Похитители
Шрифт:
— Я вижу, ты решил им надолго заняться, — недовольно обронил Ларин. — А время не терпит: тот, кто забрал эти книги и убил Сбитнева и Юткевича, может в любой момент уехать за границу. Если уже не уехал! — раздраженно добавил подполковник. — А мы тут будем с тобой этими отпечатками любоваться.
Стрекалов молча дымил сигаретой, понимая, что вступать в спор со своим начальником и что-то ему доказывать сейчас бесполезно.
— Что ты замолк? — продолжал накаляться Ларин. — Где ты думаешь искать этих библиофилов? Или ты даже не знаешь, с чего начинать?
— Почему
— Нашел чему удивляться, — снисходительно отозвался Ларин. — Такие вещи тебе давно пора знать, это всем оперативникам известно. У них даже и закон есть: настоящий вор не должен иметь семьи. Она ему только мешать будет: вместо того, чтобы о деле думать, он начнет о семье заботиться. Ладно, давай не отвлекаться, — погасил Ларин сигарету в пепельнице. — Сейчас надо решить, брать этих помощников Сбитнева или пусть пока еще погуляют? Твои люди не упустят их? А то они могут с отчаяния натворить что-нибудь напоследок да и двинуть куда подальше. Ищи их потом!
— Не должны упустить, — заверил Стрекалов хозяина кабинета. — Я к ним двух человек приставил… Одного — с машиной. Только я не пойму: зачем им гулять? То, что они Шарфину ограбили, и доказывать не надо, — кивнул капитан в сторону кипы снимков. — И Камышин нам говорил, что одного из грабителей Сашкой зовут. Ему об этом сама Шарфина рассказывала. На раме картины тоже отпечатки их пальцев. Значит, они и соседку Шарфиной убили. Чего же еще ждать? — с недоумением спросил Стрекалов. — Брать, и все!
— Брать? — с сомнением повторил Ларин. — Но это еще не все, как ты говоришь. Второй раз в квартиру они могли сами и не ходить, а кого-нибудь послать. А тот и соседку уложил, и картину им вынес. Может такое быть?
— Вполне, — согласился капитан. — Мы всех сообщников Сбитнева не знаем. Первый раз он мог у них возле дома на подхвате стоять.
— Во-о-от! И потом, кроме нас, о Гротове и Санееве наверняка еще кто-то знает. Хотя бы тот же Сизарь или люди, которые убрали Сбитнева и Юткевича. И, если мы сейчас задержим их, об этом сразу узнают многие. Кстати, за Сизарем твои люди наблюдают?
— А как же! Тоже два человека. Вчера он зачем-то к Студенту ездил, — доложил Стрекалов. — Наверное, дань отвозил, — предположил он. — Его киоск стоит на территории, которую контролирует Студент. Я и за ним на всякий случай наблюдение установил.
— Вот это еще мне болячка! — нахмурился Ларин. — Как татарский хан: установил для каждого оброк, а те несут его добровольно! — удивленно сказал подполковник. — А спроси любого торговца, он сделает круглые глаза и начнет божиться, что его никто не обижает. Вот и попробуй, ухвати
— А если бы вы это дело лично вели, как бы поступили? — задал провокационный вопрос капитан.
— Дал бы им еще день-два погулять, — не раздумывая, ответил Ларин, глядя прямо в узкие темные глаза капитана. — Не больше! Может, они за это время еще на кого-нибудь нас выведут. Убийство соседки Шарфиной они так просто все равно на себя не возьмут. Это доказать надо. А у нас ни улик, ни свидетелей.
— Хорошо: два дня можно и подождать, — неохотно согласился Стрекалов. — Хотя я и не особенно этому рад, — честно признался он. — В изоляторе их приятнее было бы видеть. И на душе спокойнее.
— Я же сказал, на твое усмотрение, — напомнил Ларин. — Так, дальше… Тебе выделили в помощь восемь человек, — переключился он на другую тему. — А ты в докладе упомянул только о четырех. Остальные чем заняты?
— Двое по очереди дежурят возле квартиры профессора Головина, — начал перечислять капитан.
— А его ты в чем подозреваешь? — удивленно посмотрел Ларин на собеседника.
— Ни в чем… Он близкий знакомый Шарфиной.
— Ну и что? — откинулся на спинку стула Валентин Владимирович. — Ему кто-то угрожает?
— Камышину тоже никто не угрожал, — помрачнел капитан. — Просто те люди, у которых находятся книги Шарфиной, постараются убрать всех ее знакомых, которые могут помочь нам в следствии. Так я думаю. Но если вы против, я могу снять оттуда наблюдение, — с нотками задетого самолюбия предложил капитан.
— Ты в бутылку не лезь! — спокойно посоветовал Ларин. — Мы с тобой не мальчики. Видал: наблюдение он снимет! Ладно, рассказывай дальше.
— Еще по одному человеку закрепил за матерью Нины Злотовой и ее теткой, — закончил отчитываться Стрекалов.
— Они тоже близкие знакомые Шарфиной? — язвительно поинтересовался подполковник.
— Они близкие родственницы Нины Злотовой, — сдерживая себя, сказал капитан, — а та была домработницей у Зои Федоровны. И мы с вами пока что полностью не уверены в невиновности этой домработницы. Так что, лучше подстраховаться…
— Так им проще прямо с нее и начать, — заметил Ларин.
— Не проще! — бестактно прервал своего начальника Стрекалов. — Нины Злотовой в городе нет!
— А где же она?
— Далеко, — неопределенно ответил капитан. — Я ее вчера ночью отвез в деревню к своей матери. Пусть пока поживет там, заодно старушке по хозяйству поможет. А ее родным сообщил, что задержал ее на несколько дней, для ее же блага. Ничего, проглотили, — довольно усмехнулся он.
— Накурили мы с тобой, — встал Ларин из-за стола.
Подойдя к окну, распахнул его и с удовольствием вдохнул полной грудью свежий воздух, напоенный ароматом цветущих в сквере лип.
— Сколько мы с тобой вместе работаем, Григорий Петрович? — не оборачиваясь спросил Ларин.