. Там же возрастное ограничение, нет? — Начала девушка, когда мы выехали на трассу.
— Да, двадцать лет минимум. Именно поэтому я самая младшая в команде. Дело в том, что с шести до одиннадцати лет я все лето проводила в особых военных лагерях, где нас обучали как солдат. То есть стрелять, разбирать-собирать автомат на скорость. И после один из тренеров посоветовал меня своему другу в академии, и мне пришло пригласительное письмо. Мне оставалось только сдать нормативы. Но из-за того, что мне было всего-то одиннадцать, нагрузку с нормативами увеличили в двое. Однако же намотав сопли на кулак, я запихнула страхи по глубже в глотку, и сдала почти все на «отлично» в итоге я самый молодой член команды.