Поиграем?

Рублевская Ольга

– Я не понимаю! Я не понимаю, почему это произошло?! Почему с ней?! Это… Я отказываюсь это понимать, – обречённо произнесла Кристина.

– Доченька, смерть никогда невозможно понять или объяснить. Любое объяснение будет считаться недостаточным. Но нужно верить, что она не напрасна, – сказала мама, положив руку дочери на плечо. – На всё есть причина, – тихо, но твёрдо добавила она.

Кристину передёрнуло от последней услышанной фразы. В секунду чувство тоски переросло в ярость. Она вскочила с дивана и крикнула:

– Как ТЫ можешь говорить такое? Ты, чья дочь умерла!? Думаешь, на то была ПРИЧИНА?! Какая может быть причина похоронить собственного ребёнка?! Думаешь, это воля Господа? Он пожелал, чтобы моя крошка покинула этот

мир и присоединилась к нему на небесах? Такова причина? Воля Господня? Хватит оправдывать все бесчинства вокруг Его волей. Нет никакого милосердного Бога, который смотрит на нас с небес и оберегает. Ибо либо он слеп, либо ему на нас наплевать! Оглянись! Посмотри, что происходит вокруг! На протяжении всей истории человечества государства воюют друг с другом, а террористы взрывают бомбы, оправдывая это своей идеологией и верой во Всевышнего! Женщин и детей убивают и насилуют даже в мирные времена, а улицы всегда полны инвалидов, бездомных и сирот. Ты можешь сколько угодно убеждать меня в том, что я неправильно понимаю Его роль, и что вся суть в воздаянии, что всё это мирское и несущественно. Но, черт возьми, мир полыхает, он утопает в крови и слезах! Здесь и сейчас! И ты хочешь сказать, для всего этого есть причина?! Так проявляется Его милосердие и забота?! Я не верю в такого Бога. Не верю! И я могу кричать об этом на каждом углу, но я не стану. Потому что это ничего не изменит. Это не изменит мир и не вернёт мне сестру и дочь. А потому единственное, о чём я тебя прошу, не пытайся оправдать эту трагедию волей Господа и искать для этого Причину. По крайней мере, не пытайся убедить в её наличии меня. Для этого нет ни причин, ни объяснений. Какую бы причину ты не смогла найти или придумать, она не поможет оправдать случившееся и смириться с этим. Я не знаю, нашла ли ты достойную причину, чтобы оправдать смерть Риты, помогла ли тебе именно твоя вера пережить эту потерю. Не знаю. Если да, я рада, что ты можешь найти успокоение в ней, и пускай она поможет тебе смириться с новой потерей. Потому что я признаться не знаю, как с этим справиться. Но точно не с помощью Бога.

Кристина прокричала всё это на одном дыхании и её захлестнула истерика. Она осела на пол и завыла от боли, которая, казалось, переросла в физическую. Плечи её сотрясались от рыданий, а лёгкие жгло от недостатка воздуха, который она не успевала вдыхать от резких мышечных сокращений.

Мама подошла к ней, присела рядом и обняла Кристину за плечи. Она гладила дочь по спине и тихонько напевала молитву.

– Мама, прости меня, – сказала Кристина, прижавшись к маме. – Прости.

– Ничего доченька, я всё понимаю, – прошептала мама, сильнее прижав к себе дочь. – Я понимаю, – повторила она и продолжила петь.

Глава 3.

г. Краснодар, 04 мая 2023 г.

– Помогите! Пожалуйста, помогите!

Кристина выходила с работы, когда услышала полный отчаяния крик и увидела молодую девушку, идущую ей на встречу. Худенькая, со спутанными рыжими волосами и веснушками на остреньком личике, она с трудом передвигала ноги. Большие карие глаза девчушки были полны ужаса и смотрели на Кристину так, будто она была её последней надеждой. Кристина подбежала к ней и та вцепилась в плечи Кристины трясущимися руками. Силы покидали юную девушку, рот изогнулся в немой мольбе.

– Пожалуйста, я не хочу, не хочу, – с трудом прошептала незнакомка, и ноги её подкосились.

– Эй, сюда! – крикнула Кристина что есть мочи, оглядываясь на двери больницы. – Помогите мне!

Как могла Кристина схватила девочку (при ближайшем рассмотрении оказалось, что ей не больше лет тринадцати) и потащила к входу в клинику. Навстречу ей уже бежал охранник и врач из хирургии.

– Что случилось? – воскликнул Евгений, перехватив тщедушное тельце. Молодой врач, окинул девочку профессиональным

взглядом и чуть слышно выругался. – У нас отравление, – громко сказал он подбежавшей медсестре и переложил девочку на каталку. – Мало времени. Что она сказала?

Последняя фраза была обращена лично к Кристине.

– Просила о помощи, – ответила она, отточенным движением качая мешок для искусственной вентиляции лёгких.

Подоспел другой врач, на ходу раздавая указания персоналу.

– Что тут у нас? Очередной клиент, заигравшийся с аптечкой? – цинично произнёс он.

Кристина знала о профессиональной деформации и врачебном сленге не понаслышке, но эта фраза зацепила её за живое. Она очень болезненно относилась к пациентам, поступающим в больницу после попытки самоубийства.

– Мы здесь, чтобы их лечить, а не судить, – раздражённо ответила Кристина.

Но старания врачей оказались напрасными. Девочку спасти не удалось.

Когда спустя пару часов после того, как девочка «упала» ей в руки, Кристина собирала вещи погибшей, перед её взором продолжало стоять испуганное личико малютки. Её глаза, полные страха и слёз, трясущиеся тонкие губы, с которых с трудом срывался шёпот с мольбой о помощи, и её ручки – хрупкие, тоненькие и очень холодные. Кристина всё ещё ощущала на себе прикосновение этих рук. И слышала в голове тихий шёпот «Помогите». Она не хотела умирать. Не сегодня.

– Ну, зачем? – воскликнула в сердцах Кристина, и случайно выронила рюкзак умершей. Из открытого кармана вывалилась всякая мелочь: ключи, небольшой тканевый кошелечек на замочке, заколка для волос, несколько жевательных конфет и скомканный листок бумаги.

Кристина развернула его и прочитала: «Я пишу это письмо, понимая, что это последнее моё обращение к вам. И я хочу, чтобы каждое слово, написанное здесь, осталось в вашей памяти. Моя жизнь не была идеальной, но я не хочу, чтобы вы искали виноватого в случившемся. Ибо в том, что произошло, нет вины одного, но есть вина каждого. И даже моя. И сейчас, находясь на пороге смерти, я задаюсь вопросом – все ли способы изменить свою жизнь я испробовала, прежде чем выбрать этот кардинальный метод? Наверное, нет. Но я устала пытаться. Устала сопротивляться этому безумному влечению к ней, влечению к смерти. Я не жду понимания, не жду сожалений. Хотя знаю, вы будете скорбеть и тосковать. И не надо терзаться в сомнениях, я их сразу развею – вы бы ничего не смогли изменить. Искренне ваша, с любовью и безнадежностью…».

По коже молодой женщины пробежали мурашки, а руки сотрясла дрожь.

– Зачем, глупая? – прошептала Кристина, и никто на свете, даже она сама, не смог бы со стопроцентной уверенностью сказать, к кому именно она обращалась в этот момент – к рыжеволосой девчушке или своей сестре.

Мыслями она перенеслась в тот день, когда потеряла сестру.

Это было двадцать лет назад.

Кристина вспомнила, как пришла со школы домой, бросила у порога сумку и пошла на кухню. Выпив папу стаканов воды в попытке утолить жажду после утомительной дороги в переполненном автобусе при тридцатиградусной жаре за бортом, она вымыла руки в раковине на кухне и направилась в их с сестрой комнату. Кристине очень хотелось скорее снять с себя прилипшую к телу одежду и залезть в душ.

Из «детской» комнаты довольно громко играла музыка.

– Рита, ты дома? – окликнула Кристина старшую сестру и не получив ответа, подумала «Лишь бы не в туалете» и в очередной раз мысленно прокляла совмещённый санузел в их квартире.

Она отворила дверь в комнату и увидела сестру, лежащей на кровати.

– Эй, ты чего не отвечаешь? – спросила Кристина, стягивая на ходу футболку.

Рита ничего не ответила. Даже не шелохнулась.

– Спишь что ли? Под музыку? – удивилась Кристина и выключила магнитофон. – Тебе разве не нужно было на занятия? – спросила она и потрясла сестру за руку.